Попаданцы. Мир Таларея (СИ)

— Подстаканники что, останутся у нас? — хохотнула госпожа Тень.
— Нет, конечно, — отставник улыбкой показал, что оценил шутку, — Только, думаю, негоже высокородной герцогессе пить из стакана в железном или бронзовом подстаканнике как уважаемой наёмнице. Ещё у меня можете приобрести еду или вино, а также чего покрепче. Все продукты свежие, под магией Сохранения. В поезде есть ресторан, через вагон от нас. Хотите, там ешьте, хотите, закажите, вам доставят в купе. Для развлечения предлагаем газеты или крестословы.
— Чего? — позабыв об угрозе, нависавшей над его ушами и задницей, не сдержал любопытства Тинго.
— Слова угадывать и вписывать в клетки, — пояснил проводник, — Карандаши тоже имеются в продаже. Оплата в рублях и тугриках, но можно лиграми и солиграми, правда, курс два к одному. Сами понимаете, — он извиняюще развёл руками и вспомнил недосказанное, — Да, есть мыло и шампуни, а также масла для укладки волос. Душевая — в последнем вагоне.
Смесь гордости за своего земляка, восхищение им и толика зависти, госпожа Тень честно не могла бы себе сказать, чего из этого в ней больше.
На время переодевания в дорожную одежду, принесённую бывшим каторжанином, соседа и мальчишку девушки из купе выставили. Затем Тинго отправили сменить одежду в комнату проводников, а, после, беглецы сели обедать. Пригласили к столу и торговца, предложив ему разделить прихваченную из "Поля битвы" снедь.
Вика оказалась полностью права насчёт повышения аппетита во время поездки на поезде. Даже герцогесса, питавшаяся в трактире словно воробышек, теперь ни чуть не отставала от своей охранницы.
Дорожное путешествие способно сближать самых разных людей. Уже через пять минут совместного застолья, когда девушки и их слуга выпили по стакану вина — торговец, которого, как оказалось, звали Гевис, предпочёл заказать кальвадос — завязалась вполне непринуждённая беседа.
Вика, что тот Цезарь, одновременно слушала, иногда вставляя свои пару слов, и с интересом просматривала газету "Рельсовик". Брошюрку с кроссвордами она оставила, что называется, про запас.
Устав слушать вновь распушившего хвост Гевиса, начавшего подробно рассказывать о своих прежних поездках в поездах, попаданка забралась на свою полку и лёжа на животе принялась смотреть в окно.
Мимо проплывали леса, поля, рощи, иногда показывались феодальные замки, убогие деревушки, крестьяне, собирающие урожай — обычные виды примитивной средневековой жизни, которую прорезало насквозь достижение технической цивилизации, не без помощи магии, естественно.
Хотя землянку скорость движения особо впечатлить не могла, тем не менее, к своей цели она приближалась кратно быстрее, если считать в среднем за сутки, чем это она могла бы делать с помощью заклинания Прыжок. Не говоря уже про удобство путешествия.
— От Бирмана до Сфорца, как и у нас из Саара в Фестал, рельсы на многих участках идут рядом с трассами из магического мрамора, — продолжал разглагольствовать поставщик двора, адресуясь теперь одной лишь герцогессе — Тинго тоже забрался на полку и, не дыша, следовал примеру своей госпожи, — Наша великая королева, пусть и строга ко всем нам, своим подданным, но и себя совсем не жалеет. Это ведь она, без участия своего брата, лично строит дороги и мосты, телеграф и почтовые станции.
Ола ре Литоль тоже почти не отводила взляда от окна, однако, и рассказы попутчика слушала вполне благожелательно.
Вскоре кто-то открыл в коридоре окно и запах угольно-древесного дыма в вагоне усилился.
На обед всё четвёртое купе шестого вагона в полном составе отправилось в вагон-ресторан. Правда, произошло это на третьей склянке после полудня, поскольку столик надо было заказывать, а действительно царившая на псковской рельсовой дороге демократия в отношении пассажиров, не позволили воспользоваться титулом Олы, чтобы пройти в ресторан без очереди.
Своё Дальновидение Вика отключила ещё во время посадки, а вот обострённым восприятием пренебрегать не стала. Мало ли что?
— Хозяйка, можно я с ребятами по вагонам побегаю? — познакомившийся в поезде с другими детьми — сверстниками и помоложе — Тинго умоляюще смотрел на попаданку, объяснявшую нанимательнице, как правильно вписывать буквы в клетки кроссвордов, названных Олегом крестословами.
 
— Можно, — разрешила Вика, — Только голову больше наружу не высовывай, продует. Магов-целителей среди нас нет, а что за лекарь в поездной бригаде, я не знаю. Да и денег для него у меня лишних нет. И ты это, берега-то не путай, дружок. Не забывай своё место. Поездка однажды закончится. Ещё раз увижу, как ты баронету дразнишь, тебе конец. Понял? Девочке, поди, и семи ещё нет, а ты ей рожи корчишь. Всё, пошёл вон.
Четыре дня поездки для землянки пролетели как один. В тёмное время суток она на прогулку по перрону не выходила, хотя и большей частью времени не спала, а просто лежала на спине, уставившись на третью полку над собой, вспоминая родной мир и свою прежнюю жизнь. Олег ещё до их встречи разбудил в ней ностальгию, привнесением на Тарпецию знакомых ей техник Земли.
А вот во время дневных стоянок она вместе со спутниками, включая Гевиса, выходила на прогулку по перрону. Когда поезд прибыл к бирманскому пограничному Алга-Рону, довольно крупному городу, состоялась встреча двух составов, остановившихся на параллельных путях.
Произошла перестыковка паровозов. Тот, что тянул вагоны из Саарона, теперь направился в обратный путь, как развернулся и пришедший навстречу.
На Алга-Ронской платформе стоянка продлилась два с половиной часа. Там Ола ре Литоль познакомилась с сааронской герцогской четой, ехавшей из Бирмана с детьми — двумя мальчишками-двойняшками — и направилась на прогулку с новыми знакомыми, а Вику попытались обаять трое дворян, ехавших в её поезде в девятом вагоне.
Покорить сердце симпатичной наёмницы им, к их сильному удивлению, совсем не получилось, хотя попаданке они, в целом, понравились. Только вот, благородным молодым парням было совсем невдомёк, что к ногам той, кто выдавал себя за наёмницу Неллу, падали гораздо более титулованные аристократы и мужчины, намного красивее.
Зато госпожа Тень прояснила для себя вопрос с Олеговым ландвером. Как оказалось, это вовсе не ополчение, организованное по штатам полков регулярной армии, а, скорее, кадрированные части, вроде той, в которой служил когда-то Викин отец.
Офицеры и унтер-офицеры с небольшим количеством солдат, в основном, вспомогательных подразделений, служили в ландвере на постоянной основе. В случае мобилизации командный костяк прирастал мясом призывников и после недолгих тренировок и слаживаний мог идти в бой. Пусть качество таких частей и уступало регулярным, но на голову превосходило ополчение.
Мудрость земляка попаланка оценила и в том, что лояльность кадрированных частей императору оказывалась весьма высокой за счёт того, что командный состав полков, расквартированных в каком-либо королевстве, набирался из другого.
Троица привязавшихся к Вике сааронских дворян заключила контракты на службу в бирманском ландвере.
— Нелла, — герцогесса подошла к своей охраннице, бросив высокомерный взгляд на приставал, — Уже второй колокол прозвенел. Скоро отправляемся.
— Я слышала, госпожа герцогесса, — склонила голову повелительница Ордена, — Просто не хотела прерывать ваш разговор с герцогом и герцогиней.
Напрашиваться на свой приход в гости или приглашать наёмницу в своё купе мелкие дворяне при высокородной аристократке не решились, с тоской и некоторой обидой проводив взглядами направившихся к своему вагону девушек.
Когда поезд достиг своей конечной станции и герцогессе с её охранницей настала пора расстаться со случайным попутчиком, то обмениваться телефонами они не стали — как с иронией подумала Вика, такую опцию её земляк ещё не продумал.
Вокзал бирманской столицы, построенный большим, с явным прицелом на будущее увеличение пассажиропотока, выглядел гораздо красивей многих земных своих аналогов.