(не) получишь меня, Дракон! 2 (СИ)

Достаю из сумки вчерашний батончик и протягиваю Такеру. Он сначала недоуменно смотрит на мое предложение, а потом искренне смеется.
— Почему бы и нет! — он берется за второй конец батончика, делает легкое движение пальцев, и лакомство словно тонким лезвием рассекает пополам. — Спасибо.
От его улыбки становится тепло, и я не сразу понимаю, как на это отреагировать. Поэтому просто занимаю себя батончиком, который оказывается действительно вкусным и не приторно-сладким.
— В общем, найдешь это плетение в учебнике по атакующей магии, и постараешься отработать до завтрашнего утра. И обязательно выспись, — говорит Такер. — Профессору Ставросу скажешь, что я задержал тебя, если нужно будет, напишу освобождение.
Киваю, надеваю сумку на плечо и буквально убегаю в оранжерею. Конечно, это нормально, когда куратор задерживает на дополнительные занятия. Но если я при всех еще и скажу, что индивидуально занималась с Такером, и он даст освобождение, то это только усилит слухи.
Поэтому Мариано на его недовольное замечание, что из двух пар я пришла только на вторую, говорю, что проспала. Он хмыкает (ну, естественно! Он же читает мысли и знает точно, где я была) и отправляет к одной из грядок с несколькими неказистыми полусухими растениями.
— Все пришедшие вовремя адепты уже знают, что делать. Для всех остальных, — эльф делает паузу, а я оглядываюсь, пытаясь понять, неужели я не одна задержалась, но нет. Одна. — Для всех остальных напоминаю, что сейчас с помощью той магии, которая вам подчиняется, вам нужно определить причину заболевания растения и уничтожить ее.
Ага. Главное, при этом оранжерею не уничтожить. Мариано проходит вдоль ряда адептов, присевших у своих грядок, и смеется, похоже, моей шутке.
— На оранжерею сегодня я поставил дополнительное защитное плетение, — отвечает он мне. — И не забывайте, что это задание будет влиять на то, как вы сдадите зачет. Время пошло!
Блеск! Вчера успокаивала Силану, а сейчас впору успокаивать меня!
Я смотрю на растение. Растение смотрит на меня. Ну и что я должна делать?
Чернушка спрыгивает с плеча, где все это время спала, и оказывается в грядке прямо напротив растения. В голове проносится предыдущий случай с агуатарой, который закончился… Плохо закончился. Но, прежде чем я успеваю остановить свою фамильярочку, она подпрыгивает и… кусает стебель одного из растений, которое тут же начинает пронзительно визжать.
Ну, что, кажется, зачет я не сдам?
  
Глава 22
 
Я зажимаю уши, но визг почти моментально стихает, а на месте укушенного растения оказывается нечто голое, извивающееся и покрытое слизью. Чернушка отпрыгивает и делает вид “бе”, как будто ее тошнит.
Так… Это то, что портит все остальные растения в грядке? Хм… Вот и повод применить то, чему меня сегодня учил Такер.
Я формирую крошечный темный шарик и направляю в это нечто, которое извивается и шипит, как змея, намереваясь цапнуть Чернушку. Сосредоточенно управляю движением шара, пока он не влетает в растительного вредителя и не выжигает его.
Надо мной раздаются громкие одинокие хлопки, отдающиеся эхом где-то под потолком.
— Два балла за чудесную фамильярочку, два за то, что быстро сориентировалась и балл за то, что смогла не переусердствовать с силой и не сожгла мне тут всю грядку остеориллиса, — говорит Мариано. — Теперь, чтобы завалить зачет, тебе нужно очень сильно постараться. Хотя агуатара со мной не согласна.
Я до сих пор не верю тому, как все сложилось. Но еще больше меня удивляет этот самый какой-то там риллис, потому что он буквально на глазах начинает наливаться соком и зеленеть.
На самом деле в этот момент плевать на оценку и зачет. Мне очень радостно видеть, как благодаря мне растению становится хорошо.
— Профессор Мариано, а можно… Мы поговорим с агуатарой? — внезапно спрашиваю я.
Он поднимает брови, но делает приглашающий жест в направлении нужных грядок. Мы с Чернушкой проходим мимо других адептов, которые все еще ломают голову над своими заданиями. Блондинка прищуривается, глядя на меня, хочет что-то сказать, но Мариано именно в этот момент делает ей замечание.
 
Может, потом у него спросить, что она там надумала?
— Привет, — на самом деле странно разговаривать с растением, но сейчас я точно знаю, что она меня понимает. — Мы с Чернушкой хотим извиниться.
Фамильярочка немного недовольно ворчит, но она тоже знает, что так правильно.
— Мы не хотели делать тебе больно и вообще вторгаться на твою территорию, — продолжаю я. — Все произошло случайно. Может, мир?
Вижу, как листья растения шевелятся, а потом из пасти, которая открывается на короткое мгновение, выплевывается маленький золотистый шарик. И растение снова “засыпает”.
— Что ж, вы ей понравились, — Мариано, который снова совершенно неслышно оказался рядом, снова подходит и наклоняется за шариком. — Она абы кому свои плоды не раздает. Напишешь мне по этой теме реферат, поставлю зачет автоматом. И береги свою фамильярочку, таких как она единицы.
Он протягивает мне шарик и собирается уже уйти, когда я его останавливаю.
— Мариано, стойте. У меня…
— Опять вопросы? — сочувственно улыбается он. — Да, легенды по большей части правдивы. Драконы сильно связаны с магией этого мира, и если встречают истинную из другого, их магический баланс нарушается. Чем больше времени проводят, тем больше дракон сходит с ума. И дальше только два варианта — гибель или безумие. Впрочем, безумие тоже приводит к гибели.
На последних словах его взгляд и выражение лица меняются: он уже будто смотрит сквозь меня и мыслями где-то далеко.
— Вы так говорите, как будто…
— Видел, как это бывает? Видел. И что-то похожее с истинной с такой же способностью к проклятьям, как твоя, тоже видел. Хм… Может, это не с иномирским происхождением связано, а с… Или суалийцы на самом деле…
Он уходит в какие-то свои рассуждения, но мне становится все меньше понятно.
— То есть мне нельзя иметь отношения с драконами? — перехожу на шепот, чтобы другие не слышали.
— Тебе нельзя иметь отношения с истинным, а с остальными, кто ж запретит? — пожимает плечами он.
Так… Или истинная связь с Роем просто привела к безумию его дракона, поэтому он решил убить меня. Или… он просто козел, и истинности не было, поэтому он спокойно меня использовал. Причем я склоняюсь ко второму.
— Я поняла, что вы никогда напрямую не отвечаете.
— Почему? Я же ответил, что легенды правдивы.
Вот, блин… И не поспоришь же…
— Мариано, мне правда нужна работа. Я себе даже нижнее белье позволить не могу, — вздыхаю я. — А уж когда речь заходит о бале…
Агуатара снова шевелит листьями и, кажется, что-то рычит.
— Думаешь? — Мариано обращается к ней. — Ну ладно. В общем, она считает, что у тебя добрые руки и сообразительная зверушка, поэтому ты сможешь ухаживать за ее детенышами.
У нее еще и детеныши есть?! Я удивленно хлопаю глазами, пока Мариано ведет меня в теплицу за грядкой агуатары. Там аккуратными рядами из земли торчат маленькие росточки всего с парой листиков.
— Они бодрствуют только ночью. И очень любят, когда с ними разговаривают и читают им сказки, — вводит меня в курс дела Мариано. — Каждую ночь не нужно их баловать, но раз в три дня надо приходить. Желательно с историями. С сегодняшней.
Что я там говорила про ночные посиделки? Эх… Главное, не тупить завтра на тренировке.
Киваю, и Мариано отпускает меня чуть раньше. Поэтому я успеваю до следующей пары забежать в библиотеку, чтобы взять книжку с настоящими драконьими сказками, а потом иду на занятия.
Занятия проходят плотно и насыщенно: перед зачётами все преподаватели решили “додать” всё, что недодали. Один плюс — никаких сплетен и обсуждений, и Роя тоже не видно. К концу дня я уже совсем не уверена, что выдержу свою “ночную смену”, но… мне дали настоящую работу, даже несмотря на то, что я первогодка, даже без значка. И мне надо доказать, что я ее достойна.