Если один уйдет (ЛП)

— Нас готовили к такому. Снайпер знает, что делать, — заверяет меня Айк, стоя напротив нас со скрещенными на груди руками, на его лице отражается беспокойство.
Ночной воздух увлажнился после дождя и этого достаточно, чтобы любой вспотел, но я просто вся мокрая: блузка прилипла к спине, а пряди выбившихся из прически волос прилипли к шее и ко лбу. Я не хотела, чтобы так получилось. Я просто хотела вывести Джорджа на чистую воду, и, возможно, это помогло бы разлучить его и Мисти. Я думала, что мы со Снайпером — хотя Снайпер понятия не имеет, что происходит — сможем уберечь Джорджа, и он не пострадает.
— Он в порядке? — спрашиваю я и протягиваю руки, желая коснуться Джорджа, но не уверена, нужно ли мне это делать или где я могу коснуться его.
Снайпер хлопает Джорджа по той стороне лица, которая не пострадала.
— Очнись, придурок, — Джордж пытается приоткрыть глаз, который не заплыл, и стонет. — Да у тебя тут отличный фонарь, дружище, — сообщает ему Снайпер, пока пытается помочь сесть. — Принеси бутылку бурбона, — велит мне Снайпер, тянется к карману и вручает мне свою связку ключей. Я бегу внутрь и рычу от досады, пока пытаюсь подобрать ключ, чтобы открыть шкаф. Естественно, нужный ключ оказывается последним. Я хватаю бутылку бурбона, но когда захлопываю дверцу шкафа, появляется Мисти.
— Какого черта ты делаешь? — пронзительно громким голосом спрашивает она, скрестив руки на груди и глядя на меня с подозрением. Она считает, что я краду бурбон.
— Это для Джорджа, — нервно отвечаю я. Я нервничаю не из-за нее, а из-за того, что мои нервы расшатались.
— Он просил тебя принести ему бурбон? — спрашивает она и стервозно выгибает бровь.
— Сейчас не время для твоих спектаклей, Мисти. Твой дружок — ага, знаешь, тот, которому ты изменяешь — только что надрал Джорджу задницу, — парирую я и, развернувшись, бегу к черному входу.
— Что? — кричит она мне вслед, и в ее голосе отчетливо слышится испуг.
Когда выбегаю на улицу, я вижу, что Снайпер уже успел усадить Джорджа. Сорвав пластиковую крышку, я вытаскиваю пробку и вручаю бутылку Снайперу.
— Выпей залпом, — Снайпер прижимает бутылку к губам Джорджа и тот большими глотками пьет. Я морщусь. Я могу выпить стопку залпом, но только не Wild Turkey. (Примеч. Wild Turkey — бурбон премиум-класса с богатым насыщенным вкусом).
— Джордж, — ахает Мисти, опускается перед ним на корточки и кладет одну руку ему на ногу. Не сдержавшись, я максимально долго закатываю глаза.
— Мисти, детка, — качает головой Снайпер, словно пытается сдержать свой гнев. Все, что я видела от дюжего повара линии раздач до сегодня были подмигивания флирта ради и кривые ухмылочки. Сейчас выражение его лица пугает. — Мы оба знаем, кто это сделал. Тебе лучше уйти. Возьми выходные на пару дней, и посмотрим, как пойдут дела.
Мисти яростно трясет головой.
— Роджер не стал бы...
— Мисти! — рявкает Снайпер. — Пошла вон отсюда, и передай своему ублюдочному дружку, что Снайпер еще придет к нему.
Мисти потрясенно молчит. Впрочем, как и я. Интересно, как бы он отреагировал, если бы узнал, что я тоже причастна к тому, что Джорджа избили. Снайпер невероятно страшен, когда зол.
— Проваливай! — Мисти тяжело встает и убегает внутрь. — Ты должна отвезти его домой, Шар, а я останусь и на сегодня закрою кафе. Сообщить можно только его родителям, но он убьет нас обоих, если мы сделаем это.
— Разве не нужно отвезти его в больницу? — спрашиваю я.
— Нет, — почти одновременно отвечают Айк и Снайпер.
— Но мои столики, — добавляю я.
— Я попрошу Пейтона обслужить их за тебя.
Я помогаю Снайперу дотащить Джорджа до моей машины, где он затаскивает его в салон и оставляет бутылку бурбона у него на коленях. Голова Джорджа наклоняется, хотя он пытается оставаться в сознании. Снайпер захлопывает дверцу и на секунду наклоняет голову вниз, но затем медленно поворачивается в мою сторону и, увидев выражение его лица, я застываю. Он злится? На меня? Когда он хватает меня за руку и отдергивает на несколько метров от машины, я понимаю, что он определенно зол.
 
— Какого черта, Снайпер? — шиплю я. — Мне больно!
— И будет еще больнее, если не расскажешь мне как, черт возьми, ты узнала, что сегодня вечером Джорджа изобьют.
— Я и не знала, — лгу я.
— Чушь! Что ты имела в виду тогда этим своим «У меня такое ощущение, что сегодня произойдет нечто важное и мне нужно, чтобы ты держал ухо востро»? Ты знала, что это может произойти. Ты сдала Роджеру Джорджа и Мисти, признавайся!
— Это правда? — ахает Айк, но я не смотрю на него. Я наблюдаю, как от злости пульсирует вена на шее Снайпера. Я оказалась слишком наивна, полагая, что правда никогда не всплывет.
— Да, — отвечаю я, и так уж совпало, что мой ответ адресован обоим парням.
— Какого черта? — стонет Айк.
Снайпер хватает меня за предплечья, крепко удерживая на месте.
— Ты хоть представляешь, как тяжело ему жить? В какие игры ты играешь? Пытаешься разлучить их с Мисти и занять ее место? — рычит он.
— Нет! — вскрикиваю я в панике.
— Расскажи ему, что ты видишь меня, Шарлотта, — настаивает Айк. — Скажи ему «друзья познаются в радости и в беде», — я повторяю слова Айка, и Снайпер замирает. — Он сказал эти слова на моей могиле, через месяц после того, как меня похоронили. Он не успел приехать на похороны.
— Ты пропустил похороны Айка, — тяжело дыша, выдаю я, все еще пребывая в панике. Снайпер слегка разворачивается и, прищурившись, устремляет на меня убийственный взгляд.
— Об этом любой мог узнать, — шипит он, но все же отпускает меня. — Зачем ты здесь?
— Расскажи ему все, как есть, — предлагает Айк.
Зажмурившись, я тяжело вздыхаю. Я вынуждена рассказать Снайперу правду, иначе он свернет мне шею. Ненавижу это. Поначалу мне никто никогда не верит. Затем мне задают пятьдесят вопросов, чтобы доказать, что я вру.
— Послушай, Снайпер, — начинаю я, — то, что я сейчас расскажу, звучит немного безумно, но мне просто нужно, чтобы ты выслушал меня, ладно?
Он скрещивает руки на груди и внимательно на меня смотрит, но не возражает. Мышца на его челюсти подергивается и мне приходиться подавить свою нервозность и страх, прежде чем я продолжаю:
— Сюда меня привел Айк. Можно сказать, что я… медиум.
Снайпер молчит. Он просто продолжает смотреть на меня, поэтому я продолжаю рассказывать, чтобы хоть как-то заполнить неловкую тишину. Моя вредная привычка.
— Мы с Айком встретились несколько дней назад, и он попросил меня приехать сюда и помочь Джорджу. Понимаешь... Айк... он в состоянии неопределенности. Он не может перейти в иной мир, потому что у него здесь есть незавершенное дело, — Снайпер продолжает смотреть и мышцы на его челюсти подергиваются от злости.
— Он тебе не верит, — бормочет Айк, качая головой.
— К черту, Айк, — резко отвечаю я и перевожу взгляд на Айка.
Снайпер отступает на шаг и качает головой.
— Полагаешь, я поверю, что ты сейчас с ним разговариваешь?
— Да, — просто отвечаю я. — Задай мне вопрос, ответ на который мог бы дать только Айк. Может, какая-нибудь известная только вам двоим шутка или секрет.
— Я не собираюсь делать этого, чокнутая сучка, — от его слов я морщусь. Раньше он никогда не позволял себе так со мной разговаривать. Внезапно Снайпер делает один большой шаг ко мне — все мышцы на его руках вздуты, руки сжаты в кулаки — и мне становится страшно, но я все равно не собираюсь отступать. Я не лгу и меня не запугать.
— Хоть я и не знаю, что за игры ты тут ведешь, но тебе лучше исчезнуть с моих глаз долой и из этого города, иначе тебе не поздоровится, — я с трудом сглатываю и отступаю назад.
— Шарлотта, повторяй за мной, — командует Айк. Он говорит, а я кричу вслед Снайперу, который направляется обратно к моей машине, намереваясь вытащить из нее Джорджа.
— Под номером один в списке желаний было пописать во флягу сержанта МакФорбса и посмотреть, как он будет пить из нее, — прищурившись, я смотрю на Айка. — Это отвратительно, — сообщаю я ему.