Моё грозовое небо (СИ)
– Алекс, я помню её… Помню маленькую…
Из его груди вырвался судорожный вздох.
– Скажи, что с ней всё будет в порядке… Пожалуйста… – закрыв глаза, Мэл прижалась губами к его шее, стараясь справиться с потоком нахлынувших на неё эмоций. Сейчас ей стало ещё страшнее.
– С ней всё будет в порядке, малышка. Чёрт, Жизель… – Алекс сжал пальцами переносицу, запрокидывая голову назад, и Мэл почувствовала, как на её нос скатилась пара его слезинок.
– Тише, мой самый сильный мужчина… Я рядом…
Она позволила ему стать чуточку слабее, чувствуя, как неровно бьётся его сердце под её ладонью. И ей казалось, что так было всегда. Он был её опорой, несокрушимой стеной, но иногда и он гнулся, и чтобы не дать ему сломаться, она подставляла своё плечо, предоставляя ему возможность передохнуть и встать с новыми силами.
Вот и сейчас, чувствуя, что он уже на грани и совершенно разбит, Мэл откинула все свои эмоции в сторону. Стоя за его сильной спиной, она поглаживала его грудь, словно пытаясь достать до самого сердца, и шептала ему на ухо слова поддержки.
– Жизель… – хрипло прошептал Алекс, как будто только одно её имя придавало ему сил.
– Я с тобой, тигр… Всегда буду рядом…
Алекс несколько раз моргнул, задержал дыхание и сильно выдохнул. Стало немного, но легче.
Они ещё несколько минут молча держали Мишель за руку, не сводя с неё двух любящих взглядов, словно зависнув в каком-то трансе. Но когда Мэл пошатнулась, переступая с одной ноги на другую, Алекс как будто опомнился, возвращаясь в реальность. Он мягко разжал её объятия, поднялся со стула, поцеловал дочь в лоб и подхватил жену на руки.
– Алекс, что ты… – пискнула Мэл от неожиданности, но тот невозмутимо направился к двери.
– Нужно отвезти тебя домой. Да и Даниэль там уже, наверное, весь извёлся. Мы вернёмся к Мишель завтра. Врач сказал, что кризис миновал, и всё будет хорошо. Она поправится. Просто нужно время.
– Алекс, я могу сама…
– Не спорь, пожалуйста. Это нужно мне.
Он вышел из палаты, неся её на руках, как пушинку, и Мэл только и оставалось, что обхватить его шею руками и положить голову на плечо. Но в этом определённо что-то было. Она снова чувствовала себя маленькой и защищённой.
– Ты на машине? – обратился Алекс к Даниэлю, который поднялся со своего стула, как только они вернулись в зал ожидания.
– Да, отец.
– Поехали домой. Расскажешь, как всё это произошло, – он улыбнулся сыну краешком губ и заметил, как расслабились плечи Дани. – Мы вернёмся сюда втроём, как только поспим пару часов и поедим. Я уверен, что ты голодный.
– Зверски. Я ничего не ел со вчерашнего вечера.
– Я могла бы что-нибудь приготовить, – приподняв голову с плеча Алекса, Мэл увидела, как две пары глаз просияли от удовольствия.
– В холодильнике есть хоть что-то? – Алекс занёс её в лифт, а Даниэль, зайдя следом, озадаченно потёр шею.
– Ну-у…
– Понятно. По дороге заедем в супермаркет.
Выйдя на улицу, Алекс направился к парковке для посетителей, а опустив Мэл на ноги перед красным Доджем Дуранго, протянул раскрытую ладонь Даниэлю. Тот без слов вложил в неё ключ. А когда Мэл забралась на переднее сиденье и села боком, лицом к Алексу, подогнув под себя одну ногу, отец с сыном переглянулись.
– Что?
– Ничего, – Алекс, устало улыбаясь, завёл машину и вырулил на дорогу, с лёгкостью встраиваясь в поток машин.
– Ты всегда сидишь именно так, – Даниэль с заднего сиденья протянул ей руку, и Мэл тут же за неё схватилась, прикрывая уставшие глаза. Что-то всегда остаётся неизменным. Мышечную память и привычки ещё никто не отменял. А её тело уже не раз доказывало, что помнит гораздо больше, чем её разум.
Через час, погрузив продукты в большой багажник, они наконец-то направились в сторону дома, а Мэл больше не могла держать глаза открытыми. Она поняла, что заснула, только когда Алекс снова взял её на руки, вытаскивая из машины.
– Ш-ш-ш… Спи, лиса…
Но она прикрыла рот ладонью, зевая, и снова распахнула глаза, с любопытством рассматривая стоявший на большом отдалении от основной дороги и растянувшийся в ширину дом, окружённый деревьями, с большой площадкой перед ним. Первый этаж был полностью обшит камнем, а над центральной частью возвышался второй деревянный этаж с покатой крышей. Слева под прямым углом шла стеклянная веранда, соединяющая основной дом с небольшим домиком для гостей. В темноте мягко светилось несколько фонарей, расставленных по периметру.
– Что скажешь? – Алекс внимательно наблюдал за её реакцией, медленно шагая к входной двери.
– Мне нравится… – с восхищением тихо выдохнула Мэл, и довольный Алекс поцеловал её в макушку.
– Я надеялся на это. Ведь это ты его нарисовала.
– Я? – глаза Мэл расширились от удивления, а Алекс, тихо посмеиваясь, занёс её в большую гостиную с тёмно-синей мебелью и голубыми подушками на широком диване.
– Ты. Правда, это больше походило на детский корявый рисунок, чем на настоящий чертёж. Но потом я построил его, и ты сказала, что именно таким и видела его в своей голове.
– Ты построил его сам? – этот факт поразил Мэл. Этот мужчина с каждым днём поражал её всё больше и больше. И с каждой проведённой с ним минутой становилось всё понятнее, почему она влюбилась в него. – Господи, сколько же на это ушло времени?
– С учётом нашей работы и двух маленьких детей мне понадобилось почти два года. И ещё несколько месяцев, чтобы ты заполнила его всякими своими уютными штучками. Нашим домом его сделала именно ты.
Алекс медленно повернулся из стороны в сторону, позволяя ей рассмотреть комнату и широкую лестницу, ведущую на второй этаж. Здесь, и правда, было большое количество мелочей, делающих пространство уютным и тёплым. Несколько полок, на которых стояли разнообразные фотографии, пара вазочек из цветного стекла, яркие кисточки на шторах. Но вместе с тем гостиная была очень просторная и современная, в ней легко дышалось и хотелось проводить вечера как в тёплом семейном кругу, так и в шумной компании друзей.
– Хочешь экскурсию?
– Обязательно, но не сейчас. И так слишком много впечатлений, – Мэл улыбнулась, и Алекс поставил её на ноги, притягивая к себе за талию. – К тому же я обещала накормить своих мужчин. А завтра, когда мы отдохнём и увидим Мишель, ты мне всё покажешь.
– Мне нравится, как ты произносишь слово «своих», – прошептал Алекс и, наклонившись, коснулся её губ, а Мэл, рассмеявшись, пихнула его в плечо.
– Показывай, где кухня, здоровяк.
– Ты точно ничего не помнишь? – довольно ухмыляясь, Алекс повёл её в правую часть дома, пропуская через деревянную дверь. – Потому что сегодня мне всё больше кажется…
– Тебе кажется. Но ты узнаешь первым, если память ко мне вернётся.
Они вошли в просторную кухню, где Даниэль уже разложил их покупки и разливал по трём кружкам кофе.
– Я подумал, что неплохо бы немного взбодриться, – он протянул одну кружку Мэл, а вторую отцу.
– Спасибо. Это действительно не помешает, – сделав глоток ароматного напитка, Мэл осмотрелась и на мгновение задумалась о том, что будет готовить – нужно было что-то быстрое, сытное и не слишком энергозатратное – а вспомнив о любимой запеканке, принялась доставать из холодильника нужные ей продукты. – Если вы готовы помочь, это значительно ускорит процесс.
– Конечно, – одновременно ответили ей два громких мужских голоса, и Мэл даже подскочила от неожиданности.
– Спасибо. Тогда это нужно почистить, – она выдала Алексу пакет с картошкой, нож и пустую миску, интуитивно находя всё нужное в шкафах. – А это порезать, – перед Даниэлем на кухонном островке оказалась доска с ножом и упаковка колбасок.
Отец с сыном снова переглянулись, но Мэл этого не заметила, стоя к ним спиной и моя помидоры.
– Есть, мэм.
– Как скажете, мэм.
– Господи, – она снова вздрогнула, уронив помидор в раковину, а подняв его, повернулась к посмеивающимся мужчинам. – И я бы очень просила больше так не делать.