Моё грозовое небо (СИ)
От мыслей об этом её отвлёк внезапный стук, а потом и взъерошенная голова, просунувшаяся в приоткрывшуюся дверь.
– Привет. Я могу войти?
Мишель смущённо заправила непослушную прядь волос за ухо и кивнула, пряча глаза. После той ночи, когда они виделись в последний раз, она переживала, что Джеймс всё ещё злится на неё. Да она и сама на себя злилась.
– Ну как ты тут? – тот неуверенно присел на краешек её кровати, а взгляд Мишель метнулся к выходу, но второй близнец так и не появился.
– Ты один?
– А ты воспринимаешь нас только вдвоём?
– Нет. Просто…
– Я хотел извиниться. А это лучше делать наедине.
– За что? – Мишель с удивлением всмотрелась в виноватое лицо друга и нахмурилась. Нет, ей гораздо больше нравилось, когда он бесшабашно улыбался.
– За тот вечер. Ты ведь не хотела ехать, а я заставил. И теперь ты здесь…
Закусив губу, Мишель робко тронула его руку, лежащую на согнутой в колене ноге.
– Я сама повела себя как дура. Не нужно было садиться в машину к незнакомому парню… И ругаться с тобой… И вас с Остином наказали из-за меня… Если бы я осталась с тобой, никто бы не узнал, что мы вообще там были. Так что это мне нужно просить прощения.
– Нас всегда наказывают из-за тебя, – Джеймс рассмеялся, мягко сжимая её пальцы, и Мишель сконфуженно улыбнулась ему.
– Прости…
– Брось. Если бы нас это парило… Хотя нет, даже тогда мы бы не променяли тебя ни на кого другого.
Слышать это было здорово. Они были втроём, сколько Мишель себя помнила, и лучших друзей и пожелать было нельзя.
– Да и Алекс вроде как отмазал нас, – протянул Джеймс, взъерошивая волосы спереди и приглаживая их на затылке.
– Папа?
– Да. Он заезжал на днях, разговаривал с мамой…
– Как ему удалось переубедить её? – Мишель была поражена. Обычно Сандра наказывала сыновей не менее строго, чем их отец Маркус, и было удивительно, что в этот раз они так легко отделались.
– Ну-у-у… Это вроде как благодаря тебе…
– Благодаря мне? Как это? Что там вообще произошло? Я помню только, как села в машину.
Джеймс прикусил язык, уже жалея, что вообще упомянул об этом. Думать о той ночи не хотелось. Да и выставлять себя героем тоже. Тем более он им и не был. Просто сделал то, что должен был. Но он знал, что Мишель не успокоится, пока не узнает то, что хочет.
– Ладно…
* * *Вечер на гонках
– Эй, ты куда это? – Джеймс схватил Мишель за руку, когда та открыла пассажирскую дверь его машины, за рулём которой сидел Остин.
– Поеду с ним. Не участвую сама, так хоть прокачусь рядом.
– Нет. Это не безопасно. Ты будешь его отвлекать. Только тачка и водитель. Больше никого.
– Но я же ездила с тобой в прошлый раз, – Мишель удивлённо распахнула глаза, хлопая длинными ресницами, и Джеймс поджал губы.
– Ага. И я думал больше о тебе, чем о дороге. В итоге чуть не проиграл.
– Мишель, он прав, – вставил Остин, стоя у водительской двери, но заметив, как та вспыхнула от возмущения, тут же побеждённо поднял руки и плюхнулся на своё сиденье. Нет, в этот спор он не полезет. Пусть Джеймс сам выкручивается, пытаясь объяснить ей, почему не хочет, чтобы она ездила с кем-нибудь, кроме него самого. Может, хоть теперь он решится сказать ей правду.
– О-о-о, так это я была виновата в том, что ты не докрутил передачу? – ехидно бросила Мишель, снова поворачиваясь к Джеймсу, и тот разочарованно простонал.
– Чёрт, Мишель, я не об этом.
– А о чём же тогда? – Мишель подозрительно вздёрнула бровь, скрещивая руки на груди, а Джеймс озадаченно потёр шею, не зная, как объяснить ей, что беспокоился о том, чтобы другие не подвергли опасности именно её.
– Ну…
– Ясно. Я еду.
– Нет. Ты останешься здесь со мной.
– Вот где-где, а здесь с тобой я уж точно не хочу быть. И раз я не могу поехать с Остином… – Мишель стрельнула глазками на второго парня, участвующего в гонке, и тот, стоя рядом со своей машиной и слыша бóльшую часть их спора, призывно открыл пассажирскую дверь.
– Мишель, стой, – Джеймс попытался снова схватить её за руку, но та ловко увернулась, а между ними возник соперник Остина.
– Отвали. Девушка хочет прокатиться, значит, прокатится.
– Она с тобой никуда не поедет, – процедил Джеймс, чувствуя, как кулаки сами собой сжимаются от накатившей злости. Он знал Триса – тот пару лет назад выпустился из их школы. Как и знал то, что Трис за рулём ведёт себя совершенно безбашенно.
– Эй, остыньте, – попытался урезонить их Остин, стоя одной ногой на асфальте, опираясь руками на дверь своей машины, готовый в любой момент разнимать драку. Но в этот момент к двум схлестнувшимся взглядами парням подошёл организатор сегодняшних заездов и отпихнул их друг от друга, заявляя о начале гонки. Трис, ухмыляясь, сел за руль.
– Мишель, выходи, – Джеймс нагнулся к успевшей сесть в машину подруге, но та только упрямо отвернулась, переводя взгляд на дорогу перед собой, где появилась девушка с красными лентами, чтобы дать старт, а его оттянули за плечи назад.
Две машины взревели моторами и понеслись вперёд. Они должны были объехать несколько кварталов и вернуться сюда же по длинной прямой улице, и все собравшиеся на старте развернулись в обратном направлении в ожидании того, кто придёт первым на финиш.
Расталкивая локтями веселящийся народ, Джеймс быстро пробрался к краю толпы, а через минуту увидел, как в начале улицы Остин резко затормозил, уходя от удара с подрезавшим его Трисом, чья машина так и не выровнялась, а продолжила быстро двигаться в бок, в конечном итоге налетев на бордюр и несколько раз перевернувшись.
– Мишель…
Сердце выпрыгивало из груди, воздуха в лёгких не хватало. Ещё никогда в жизни Джеймс не бегал так быстро, в несколько секунд добираясь до лежащей на крыше помятой Камаро, которая вдруг загорелась.
– Чёрт, Мишель…
Та полулежала-полувисела вниз головой, и он с трудом смог вытащить её, оттаскивая немного в сторону, когда мгновением позже услышал крик бегущего к ним брата:
– Джеймс, азот!
И одного удара сердца хватило на то, чтобы сообразить, что тот имел в виду. Буквально за полчаса до этого Трис хвастался своей новой системой нитро, которая сейчас подвергалась воздействию открытого огня и могла рвануть в любое время. Подхватив Мишель под руки, Джеймс успел сделать ещё несколько сильных рывков прочь от машины, когда раздался взрыв.
– Джеймс… – всхлипнула Мишель, лёжа на асфальте и смотря на него огромными испуганными глазами. Её всю трясло, а лицо и шея были в порезах от разбившихся стёкол.
– Тихо, тихо, маленькая моя… – Джеймс погладил её по волосам, уложив к себе на колени, а рядом с ними на асфальт плюхнулся Остин.
– Скорая уже едет.
– Хорошо. Потерпи, малышка… Просто смотри на меня, ладно?.. – прошептал Джеймс, пытаясь успокоить её, хотя сам заходился паникой от мыслей, бесконечно залетающих в голову. Но поймав взгляд её серых глаз, уже не видел ничего вокруг.
* * *– Значит, это ты меня вытащил…
Джеймс промолчал, рассматривая край её одеяла, который теребил пальцами, а Мишель вся сжалась, чувствуя, как сердце охватывает сначала страх, а потом и непонятный трепет. После его рассказа она вспомнила всё в мельчайших подробностях. Особенно ощущение его горячих рук и ласковый шёпот, каким он ещё никогда с ней не говорил.
– И сказал, что я ещё должна буду… что ты хотел пригласить меня…
– Ты пойдёшь? – Джеймс вскинул голову, впиваясь в неё взглядом, полным смятения и надежды, и сердце Мишель забилось ещё чаще.
– На свидание?..
– На свидание.
– Только вдвоём?..
– Да. Только ты и я.
– Джеймс, я… – Мишель замялась. Это было так неожиданно. Её ещё никто никогда не приглашал на свидание. А услышать это от него было вдвойне волнительно. Ведь столько лет они были лучшими друзьями. Вот только смотреть на него как раньше она уже не могла, а предательское сердце готово было выпрыгнуть из груди.