Если один уйдет (ЛП)
— Так вот, отвечая на твой вопрос... я действительно тебе верю, и я верю в тебя. И не имеет значения, насколько сильно твой дар может порой усложнять жизнь, я хочу стать ее частью. Шарлотта... я хочу тебя. Всю тебя. Хорошую, плохую и даже уродливую. Я люблю тебя.
И сейчас мне хочется потеряться в ней. Я приподнимаю ее, и она взвизгивает от неожиданности, когда я усаживаю ее на кухонный стол. Надобность в словах отпадает, когда ее губы встречаются с моими. Подавив рык, я вжимаюсь теснее между ее ног. Знаю, что мне не стоит так торопиться, но я не в силах остановиться.
Она сводит меня с ума, но я и не хочу, чтобы было как-то иначе. Если Шарлотта продолжит издавать все эти крошечные стоны, я очень быстро лишусь контроля. Я крепче сжимаю ее изящные бедра, желая тепла ее тела.
— Детка, — выдыхаю я у ее губ. — Ты знаешь, как сильно я люблю тебя?
Она дрожит от моих прикосновений, и мне хочется поглотить каждый сантиметр ее тела.
— Ммм... хмм, — бормочет она в ответ и снова прижимается своими губами к моим. Ее поцелуй сообщает мне все, что я надеялся услышать. Он подтверждает, что она хочет меня не меньше, чем я ее... что она моя.
Я обнимаю ее и подсовываю руки под ее попку.
— Обхвати меня ногами, Шарлотта, — шепчу я ей в шею. Она сразу же делает, как я прошу, и наши тела сливаются, желая и нуждаясь друг в друге.
Зарывшись пальцами ей в волосы, я отклоняю ее голову назад и прокладываю дорожку поцелуев вниз по ее подбородку, а затем по плечу. Когда я легонько прикусываю ее кожу, она ерзает на мне.
— Джордж, пожалуйста, — хнычет она, в ее голосе слышатся умоляющие нотки. Я накрываю ее рот своим, желая снова ощутить ее вкус. Она посасывает мой язык, и у меня вырывается стон, когда я зажимаю ее нижнюю губу зубами.
— Ты готова? — задыхаясь, спрашиваю я, и она кивает, ее глаза полны желания. Я несу ее в спальню, по пути Шарлотта охотно прижимается грудью к моей груди.
Занимаясь любовью, Шарлотта отдается мне так, словно никогда никому не дарила себя, и это самый роскошный подарок, который я получал за всю свою жизнь. Мы исследуем тела друг друга часы напролет, пробуем друг друга на вкус, а после она засыпает, свернувшись калачиком у меня под боком, а я лежу и не сплю.
Я очарован красотой ее души и теряю остатки контроля, которые у меня еще оставались. Теперь она часть меня. С того дня, когда мы узнали, что Айк погиб, я чувствовал себя потерянным; словно я просто плыл по жизни, не в силах пристать к берегу. Но сейчас, вот в эту секунду, с Шарлоттой в моих объятиях, я чувствую, что обрел почву под ногами.
Какая-то часть меня всегда будет ощущать пустоту. Айк был моим близнецом, и его отсутствие ощутимо. Я чувствую это при каждом вдохе и выдохе. Но теперь я уверен, что смогу выжить. И вместо того, чтобы позволить воспоминаниям о нем и о его потере разрушить меня, я позволяю им придать мне сил. Мой брат спас меня. Он подарил мне эту девушку, женщину, которую он любил.
Шарлотта никогда не рассказывала мне, что происходило между ними, ни слова о тех чувствах, которые они испытывали друг к другу, но в глубине души, уверен, что они любили друг друга. То, как она отзывается о нем, говорит обо всем. И если быть честным, я немного ревную, но еще я уверен в том, что меня она тоже любит. Если ей и суждено подарить свое сердце другому мужчине, мой брат первый и единственный мужчина, кому я позволю получить его.
После всего горя и боли, которые я причинил ей, она по-прежнему здесь.
И она хочет меня.
— Она любит меня, Айк, — бормочу я. Я смотрю на дремлющую фигурку Шарлотты и улыбаюсь. Я чувствую себя чертовски счастливым. У меня есть вопросы, которые я был бы рад задать ей, мне бы хотелось узнать больше о том, как они проводили время вместе, но я не стану спрашивать ни о чем. Все, что имеет значение — Шарлотта здесь, в моих объятиях, и она любит меня.
— Я буду любить ее за нас обоих, Айк, — шепотом обещаю я брату.
Нежно поцеловав Шарлотту в лоб, я вдыхаю исходящий от нее сладкий аромат. Вдохнув нежный аромат духов, я довольно вздыхаю. Она всегда будет принадлежать мне. Я закрываю глаза, испытывая ощущение покоя, которого не чувствовал уже очень долгое время.
Эпилог
Шарлотта— Они будут здесь через пять минут, — кричит Джордж из нашей спальни, где он сейчас переодевается.
— Знаю, детка, — смеюсь я. — Думаю, ты нервничаешь куда сильнее меня.
Когда он выходит в гостиную, я вынуждена прикусить губу. Он выглядит великолепно в черной футболке и джинсах. Боже, я люблю его.
— Эй, не смотри на меня вот таким взглядом, — просит он. — Или им придется подождать снаружи какое-то время, прежде чем они смогут войти.
— Думаешь, это хорошая идея? — спрашиваю я в сотый раз.
Притянув к себе, он целует меня в лоб.
— Думаю, использовать твой дар с такой благой целью просто прекрасно, Шарлотта. Мы подписались только на один год. Если что-то пойдет не так, мы не будем продлевать контракт.
Когда состоялся суд по делу Кейси Перселл и ее убийцу привлекли к ответственности, молва обо мне распространилась быстрее лесного пожара. Очень скоро со мной связались с канала «Лайфтайм» и предложили участие в телевизионном шоу. (Примеч. «Лайфтайм» — американский кабельный телеканал, специализирующийся на шоу, фильмах, комедиях и драмах, где главные роли играют исключительно женщины).
После долгих раздумий, мы с Джорджем решили попробовать. Мы будем ездить из штата в штат, а «Лайфтайм» будут следовать за нами с камерами и постоянно снимать, как я использую свой дар. Большую часть вырученных денег мы планируем пожертвовать колледжам Вирджинии, чтобы обеспечить бесплатный транспорт для студентов по ночам.
Хотя предложение будет распространяться и на студентов мужского пола, я очень надеюсь, что именно студентки воспользуются этим преимуществом. Может быть, у нас получится предотвратить то, что случилось с Кейси. Мы назвали эту акцию «Поездка Кейси». Перселлы были очень тронуты, и даже согласились дать интервью для шоу, чтобы поведать миру, какую огромную помощь я оказала тем, что добилась справедливого наказания для убийцы Кейси.
Глядя в темные глаза Джорджа, я говорю ему:
— Люблю тебя. Спасибо, что ты рядом со мной в этом проекте.
Он нежно целует меня в губы и улыбается.
— Спасибо, что любишь меня.
Наша с Джорджем жизнь прекрасна. Проведя так много времени в темноте, я не могу объяснить, что значит жить на свету. Мой дар, который раньше был проклятием, чем-то, что я люто ненавидела, теперь самая большая ценность. Он привел меня в Уорм-Спрингс. Он привел ко мне Айка МакДермотта, познакомил с Джорджем, моим мужем.
Раз в неделю мы ужинаем у Мерсеров. Они не устают спрашивать, когда мы с Джорджем собираемся завести детей; хотят понянчиться. Я никогда не смогу заменить им их дочку Мэгги, но думаю, в какой-то степени мы заполняем пробел в жизни друг друга. Я для них, как дочь, а они для меня, как мать и отец, в которых я так нуждаюсь.
Я все еще навещаю «наше место», как называл его Айк. И находясь там, я разговариваю с ним. Представляю себе, как он стоит в воде с удочкой в руках и с этой своей знаменитой улыбочкой на лице. И молюсь, чтобы его надежды оправдали себя и он оказался в месте, похожем на то, что мы себе тогда представляли.
Я рассказываю ему о Джордже и как у него все хорошо, и пытаюсь дать ему понять, что и у меня все хорошо тоже. А еще я благодарю Айка. За его любовь, за спасение и за Джорджа.
Мы с Джорджем очень сильно любим друг друга. Потому что, когда Айк ушел, он унес с собой не только частицу меня, но и частичку Джорджа тоже. Этим, среди прочего, мы с ним тоже связаны. И я уверена, что однажды, мы все окажемся вместе, и мы с Джорджем снова станем цельными. Но сейчас мы с Джорджем стараемся жить каждый день, любя друг друга и наслаждаясь жизнью.