Тайные страсти Версаля. Людовик XIV и его фаворитки: обжигающая любовь Короля-Солнца, интриги черной

Франсуаза покинула стены монастыря и сняла себе небольшой, но уютный домик. В тот период у нее возник непродолжительный роман с красавцем маркизом Луи Вилларсо. Первый раз влюбившись, она воспарила на беззаботных крыльях любви, и когда маркиз ей признался, что его супруга тяжело больна, Франсуаза наивно поинтересовалась у него, женится ли он на ней в случае кончины жены. В ответ маркиз расхохотался:
– Франсуаза, но вы же умная женщина! Неужели вы не понимаете, сколь жалок был бы брак одного из Морне с вдовою господина Скаррона!
Это было как ушат ледяной воды на голову. Она поняла, что их отношения ведут в никуда и рано или поздно их нужно будет закончить. Романтическая связь с маркизом длилась в промежутке с 1661 по 1663 год и была прекращена по желанию Франсуазы. На память об их отношениях остался портрет мадам Скаррон в пикантном виде, написанный самим маркизом. Говорят, что он и по сей день висит в его замке.
В 1663 году мадам Скаррон приехала в особняк де Альбре и познакомилась там с ослепительно прекрасной блондинкой. Звали юную красавицу Франсуаза де Рошшуар-Мортмар, в будущем она стала известна как маркиза Атенаис де Монтеспан.
– Вы – настоящее чудо природы, невозможно остаться равнодушным к вашей красоте, – восхитилась мадам Скаррон.
Атенаис благосклонно улыбнулась вдове поэта. Франсуаза Скаррон смогла понравиться Атенаис, и та через несколько лет, будучи фавориткой короля, обратилась к ней с предложением нянчить детей, которых она рожала от Людовика.
Предложение поступило не просто так… Дело в том, что найти достойную няню в Париже было непросто. Аристократы предпочитали находить кормилиц, у которых уже было два или три ребенка. Кормилиц холили и лелеяли, стараясь им обеспечивать спокойную и благополучную жизнь, дабы не пропало молоко. Но кормилицы не обязаны были возиться со знатными отпрысками, заниматься их воспитанием и тем более любить. У них была главная функция – накормить, обеспечить полезным питанием.
Франсуаза никогда не была кормилицей. У нее вообще не было собственных детей. Но она обладала способностью любить и заботиться.
Первый ее опыт общения с детьми был, когда к ней в дом пришел ее брат Шарль и принес в корзине своего сына Тоскана. Мальчик был плодом увлечения некоторой замужней дамой, которая после родов вручила младенца любовнику, предоставив тому право решать, что с ним делать.
Шарль отдал сына сестре, и Франсуаза, оборудовав в доме детскую комнату, начала ухаживать за племянником.
Летом 1669 года маркиза де Монтеспан родила от короля ребенка и срочно искала для него няню. Она вспомнила о мадам Скаррон и через их общую знакомую, маркизу Бонну де Понс Эдикюр, попросила, чтобы та взяла на себя заботу о младенце.
Франсуаза зарекомендовала себя не только как женщина, умеющая ухаживать за маленькими детьми, но и как деликатная и сдержанная особа, способная хранить чужие тайны.
– Франсуаза, мадам де Монтеспан надеется, что вы поможете ей в этой щекотливой ситуации. Не сомневайтесь, она умеет быть благодарной, – убеждала Бонна.
– Возлагаемая на меня миссия действительно деликатная… Бонна, мне нужно подумать, взвесить все за и против, а потом я дам ответ.
– Хорошо, дорогая, только не затягивайте с ответом, – попросила маркиза.
Франсуаза хорошо понимала двусмысленность полученного предложения. Как верующая особа она должна была возмутиться тому, что ей предлагают нянчить плод запретной страсти. Но, с другой стороны, младенец был ребенком короля, пусть и внебрачным. Служить королю было почетной миссией для любого француза. Немного поколебавшись, мадам Скаррон согласилась нянчить внебрачного ребенка государя.
Мадам Скаррон рассталась со своим скромным домиком и сняла другое более просторное жилье. Франсуаза начала заботиться о малыше вместе с нанятой кормилицей. В марте 1670 года к этому ребенку прибавился еще один – мальчик, названный Луи-Огюстом. Он стал любимчиком Франсуазы, ее радостью и болью.
У незаконнорожденных детишек Атенаис и Людовика была одна существенная проблема. Они хоть и не были обделены любовью своей няни, но из-за тайны вокруг их рождения были вынуждены постоянно находиться в помещении. Отсутствие свежего воздуха пагубно сказывалось на их здоровье. Луи-Огюст страдал жестоким рахитом и ходить научился лишь в шесть лет.
  
В 1672 году умер первый ребенок Атенаис, и Франсуаза помчалась в Версаль.
– Малыша больше нет! – обливалась слезами мадам Скаррон, стоя перед Людовиком XIV и Атенаис де Монтеспан.
Король потрясенно смотрел на рыдающую Франсуазу Скаррон. Ее неподдельное горе поразило его. Контраст на фоне равнодушной Атенаис был ошеломительным. Родная мать не проронила даже слезинки по умершему ребенку, а воспитательница не могла успокоиться и сотрясалась от рыданий.
Чтобы успокоить плачущую женщину, Атенаис положила ей руку на плечо и ласково произнесла, поглаживая другой рукой свой живот:
– Не переживайте так, мадам. Мы сделаем вам других детей.
Когда Франсуаза ушла, Людовик обернулся к Атенаис и задумчиво произнес:
– Она столь сильно любит, что быть любимым ею должно быть несравненным наслаждением.
Опешившая маркиза не нашлась, что ответить.
Под впечатлением от появления мадам Скаррон Людовик решил посмотреть на малыша Луи-Огюста и отдал распоряжение, чтобы Франсуаза с ребенком приехала в один из королевских замков, находящихся на окраине Парижа. Король собирался в армию и перед отъездом решил увидеть сына.
– Какой крепкий и славный бутуз, – довольно улыбнулся Людовик. – Вы прекрасно о нем заботитесь, мадам Скаррон.
– Я люблю его, словно собственного сына, – отозвалась Франсуаза, подняв глаза на короля.
Тогда Людовик впервые посмотрел на Франсуазу как на интересную и привлекательную женщину. Она, чувствуя изучающий взгляд короля, не считала нужным поощрять его внимание и флиртовать. К тому же рядом была маркиза де Монтеспан, приехавшая вместе с королем.
20 июня 1672 года Атенаис родила второго сына, которого назвали Луи-Сезаром; позже он получил титул графа Вексенского.
К тому моменту король снял для своих детей дом в предместье Вожирар, и Франсуаза поселилась вместе с ними там. В 1673 году фаворитка родила еще одного ребенка, и его тоже отдали Франсуазе.
20 декабря 1673 года дети короля от мадам де Монтеспан были узаконены, и к Франсуазе пришел королевский посланник:
– Мадам Скаррон, король желает, чтобы отныне его дети находились при нем, а вы при них. Собирайте вещи. Вы переезжаете в Версаль. Специально для вас приготовили покои.
Франсуаза замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Начинался новый виток ее жизни. Бедная вдова поэта была приглашена самим Людовиком в Версаль!
  
Глава 3
 
Соперничество маркизы де Монтеспан и мадам де Ментенон
 
В начале 1674 года Франсуаза Скаррон вместе с внебрачными детьми короля от Атенаис де Монтеспан переехала в королевский дворец в Сен-Жермен.
Пока Франсуаза воспитывала детей вдали от их родной матери, у женщин были отличные взаимоотношения, но когда они обе поселились под одной крышей, начала зарождаться неприязнь. Атенаис, оказавшись рядом со своими детьми, начала усиленно ими интересоваться. Ею двигала не любовь к малышам. Она их использовала как еще один инструмент для удержания внимания короля.
Мадам Скаррон приходила в ужас, когда видела, что мать кормит детей жирными соусами, острыми блюдами и позволяет малюткам наливать вино. К тому же Атенаис лишала детей полноценного сна, так как заставляла их до поздней ночи находиться в своем импровизированном театре. Там для малышей были отведены детские роли. Из-за такого образа жизни несчастные дети, не отличавшиеся крепким здоровьем, заболевали, и тогда мадам де Монтеспан придумывала новые «развлечения».
Фаворитка короля была сама не своя до общения с различными шарлатанами. Когда она обнаруживала у одного из своих детей болезнь или недомогание, то оживлялась, предвкушая, как пригласит во дворец очередного горе-врача, который будет проводить над детьми эксперименты. Эти опыты Атенаис воспринимала с воодушевлением, считая, что она помогает делать полезные открытия.