Моё грозовое небо (СИ)
– Не будем давать твоему отцу повод запереть тебя дома до конца школы.
* * *– Ты до конца лета под домашним арестом! – Крис рвал и метал, расхаживая по гостиной своего дома перед испуганно сидящей на диване дочерью, и то и дело кидал на неё гневные взгляды.
– Но папа! – воскликнула Эшли, пытаясь сдержать подступающие слёзы. Ей было безумно стыдно, что отец видел их, но она не собиралась просто так опускать руки. Они с Даниэлем не сделали ничего ужасного, чтобы заслужить настолько серьёзное наказание.
– Никаких «папа»! Мальчишка больше не переступит порог твоей комнаты, а может, и этого дома.
– Крис, успокойся, – Алисия попыталась вразумить мужа и не замолчала, даже получив и в свой адрес его взбешённый взгляд. Она понимала его отцовские чувства, но он явно перегибал палку. – Ей уже шестнадцать. Они с Даниэлем дружат с самого детства. Он твой крестник и никогда не позволит себе навредить ей, ты же знаешь.
– Это не значит, что он сможет удержать свои бушующие гормоны в узде! Да, они просто целовались. А что было бы, если бы я зашёл на несколько минут позже? Она под домашним арестом!
Эшли снова вспыхнула, вспоминая, как отец застал их в её комнате, когда они готовились к вступительным экзаменам Даниэля и немного отвлеклись от учебников. Но тут же откинула свои чувства куда подальше. Сейчас ей важно было другое:
– Папа, но он же скоро уедет!
– Вот тогда и сможешь снова выходить.
– Но…
– Я всё сказал! Марш к себе!
* * *Эшли уже почти спала, обнимая медведя, которого Даниэль выиграл для неё в парке развлечений пару недель назад, когда снаружи раздался тихий стук. Она подскочила с кровати и кинулась к окну, распахивая его настежь, а через мгновение на её подоконник уселся взъерошенный парень.
– Привет.
– Дани, – Эшли кинулась к нему на шею, и Даниэль едва слышно рассмеялся.
– Тише, кнопка! Весь дом перебудишь.
Он прижал её к себе, жадно целуя, а потом обнял ещё крепче, наслаждаясь её теплом и тихим шёпотом.
– Я так скучала по тебе…
– Я знаю. Поэтому и пришёл.
– Но… как?.. – Эшли отстранилась, усаживаясь рядом на подоконник, и Даниэль пожал плечами, заправляя белокурый локон ей за ухо.
– Дождался, пока Крис уйдёт спать, и залез по этой деревянной штуке для цветов. Очень удобно. Если бы не чёртовы розы.
– Ох… – Эшли осмотрела его исцарапанные руки, не скрытые футболкой, и вытащила несколько обломанных шипов. – Ты не должен был.
– Эш, ты не одна скучаешь, – слегка развернув, Даниэль снова прижал её к себе, удобно устраивая в своих объятиях, и положил подбородок ей на макушку. Неделя, что они не виделись, казалась сущим адом. – Почему ты не отвечала на мои сообщения?
– Прости. Папа отобрал у меня телефон.
– Что-то он совсем разбушевался, – Даниэль удручённо покачал головой, болтая одной ногой за окном. Он, конечно, знал, что Крис может быть очень жёстким, но не думал, что настолько.
– Это ты не слышал, как он орал после того, как выставил тебя из дома, – Эшли подняла голову и потёрлась носом о его подбородок, вдыхая любимый запах, и Даниэль, наклонившись, снова коснулся её губ своими.
– Тебе сильно досталось?
– Переживу. Страшно, что мы больше не увидимся…
Стоило только подумать о том, что оставшиеся у них полтора месяца до того, как он уедет учиться, они проведут порознь, карие глаза наполнились слезами, хотя, казалось, за эти дни взаперти она выплакала уже всё, что могла.
– Я готов влезать в твоё окно хоть каждую ночь.
Эшли согласно закивала, и Даниэль, тихо рассмеявшись, снова дотронулся до её губ. Сначала нежно, а потом всё больше углубляя поцелуй. Они целовались так жарко, как будто не виделись не неделю, а год или даже больше.
– Как же я хочу тебя… – в отчаянии простонал Даниэль, поглаживая её поясницу под задравшейся футболкой, и Эшли прильнула к нему ещё ближе, но потом замерла, прислушиваясь.
– Как будто шаги на лестнице, – прошептала она, но больше не услышала ни звука. Тишину летней ночи нарушали только треск цикад и лёгкий ветерок, шуршащий листвой на деревьях.
– Тебе показалось. Иди сюда, – Даниэль притянул её к себе за шею, захватывая в плен сладкие губы, но вдруг дверь в комнату тихо приоткрылась, а потом и распахнулась настежь, с грохотом ударяясь о стену, заставляя их отпрянуть друг от друга. На пороге стоял пылающий гневом Крис.
– Я думал, мне показалось, что Эшли с кем-то разговаривала. Но нет!
Эшли вся сжалась, одёргивая футболку, а Даниэль подтянул к себе коленку, скрывая последствия их горячих ласк. Кажется, ещё никогда ему не было так неловко, смешно и досадно одновременно.
– Я запретил тебе пересекать порог её комнаты, и ты влез в окно! Решил, что это не считается?! Самый умный что ли? – продолжал греметь Коллинз, а Даниэль вдруг почувствовал, как тоже начинает закипать.
Он выпрямился, расправляя плечи, и, уверенно посмотрев в глаза крёстного, процедил сквозь зубы:
– Я хотел её видеть. И она меня тоже.
Крис задохнулся от возмущения и сжал кулаки, борясь с желанием отвесить ему несколько подзатыльников, а потом махнул рукой на дверь:
– На кухню, живо.
Оба подростка соскочили с подоконника и шагнули к выходу, но Коллинз остановил дочь строгим взглядом:
– Только он. Ты остаёшься здесь и ложишься спать.
– Но, папа…
– Я сказал – спать, – снова громыхнул он и, выйдя вслед за Даниэлем в коридор, захлопнул дверь.
– Крис, что случилось? Почему ты кричи… О-о-о… – появившаяся из спальни Алисия, запахнула халат, морщась от яркого света, и уставилась на Даниэля, которого уж никак не ожидала увидеть у них дома посреди ночи. – Дани, как ты здесь оказался?
– Влез в окно. Я снесу к чертям собачьим эту ограду с розами, – рыкнул Крис, а Алисия сверкнула на него глазами, скрещивая руки на груди.
– Только попробуй тронуть мои розы.
– Прости, Алисия. Я, кажется, их немного помял, – Даниэль сконфуженно ей улыбнулся, а Коллинз тут же подпихнул его к лестнице.
– На кухню. И жди меня там, пока я буду звонить твоему отцу.
«Ну приехали», – Даниэль удручённо опустил голову и поплёлся вниз. Когда же он уселся за стол, вошедшая следом Алисия ободряюще погладила его по плечу.
– Не расстраивайся. Я, конечно, не одобряю это ночное свидание, но Крис покричит и отойдёт. Ты же знаешь, что он всё равно тебя любит, – она отошла к плите, чтобы заварить чай, а Даниэль подпёр подбородок руками.
– Ага. Именно поэтому так категорически против, чтобы Эшли со мной встречалась.
– Дело не в тебе, – Алисия мягко ему улыбнулась. – А в том, что она всё ещё его маленькая девочка, которая только научилась ходить. Я уверена, Алекс точно так же будет относиться к Мишель, когда вокруг неё начнут виться мальчики.
– Если эти самые мальчики пройдут кордон из двух её лучших друзей, – хмыкнул Даниэль, а его настроение немного, но поднялось.
Они ещё не успели допить чай, как на кухню широким уверенным шагом вслед за Крисом вошёл Алекс, и, увидев его не обещающий ничего хорошего взгляд, Даниэль опять сник.
– Доигрался?
– Отец…
– Не хочу ничего слышать. Мы сейчас же едем домой.
Да, давно отец так с ним не разговаривал. Он не кричал, но в его голосе сквозила злость и разочарование. И это было ещё хуже. Даниэль вздохнул и поднялся из-за стола:
– Спасибо за чай, Алисия.
– Подожди меня в машине, – строго произнёс Алекс, и он удивлённо обернулся уже у самого выхода.
– Она в двух кварталах отсюда.
– В моей машине.
– А как же…?
– Я заберу твой Мустанг как-нибудь потом. Чтобы у тебя не было соблазна снова отправиться куда-нибудь среди ночи.
Глава 20
– Рассказывай, – сев за руль, Алекс устало потёр шею и вырулил с подъездной дорожки дома Коллинзов. Он всего несколько часов назад вернулся из командировки и только успел упасть в кровать, засыпая в объятиях жены, когда раздался звонок Криса.