Если один уйдет (ЛП)

— Ага. Выбери одну, а потом я выберу одну, — она бежит к музыкальному автомату и ее светлые волосы развиваются за спиной.
— Пожалуйста, вразуми этого ребенка и дай ей послушать Джонни или Элвиса, — умоляет Айк. Я выбираю Элвиса, так как Джонни Кэш звучит грубовато, а песни Элвиса поинтереснее.
Вставив монетки в щель, я выбираю песню, и Айк заглядывает мне через плечо. Когда я смотрю на него, он ухмыляется.
— Хороший выбор.
Когда музыкальный автомат начинает пиликать, готовясь начать воспроизводить песню, я нагибаюсь к Ривер и спрашиваю ее:
— Ты знаешь какие-нибудь песни Элвиса Пресли?
— Элвиса? — Ривер морщит носик, так как, очевидно, никогда о нем не слышала.
— На Анну следует заявить куда следует за то, что она пренебрегает воспитанием ребенка, — фыркает Айк. — Этому ребенку определенно не хватает знаний о культуре.
— Потанцуем? — предлагаю я девочке и, игнорируя Айка, протягиваю ей руку.
Ривер засовывает монетки обратно в кармашек и хихикает.
— Ты начинай, — велит мне она.
Из динамиков раздаются первые аккорды «Тюремного рока» и я спешу к бару, где хватаю солнцезащитные очки Джорджа и цепляю их на нос.
Когда раздаются слова песни, я начинаю подпевать и двигать ногами, стараясь максимально подражать танцевальным па Элвиса. Айк плюхается на стул возле бара.
— Она еще и танцует? — он прижимает руку к груди. — Сердце, спокойно, спокойно, — драматично стонет он.
Когда звучит второй куплет, я хватаю Ривер за руки и пою:
Давайте танцевать рок, давайте все танцевать рок
Весь тюремный блок
Танцует под тюремный рок.
Ривер истерично смеется, когда я кружу ее и быстро-быстро виляю бедрами. Я тоже захлебываюсь смехом, но тут меня хватают за руку и дергают так, что я врезаюсь в чье-то крепкое тело.
— Давай покажем, как это делается, — мурлычет Снайпер и начинает кружить меня. Он вертит меня в нескольких па, а Ривер визжит от восторга. Не могу не признать, что меня удивил его мастерский танец. Под конец песни, он подхватывает Ривер и кружит ее, а она, раскинув руки в стороны, смеется. Когда песня заканчивается, мы все хихикаем, пока не слышим, как в зале кто-то громко хлопает в ладоши.
В проходе стоит Джордж и смотрит на нас, выгнув одну бровь.
— Может быть, мне выставить вас на танцпол, чтобы вы развлекали посетителей. Обед и шоу, — сухо говорит он.
— А я получил огромное удовольствие, — выдает Айк.
— Ты просто завидуешь моей пластике движений, — усмехается Снайпер, продолжая кружить Ривер вокруг себя.
— Поставь ее, Снайпер, — Анна делает вид, что не одобряет такого поведения. Она знает, что Снайпер безобиден, но ругая его, она по-своему флиртует с ним. Судя по тому, как она игриво шлепнула его по руке на кухне и ее робким улыбкам, мне кажется, что он ей нравится. — Кто знает, где побывали твои руки.
Снайпер опускает Ривер на пол и направляется к Анне.
— Не волнуйся, дорогая. Я предпочитаю только зрелых женщин, — добавляет он, поигрывая бровями, затем обнимает ее и начинает кружить.
— Ты сейчас сказал, что я старая? — с издевкой спрашивает она.
— Я говорю, что мне нравятся сексуальные мамочки, сладкая. А ты как раз сексуальная мамочка.
Анна жутко краснеет.
— Что значит сексуальная мамочка? — невинно спрашивает Ривер, сведя вместе бровки. Мы все смеемся.
— Мама, с которой мне бы хотелось стать друзьями, дорогая, — объясняет Снайпер, — очень близкими друзьями, вот что это значит, — он подмигивает Анне, которая краснеет еще сильнее.
Анна бросает на него многозначительный взгляд, который словно говорит: ты — шалун, но, хотя мне это нравится, ты должен прекратить.
— Ты понимаешь, что это единственная работа, где женщины готовы терпеть твое поведение, да? — говорит она и поджимает губы.
— Я вел себя плохо, — соглашается Снайпер и улыбается. — Меня нужно отшлепать. Ты ведь поможешь мне с этим?
— Достаточно, — прерывает их диалог громкий голос Джорджа. — Вам пора вернуться на кухню, где вас никто не будет видеть.
Снайпер надувает нижнюю губу.
 
— Было весело потанцевать с тобой, маленькая леди, — он, как джентльмен, кланяется Ривер, а та краснеет, совсем как ее мама.
— И мне с тобой, — хихикает малышка.
Снайпер направляется на кухню, а Анна берет Ривер за руку.
— Пора идти, птичка.
— Я хочу еще потанцевать под Элвиса!
— Не сегодня.
— В следующий раз, — обещаю я. — Я включу тебе еще одну песню Элвиса. Договорились?
— Ладно, — говорит Ривер.
— Увидимся завтра, ребята, — прощается Анна, пока дочь тащит ее к выходу.
Джордж протягивает мне руку.
— Что? — смущенно спрашиваю я. Он что, приглашает меня потанцевать? От этой мысли мое сердце начинает учащенно биться. Должна ли я согласиться? Нет, скорее всего, нет. Но, в какой-то, степени мне хочется сказать «да». Интересно, почему же мне хочется согласиться?
— Мои очки, — кашлянув, требует Джордж.
Оу.
Теперь я чувствую себя дурочкой. Мое лицо пылает, словно меня окатило раскаленной вулканической лавой. С чего бы ему хотеть танцевать с тобой, Шарлотта? Он ненавидит тебя. Стащив очки, я вручаю их ему, стараясь не встречаться с ним взглядом.
— Извини. Они нужны были мне, чтобы добиться должного эффекта.
— Помоги мне убрать на хранение ликер, — он поворачивается и уходит обратно на кухню.
— Лаааадноооо... — соглашаюсь я и бросаю взгляд на Айка.
— У него заноза в заднице, — смеется Айк. — Вечно такой деловой.
Я иду к заднему входу. Джордж уже открыл двери и подпер их мусорной корзиной. Маленький черный грузовик стоит впритык к двери, а Джордж подталкивает к краю коробки. Спустившись, я хватаю первую коробку, до которой могу дотянуться. Она открыта, и в ней восемь бутылок разных ликеров, переложенных картонками.
— Эти коробки тяжелые, — предупреждает Джордж.
— Думаю, я справлюсь, — сообщаю я злобно.
Что он себе возомнил? Что я неженка? Он берет коробку и направляется с ней внутрь, а я следую за ним. Коробка действительно тяжелая, но я в этом в жизни не признаюсь. Переступая порог кухни, я забываю о порожке и спотыкаюсь. Для более грациозного человека, все закончилось бы падением на колени, но ведь речь идет обо мне. Заваливаясь на бок, я прижимаю коробку к себе и предпринимаю попытку развернуться так, чтобы приземлиться на спину и спасти бутылки, но понимаю, что все бесполезно. Размахивая руками, я пытаюсь обрести равновесие... но у меня ничего не выходит. В итоге, я оказываюсь на полу на куче разбитого стекла и вся в ликере.
— Твою мать! Ты в порядке? — интересуется Айк, когда опускается рядом со мной на колени. В его карих глазах читается испуг. Кажется, его убивает тот факт, что он не в силах мне помочь.
— Какого черта? — услышав звон бьющихся бутылок, из-за стойки выбегает Снайпер. — Боже, милая. Ты в порядке?
В порядке ли я? Я быстро проверяю свои ощущения. Руки вроде бы в норме. Снайпер подает мне руку и помогает подняться. Я стряхиваю с ног осколки стекла и поворачиваюсь спиной к Снайперу.
— Я все стряхнула там?
— Что, черт подери, произошло? — рычит Джордж, приближаясь. — Тут ликера на четыреста долларов.
Я морщусь. Конечно же. Черт подери мою неуклюжесть и отсутствие координации.
— Я споткнулась, мне очень жаль, — искренне извиняюсь я.
— Вот мудак. Его волнуют деньги. Даже не спросил в порядке ли ты, — Айк разочарованно качает головой.
— Оу, милая, — Снайпер похлопывает меня по плечу. — У тебя довольно неприятный порез на заднице.
— Что? — переспрашиваю я и вытягиваю шею, пытаясь разглядеть свою попу. Вниз по ноге стекает кровь, увидев которую, я сразу же чувствую, что и правда порезалась. Проведя рукой по ягодице, я нащупываю место, где ткань моих шорт разорвана, и чувствую теплую жидкость.
— Черт! — ворчу я.
— Хочешь, я посмотрю? — потирает руки Снайпер, и на его лице играет озорная улыбка.