Ирландец 3 (СИ)

— В мешках рис, — сказал один из парней.
— В ящиках, по всей видимости, тоже какие-то продукты, но в этой сраной темноте я не могу рассмотреть, что именно, — ответил второй боец, что вскрывал ящики.
Мне было жалко оставлять столько продуктов, более того, если предложить это итальянцам, они вряд ли согласятся взять половину, ну а нам не будет лишним. Да и раздать нуждавшимся тоже будет неплохо.
«Да и плов можно попробовать приготовить, — мелькнула мысль, а после еще одна: — А то и вовсе борщ или щи, разнообразим меню в баре, да и соскучился я уже по нормальному супу, раздобыть бы где подходящие продукты».
— Будет трофеем, — ответил я. — Увезем это все к нам в бар на задний двор, может, и пригодится.
— Отличная идея, Джон, — ответил Доно.
— Я тут кое-что еще нашел, — произнес боец.
Я подошел к ящикам, на которые указывал парень. Это были запасы опия Лау Фейа.
— Тоже заберем себе? — спросил Доно.
— Нет, ни в коем случае. Эту отраву нужно будет уничтожить, и как можно скорей. А лучше и вовсе сжечь это чертово логово вместе с этим зельем, и упаси бог того, кто решит прихватить ее себе, — глянул я на парней, и они тут же закивали, давая понять, что все сожгут.
Тут послышались шорохи в глубине комнаты. Я насторожился. Да и парни тоже, взведя револьверы, направили их в темный угол, откуда исходили звуки.
Доно медленно шагнул в сторону темного угла, где стояли ящики, за ним двинулся Арчи, неся в одной руке лампу, в другой держа револьвер, я же дал остальным знак оставаться на месте и двинулся следом за Доно и Арчи.
Мы шли по узкому коридорчику из ящиков, возвышающихся почти до самого потолка, и заглядывали в каждую щель. И вот Доно уже приблизился к последнему ящику, стоящему по правую его руку по ходу движения, почти вплотную к стене.
— Не убить! — послышался ломаный английский из-за ящика, и Доно тут же нырнул за ящик, и на его лице в свете лампы появился дьявольский оскал.
— Джон, тут у нас крыса, — произнес он.
— Вытаскивай его оттуда и тащи сюда, — приказал я. Доно тут же слегка нагнулся и протянул за ящик левую руку.
— Так, их тут двое, — произнес Доно. — Ну-ка вылезьте, или пристрелю.
— Не убить! Не убить! — зачастил прятавшийся китаец.
Доно вытащил его, схватив за предплечье, вслед за первым, опустив голову, вылез второй.
Оба китайца были худые и налысо бритые. Одеты в рваные штаны, а вместо рубахи было что-то наподобие простыни. У обоих даже в свете лампы проглядывались ребра на теле. Было видно, что они истощены.
— Кто вы такие? — спросил я.
— Не убить! — подождал вопить китаец, стоящий на коленях у моих ног, которого первым вытащил Доно.
— Если не прекратишь истереть, то точно будет «убить», — пригрозив револьвером, сказал Доно.
— Кто вы? — спросил я.
— Мы готовить еда для господин, — ответил китаец.
— Ну и где вы ее «готовить»? — с ухмылкой спросил Доно.
— Там, — китаец указал на противоположный угол комнаты. Я обернулся и посмотрел на темный угол.
— Проверь, — бросил я.
И Арчи направился в темный угол, куда указал китаец. Подошедшие парни протиснулись к нам и держали на мушке китайцев.
— Тут проход, по всей видимости, и еще комната, — донесся до нас голос Арчи.
— Поднимите их, — приказал я бойцам. Те тут же подхватили их под руки и поставили на ноги. — Вперед.
Китайцы послушно пошли, куда я им указал, Доно двигался первым. Мы вошли в комнату, но комнатой это было назвать сложно, это оказалась кухня. Стояли печки, напоминающие буржуйки, а также валялась всякая кухонная утварь, котлы и сковородки. Доно зажег еще пару масляных ламп, и кухня озарилась полным светом.
— Это что, кухня? — спросил Доно.
— Да, мы готовить еда для наш господин, — ответил китаец, тот, что больше всего причитал.
Я окинул взглядом кухню, по всей видимости, еду они готовили круглосуточно, поскольку печи еще были горячие.
— И как много вы готовили еды? — спросил я
— Много, — ответил китаец. — Господин любит хорошо поесть.
— Любил, — с ехидцей пробормотал Доно.
  
— У вас кровь, — пробормотал китаец, указывая на мою раненую руку. — Я остановить кровь.
— Так ты еще и врач, — добавил Доно.
— Нет, я любить готовить, — ответил китаец. — Меня вызвать господин из Китая.
— Ну, давай попробуй остановить кровь, — буркнул я.
Китаец кивнул и тут же достал с полки какие-то травы. Оторвав несколько листьев, он поместил их в небольшую чашку и принялся их размалывать маленькой толкушкой. Размолов, он добавил туда еще чего-то.
Спустя пару минут таких манипуляций китаец повернулся ко мне:
— Готова, — протянул он с улыбкой.
— Джон, ты серьезно позволишь ему это сделать? — с изумлением на лице произнес Доно. — А вдруг это какой-нибудь их яд?
— Ну, в таком случае ты его попросту пристрелишь, — с ухмылкой ответил я. Конечно, в словах Доно была доля правды, рискованно давать себя лечить человеку, хозяина которого мы только что убили. Но я готов был рискнуть! — Что мне надо сделать, съесть это?
— Нет, моя промыть рану и положить это на нее, — ответил китаец.
— Ну, тогда давай, приступай, — ответил я.
Китаец аккуратно снял повязку с руки, кровь все так же не останавливалась, хотя я довольно туго перевязал. Он открыл здоровенную кастрюлю, стоящую на плите, и зачерпнул оттуда чашку воды. Промыв рану, я при нормальном освещении сам осмотрел ее. Оказалось ранение не слишком серьезным, просто задеты мягкие ткани, пуля прошла навылет.
Китаец аккуратно заложил свое зелье мне в рану, на удивление, никаких болезненных ощущений я не испытывал, а даже наоборот, то место, где еще минуту назад я чувствовал дикую боль и жжение, сейчас окутало приятной прохладой. После чего он так же аккуратно наложил повязку на рану.
Еще около минуты все стояли в ожидании. Доно нервно теребил револьвер в руках, покручивая барабан. Но ничего страшного не произошло, а наоборот, кровь остановилась.
— Как тебя звать? — спросил я.
— Моя Ли Хонг, — ответил китаец, начав мне кланяться.
— Я тебе признателен, Ли Хонг, благодарю, — ответил я. — Значит, вы здесь готовили еду для Лау Фейа?
— Да, — китаец кивнул. — После приготовления мы все составлять на поднос и подавать господин. — Китаец указал на небольшое окошко в стене.
Тут я вспомнил, когда мы обыскивали комнату Лау Фейа, я видел это окошко с решеткой возле самого пола, но подумал, что это для вентиляции.
Пока Ли Хонг рассказывал, что и сколько они готовили для Лау Фейа, Доно начал лазить по полкам в надежде чем-нибудь перекусить.
На кухне было много заготовок, которые предполагалось пустить в ход сегодня, но, видно, не судьба.
Краем глаза я видел, как Доно лазил по чашкам и тарелкам, обнюхивая содержимое и что-то даже пробуя на вкус.
— Нет, нельзя. Смерть, — закричал Ли Хонг и ловким движением руки выбил чашку из рук Доно. Наши бойцы тут же взвели курки на револьверах и направили в сторону китайца. Доно же сухо сглотнул, уставившись широко открытыми глазами на меня.
— Что случилось? — спросил я
— Это еще не приготовленное, его нужно вымочить сначала, иначе смерть, — ответил Ли Хонг.
— Ну, ведь вкусно пахнет, — смутился Доно.
— Это ошибка, — ответил китаец. — Даже когда оно вымочить, его нужно есть с определенной закуской, иначе смерть.
— И что это такое? — спросил Доно. В ответ китаец что-то ответил на своем родном языке, так что я этого не понял. Но у меня появилась идея.
— Ли Хонг, а ты хочешь работать на меня? — улыбнувшись во все тридцать два зуба, спросил я. — Разумеется, не бесплатно, я буду тебе платить по пять долларов в неделю, плюс еда и жилье за мой счет.
Китаец уставился на меня сначала с непониманием, после которого проступило удивление, а следом озарение, и он тут же упал мне в ноги.
— Моя согласна, моя согласна, — причитал китаец. — Только заберите меня отсюда. — И тут же что-то сказал на китайском, и его товарищ, так же как и Ли Хонг, бросился мне в ноги.