Мэй. Шёпот отчаяния (СИ)

— Так, тихо, тихо… Тебе срочно нужно успокоиться и постараться очистить разум от мыслей. Чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше.
Нейтан продолжал говорить что-то ещё, но каждое его слово отдавалось эхом в голове и заглушалось предыдущими. Линии, от которых я уже была не в силах отвести взгляд, постепенно начали плыть. Одна соединялась в другой, та — растворялась в третьей. Их цвета перемешались между собой, создавая одно сплошное яркое пятно. Оно било по глазам, словно бы специально напоминая о себе и не давая возможности переключить внимание на что-то другое.
— Тебе нужно дышать. И оторви уже взгляд от экрана!
С этими словами Нейтан подскочил с места. Его руки легли мне на плечи, глаза смотри прямо в мои. Во взгляде парня читалось явное волнение вперемешку с чем-то ещё, что я никак не могла разобрать. Он легонько встряхнул меня, тем самым обращая внимание на себя. Когда же я перевела взгляд на него, приблизил своё лицо к моему и торопливо заговорил:
— Показатели почти критические. Та программа, что находится у тебя в системе, битая. Меддисон изначально неправильно установила чип, из-за чего он затрачивает слишком много жизненно важных ресурсов. Каждая последующая активация режима для тебя может стать последней, что приведёт к неминуемым последствиям.
Он сделал небольшую паузу, тем самым давая мне возможность понять смысл его слов. Облизал губы и продолжил:
— Чтобы предотвратить аварийное отключение, нужно избавиться от чипа. Но и тут всё не так просто: сразу после его изъятия начнётся экстренная перезагрузка всех систем. Это в разы увеличивает риск внутреннего перегрева, понимаешь? Сгорит одна микросхема — полетят и другие. Я знаю, о чём ты сейчас думаешь. Знаю, к какому выводу пришла. Поверь, не ты одна — у меня тоже появилась подобная мысль. Но сейчас нам нужно уменьшить риски и снизить активность. В противном случае в одиночку я не смогу ничего предпринять.
С тяжёлым вздохом Нейтан опустил голову. Его руки продолжали покоиться у меня на плечах, передавая своё тепло, которое я никак не могла ощутить. Как ни странно, это помогло отвлечься от навязчивых раздумий. Я уцепилась за эту мысль, как за спасительную соломинку.
Вдох. Выдох.
Я переключила всё внимание на руки парня. Закрыв глаза, представила, будто чувствую их на своих плечах.
Вдох. Выдох.
Как они согревают кожу, как тепло разливается по телу и заполняет собой каждую клеточку.
Вдох. Выдох.
Все проблемы разом сходят на нет, словно бы их и не было. Есть только одно мгновенье: здесь и сейчас.
Из-за окна доносились приглушённые звуки улицы: проезжающие по дороге машины, негромкие голоса прохожих. Где-то вдалеке выла полицейская сирена, которую перекрывал визг шин по асфальту. Открыв глаза, я почти сразу встретилась со взглядом Нейтана. Вместо того чтобы отстраниться, он продолжал находиться рядом, буквально вторгаясь в личное пространство. Но сейчас это волновало меньше всего. Наоборот, именно эта незначительная мелочь, которая в обычной жизни иногда является проявлением бестактности, буквально спасла меня.
Его лицо было настолько близко, что, если бы я могла, то ощутила бы его дыхание на себе. Сложно описать весь спектр эмоций в глазах молодого человека. Казалось, он даже не пытался их скрыть, вместо этого был максимально открыт передо мной. При этом нельзя сказать, что они были наигранные. Нет, они были самые что ни на есть настоящие, искренние. Это само по себе немного непривычно и в то же время располагало к себе. Благодаря таким, казалось бы, мелочам, появлялось доверие к человеку.
Взгляд Нейтана неизменно был прикован ко мне. Он продолжал изучать моё лицо. Чем дольше это продолжалось, тем сильнее было то странное чувство, что я испытала в первый день нашей встречи. Оно вновь всколыхнулось во мне и практически врезалось в сознание.
«Я знаю тебя. Я знаю тебя» ― неустанно вертелось у меня в голове.
Этот взгляд зелёных глаз, веснушчатое лицо, длиннющие рыжие ресницы, выражение лица — всё это было до боли знакомо. За исключением маленького шрама на губах. Я уже не пыталась отрицать, в этом просто не было смысла. Эта внутренняя борьба с собой утомила. Зачем уверять себя в обратном, когда само подсознание буквально кричит: «Вы знакомы!».
 
— Нейт? ― чуть слышно произнесла я почти одними губами.
Стоило это сделать, как осознание буквально обрушилось на меня. Парень тут же переменился в лице. На долю секунды замер, его глаза постепенно начали расширяться… А потом вдруг всё вокруг завертелось. Я видела, как он что-то говорит, пытается снова встряхнуть меня, но звук его голоса был уже недосягаем. Его заглушал нарастающее шипение и писк в ушах. Последнее, что я смогла разглядеть сквозь рябь, — это как Нейтан склоняется надо мной и неподдельных страх в глазах.
  
Глава 11
 
Меня окутывала непроглядная тьма. Сил совсем не было. Я не понимала, что со мной, где нахожусь, жива ли. Мысли с трудом пробивались в воспалённый мозг, но их почти сразу перебивал белый шум. Он оглушал, сводил с ума, а каждая попытка хоть что-то вспомнить сводилась на нет. В голове будто вакуум.
Несмотря на это, возникло непреодолимое чувство, словно подобное уже было. Это состояние было настолько знакомым, отчего даже показалось, будто проживаю его во второй раз. Полная дезориентация и отсутствие ощущения себя уже не вызывали приступа страха, переходящего в панику. На удивление, я помнила, где находилась до того, как внезапно отрубилась. Ещё помнила лицо Нейтана. Его выражение трудно было забыть. Расширенные от страха глаза, открытый рот в немой крике. Я помнила это так же хорошо, как наш разговор.
«Ошибка. Ты — ошибка. Тебя не должно было быть. Всё твоё существование — нелепый фарс, граничащий с безумием» ― с бешеной скоростью вертелись в голове назойливые мысли.
Я хотела бы избавиться от них, не думать об этом и поскорее забыть, но это оказалось сильнее меня. Хотя бы потому, что это правда, а она всегда бьёт сильнее любых догадок. И вот эта самая правда, которая намертво врезалась в мой синтетический мозг, буквально сводила с ума. Нет, я не испытывала бесполезной жалости к самой себе, какая бедная несчастная. Не было тлетворного желания остаться и забыться в этой окутывающей темноте. Вместо этого присутствовало дикое желание доказать, в первую очередь, себе, что я не ошибка. Люди же не просили, чтобы им давали жизнь, а я не просила о своём создании. Всё происходит именно так, как должно быть. Каждый имеет право на существование. Даже такие, как я.
Внезапно появилась резкая вспышка. Она была настолько яркой, что почти ослепляла. Следом за ней начали материализоваться тонкие нити. Они плавно извивались, переплетались между собой и тянулись ко мне. Их голубоватое искристое свечение чем-то напоминало бегущий ток по проводам. Такой же завораживающий и манящий. Как только они стали ближе, я буквально почувствовала разливающееся тепло. С каждой новой секундой оно перерастало в обжигающий жар. Вскоре который постепенно сменился на холод. Такой резкий контраст был бы способен привести в чувства, даже больше скажу, это почти получилось сделать.
В какой-то момент вакуум, окружавший меня, вдруг резко пропал. Будто это было обычным воздушным шаром, который кто-то проткнул иглой. Также внезапно, как это произошло, тишина начала рассеиваться. Это сравни с тем, когда долгое время находишься в пустом помещении, а потом оно постепенно начинает наполняться людьми и их разговорами. Со мной было приблизительно точно так же.
Сначала голоса казались приглушёнными. Я едва ли могла слышать их, будто они находились вдалеке от меня. Не говоря уже о том, чтобы разобрать слова. Но потом они становились всё громче и громче…
— Доступ к системе закрыт. Без ключа его попросту не изъять, ― совсем рядом раздался голос доктора Райана.
— В терминале есть копия Мэй. Если это действительно она, то я смогу по её образцу подобрать код. С помощью которого нам удастся войти в систему, ― ответил ему Нейтан. В голосе парня звучала нескрываемая надежда. Было понятно, что он не собирается сдаваться просто так.