Запах ночного неба (СИ)

Это приходило каждому из директоров в голову и раньше, но все они предпочитали облекать свои опасения в безликие фразы, не озвучивая главного, пока ужасающий расклад не станет абсолютно очевиден.
— Демоны в нашем мире бессильны без людей, — с сомнением возразил Ингард.
— Не совсем так, — поправил его Роберт, закрывая глаза, но так и не опуская лица. — Можешь спросить Келлфера, он много знает об этом. На самом деле они практически всесильны. Просто им не слишком интересно встречаться с шепчущими, если эти шепчущие не являются их обедом или теми, кто поставит им обед. Тем более очередная пиявка не заботится о нашем благополучии. Эта тварь или эти твари, вероятнее всего, передали пар-оольцам знания, которые будут отравлять наш мир до тех пор, пока он не сгорит в какой-нибудь магической войне. Но наказать демонов мы не сможем — никто из нас им не ровня. А будь тот же Син ровней, не смог бы последовать за ними, чтобы сразиться.
Ингард и сам не раз думал о безысходности, сквозившей в отнюдь не случайно впервые брошенном Сином слове «иномирный», однако не мог вспомнить Роберта унывающим.
И другие миры населяли не только демоны, и не только демоны могли ходить меж миров.
— Ты же знаешь, куда пропадает Син, — напомнил он другу.
— Знаю. И именно он считает, что наша задача — закрыться от них, а не победить.
— Хочешь сказать, защита сработает не только на пар-оольцев?
— Не только, — кивнул Роберт. — Син вполне уверен. Великий Разлом, надо же. Всегда хотел побывать, но как-то было не до того. Теперь веду знатных, как мама-утка. Они ж думают, что я там каждый камень знаю. Подходят ко мне и спрашивают, не сложно ли будет идти, как одеться, стоит ли брать оружие и артефакты. А у меня язык чешется им сказать, что в Разлом уже почти пять сотен лет никто не суется. Как твои предвидения?
— Противоречивые, — неохотно ответил Ингард. — Все меняется. Не понимаю.
Так бывало тогда, когда основная вероятность событий не определена, и различные пути одинаковы сильны. Роберт это знал, и тут театрально развел руками, как бы говоря «ну вот, видишь, с чем приходится работать».
— Ясно. Держи в курсе.
* * *
Карта мира: https://litnet.com/ru/blogs/post/448352." rel="nofollow" target="_blank 
* * *
Ингард следил за неповоротливой разномастной процессией, остановившейся вереницей у портальных столбов и ожидавшей, что Син вернется и снимет усиленную защиту с высокой овальной арки входа на площадку. Лошади, в отличие от людей, недовольно переступали копытами, чувствуя близость магической завесы, и всадники и всадницы прилагали усилия, чтобы животные не рванулись прочь. Из ртов в такт дыханию вырывались облачка пара, мешавшегося с необычайно густым туманом, скрывшим весь холм и поглотившим территорию Приюта Тайного знания, так, что даже если бы послушники не спали, вряд ли смогли бы что-то разглядеть. Сейчас в этой полной дымного молока чаше низины то там, то тут плотный белый слой прорезали вверх деревья и острые башни. Ветер, холодом овевавший пришедших к столбам людей, почему-то не гнал туман и не рассеивал его, только гулом проносясь в густых лапах елей и заставляя женщин кутаться в плащи.
Это не поддававшееся движениям воздуха облако было создано Аринеллой, и создано оно было мастерски. Келлфер, предусмотрительно приказавший наставнице скрыть происходящее от всех любопытных глаз, оказался тысячу раз прав: хоть послушникам и велели остаться в кельях, на пути к портальным столбам Ингард то и дело видел в окнах пытливые, настороженные лица, вглядывавшиеся в этот полог. Сам Ингард сначала посчитал, что запрета выходить будет достаточно, но Келлфер оставался непреклонен: он утверждал, что кто-то в Приюте связывается с Пар-оолом.
Отмахнувшегося было от этой информации и назвавшего туман развлечениями скучающих магов Ива Стелера Келлфер тут же обнадежил: пар-оольцы знают о плане восстановить защиту. Синий герцог прикусил язык, а новость мигом разошлась, повторенная на разные лады.
 
Никто всерьез не мог рассчитывать, что Пар-оол не узнает о плане, но эта небрежно брошенная фраза вызвала настоящую панику. Роберту пришлось выступить перед возмущенными герцогами и напомнить, что дорога, которой Йорданка Петьер, сестра герцога Коричневых земель, вызвалась провести всех, не известна ни одному пар-оольцу и ни одному не принадлежавшему к семье Петьер человеку. План был несложным: пройти сквозь взломанный Карионом и проверенный Сином портал, появившись на границе Зеленых и Коричневых земель — а значит, на границе горного хребта, скрывавшего в своей глубине Разлом, — и тайно юркнуть в меняющееся магическое пространство. Окажись небольшой отряд там, их было бы не обнаружить с помощью магии — при соблюдении определенных правил — и тем более не уничтожить махом. Близ Разлома шепот звучал иначе, и его сбитое воздействие на струны мира было фактически безопасно. Даже сотня пар-оольцев, если бы они столкнулись с участниками похода, пала бы под напором десятка опытных воинов, знающих местные скалистые проемы.
Среди собравшихся сильных воинов было около двадцати.
Вход через скрытое ущелье в ветвившийся на сотни лиг каменный лабиринт был сокрыт от посторонних веками, являясь не запечатлевавшейся ни в одной книге тайной семьи Петьер. Если Келлфер был прав, пар-оольцы караулили Разлом, но вряд ли предусмотрели возможность пройти сквозь неприступные горы вместо того, чтобы обойти их. Известных всем и известных узкому кругу лиц входов на территорию каменного плато, ведущего к Разлому, было около сотни — и именно их могли сторожить пар-оольцы и подчиненные ими несчастные радчане. Ни один из них не был нужен Йорданке, что давало кампании большое преимущество.
Ингард осматривал сбившиеся кучками группы спешившихся в ожидании людей, вглядываясь в лица, но предчувствие будто сошло с ума: он видел смерть, и тут же она расцветала жизнью. Он обсудил бы это с Робертом, но тот что-то доказывал Лианке Веронион, поправлявшей на себе мужской стеганый колет горчичного цвета с едва заметной желтой полосой и закреплявшей перевязь для короткого меча. Роскошные локоны желтой герцогини были небрежно убраны под простой шаперон, в высоком сапоге без каблука виднелся нож. Если бы Ингард не знал ее в лицо, он и не поверил бы, что перед ним одна из могущественнейших женщин Империи.
Сопровождавшая Лианке высокая воительница в кожаном доспехе учила Тамаланию взбираться на лошадь, придерживая стремя, но той удавалось плохо. Невысокая, да еще и почему-то одетая в платье и укутанная в короткий меховой плащ, Тамалания раскраснелась — то ли от смущения, то ли от жары, но охранница Лианке невозмутимо помогала ей слезть, и Тамалания начинала все снова. На расстоянии нескольких шагов за девушками внимательно наблюдал герцог Карион. Почувствовав взгляд Ингарда, он поднял глаза, и директора протряхнуло от внезапного холода.
«Видишь смерть?»
Ингард отрицательно покачал головой. Разбираться с тем, как именно Кариону удалось проникнуть в его мысли, не обладая талантом знатока разума, времени попросту не было. Казалось, черный герцог тут же потерял к нему всякий интерес.
Амен Рианон, отец исчезнувшей Веллы, показывал еще шестерым — троим высоким тонкокостным уроженцам Желтых земель, двоим из свиты Синего герцога и сопровождавшему Кариона шепчущему — карту и активно жестикулировал, что-то объясняя. Воины Желтых земель были одеты удобно и по-зимнему, у каждого было по два клинка — длинный и короткий, а у одного за спиной виднелись короткие копья. Остальные были подготовлены хуже: вместо стеганых колетов воины Синих земель носили плащи поверх прохваченных серебром курток, а воины Серых и вовсе не имели ни капюшонов, ни шаперонов, хоть их шеи и были перехвачены широкими полосами ткани, которую можно было бы намотать на голову.
— Ай! — вскрикнула Тамалания, зацепившаяся юбкой за седло и неуклюже замахавшая руками. Ее наставница поддержала девушку за спину, перехватила повод кривящей голову лошади и невозмутимо похлопала по передней луке.