Дело о колдуне (СИ)

Марка разбудили среди ночи. Посыльный принёс из Белой башни записку Филбертуса о том, что Жюльена де Фортена снова пытались похитить. Спустя полчаса он уже взбежал по лестнице замка маленького графа и вошёл в нижний зал. К своему удивлению, помимо стражников и двух незнакомых мужчин в чёрных плащах, он увидел там кутающуюся в бархатную шаль баронессу де Флери и стоявшего рядом с ней Туйгуна.
— Что случилось? — воскликнул он, подходя к ним. — Почему вы здесь?
— Потому что это произошло снова! — недовольно воскликнула баронесса и сердито притопнула ножкой. — А я говорила вам, граф, что опасно возвращать мальчика в этот дом!
Марк перевёл взгляд на молодого лиса, который тоже выглядел рассерженным.
— Я вам тоже об этом говорил, но вы меня не послушали. Это счастье, что я оказался на улице, когда ребёнок вышел из дома и побрёл куда глаза глядят. Он был явно не в себе, а потом появилась эта чёрная образина. Мне пришлось вмешаться.
— Вы схватили его?
— Нет, не успел, — проворчал Туйгун. — Он бросил мне под ноги дымовую гранату и смылся. Мне нужно было позаботиться о ребёнке. Я отнёс его к нам.
— Да, я тут же отправилась сюда, — кивнула баронесса, — чтоб сообщить обо всём его дяде, и застала тут сонное царство. Спали все! От привратника до этой старой коровы де Латур. Мне не оставалось ничего, кроме как вызвать сюда стражу, а уже они сообщили обо всём полиции магистрата. Их сыщики прибыли вскоре и, к своей радости, обнаружили здесь признаки колдовства. Это позволило им передать дело магам из Белой башни. Этот грубиян Филбертус запретил нам подниматься наверх, но сказал, что послал за тобой. И вот мы ждём!
— Благодарю вас, ваша светлость, и вас, молодой господин, за спасение мальчика, — поклонился Марк. — Я думаю, что вам незачем оставаться здесь. Я зайду к вам позже и всё расскажу…
— То есть как? — воскликнула баронесса. — Ты даже не позволишь нам войти и осмотреться?
— Это расследование Белой башни и тайной полиции…
— И что? Мы зря проторчали здесь битый час? Ещё одно возражение, и я обижусь! Подумай, чего тебе будет стоить наше примирение!
Марк вздохнул, глядя на нежное девичье личико с обиженно надутыми губками, и при этом горящими нешуточным любопытством бирюзовыми глазами.
— Ладно, но ничего не трогайте и ответьте на все вопросы, которые вам зададут.
— Конечно, мы ответим! Нам что, трудно?
И Джин Хо, подобрав юбки, легко взбежал по лестнице, ведущей на второй этаж. Марк пошёл за ним, а следом, что-то недовольно ворча, плёлся Туйгун.
Филбертуса они нашли в большой и уютной спальне Жюльена. Он сидел на краешке широкой кровати, обрамлённой складками золотистого бархатного полога, свисающего с резного балдахина. Вдоль стен стояли полки, заставленные игрушками: мастерски сшитыми из дорогих тканей зверюшками, деревянным, расписным оружием и большими корзинами из тонкой лозы, из которых выглядывали вырезанные из дуба и ясеня драконы, рыцари и девы. В углу красовался небольшой игрушечный замок, который выглядел совсем как настоящий, если не считать того, что его ворота были непропорционально большими, как раз такими, чтоб через них внутрь мог пролезть ребёнок. Пол был застелен мягким красивым ковром. Никаких книг и учебных принадлежностей здесь не было, из чего Марк сделал вывод, что классная комната была обустроена в другом помещении.
Он подошёл к Филбертусу и увидел Жюльена, который снова сидел, закутанный в тёплое атласное одеяло, но на сей раз его взгляд был пустым и немного затуманенным.
— Ты приехал? — обернулся к нему Филбертус и заметил стоявших за его спиной баронессу и её племянника. — А этих ты зачем впустил?
— Они могут быть полезны, — ответил Марк и, пресекая его возражения, спросил: — Что с мальчиком?
— Его одурманили, но не так, как остальных. В доме все спят и мы не смогли их разбудить. А он хоть и не спит, но явно не в себе. Этот… племянник её светлости сообщил, что он шёл по улице, как сомнамбула.
— Значит, всех усыпили, а его одурманили, чтоб выманить на улицу?
 
— Заметь, его дяди дома нет.
— Это не говорит о том, что за этим стоит он, — пожал плечами Марк и проследил взглядом за баронессой, которая подошла к небольшому столику у окна и наклонилась к стоявшей там посуде.
— Не трогайте там ничего, баронесса! — нервно воскликнул маг.
— Я не трогаю, я нюхаю, — возразил старый лис. — Мальчику на ужин подали запеченную с клубникой и взбитыми сливками кашу. И именно туда подмешали порошок каких-то трав. Сложный сбор и доза небольшая, но я чувствую дурман и, кажется, опиум. Его не хотели отравить, только одурманить.
Филбертус, который подозрительно смотрел на неё, поднялся и, подойдя к столику, взял с него фарфоровую миску с кашей. Поднеся её к самому носу, он какое-то время пытался что-то унюхать, но потом поставил её на место.
— Я ничего не чувствую!
— У вас слабое обоняние, — фыркнул Туйгун. — Я даже отсюда чувствую дурман, опиум и горькую полынь.
— Точно! — кивнула баронесса. — Именно полынь!
Маг посмотрел на них обиженно, видимо, решив, что они над ним издеваются.
— Сходите на кухню и проверьте котлы, — предложил Марк. — Обитателей дома тоже чем-то опоили, если они спят беспробудным сном.
— Ладно, — кивнула баронесса и направилась к двери, но Филбертус её удержал.
— Какое вообще вы имеете отношение к этому семейству? — спросил он, изнывая от подозрительности. — Вы знакомы с бароном де Бельгардом?
— Я его в глаза не видела, — проворчала баронесса, ловко высвободившись. — Если будете меня трогать, я пожалуюсь королю!
Филбертус поспешно отступил, пряча руки за спину.
— Она странная, — пробормотал он, когда баронесса и её племянник вышли.
— Это не ново, — проговорил Марк, глядя на мальчика. — Вы осмотрели все комнаты?
— Да, все спят. Нужно будет забрать с собой содержимое этой миски и проверить в лаборатории. И образцы еды с кухни.
— Когда ты осматривал дом, не нашёл ничего, что говорило бы о магии?
— Если здесь и есть используемое в этих целях помещение, я его не обнаружил. Возможно, туда ведёт какой-то потайной ход. У меня не было времени поворачивать подсвечники и простукивать панели. Я просмотрел бумаги в кабинете, но там только личные письма и финансовые документы. Правда, в библиотеке целый шкаф забит книгами на эту тему.
— Ты много успел, — одобрил Марк. — Увы, этого не достаточно, чтоб сделать вывод о причастности барона де Бельгарда к похищению.
— Но его опять нет дома!
— И что? Может, он на тайном свидании или играет в карты в каком-то притоне.
Филбертус хмуро взглянул на него и вздохнул.
— Ты всё время пытаешься его защитить, а у меня приказ запереть его в наших казематах. Старушка Инес недовольна, что ты сунулся в это дело. Она подозревает, что ты попытаешься отвести от него опасность в память о его брате и короле Эдмонде.
— Я не собираюсь защищать его, если он виновен, но Жоан ясно дал мне понять, что в этом деле должны соблюдаться все законы Сен-Марко, а не только закон о колдовстве и указ о тайной полиции. Потому, забрать его в Белую башню ты сможешь только при наличии неопровержимых доказательств его участия в тёмном колдовстве, но и там тебе придётся помнить, что он — барон Сен-Марко, а, следовательно, применение пыток к нему допустимо только с согласия короля. Пока у нас нет ничего, и мы даже не вправе обыскивать его дом. Но ничто не мешает нам осмотреться, пока хозяин не вернулся. Мы всё равно не можем сейчас уйти и оставить здесь одурманенного ребёнка среди спящих слуг и домочадцев. Оставь кого-нибудь с мальчиком, а мы ещё раз осмотрим дом.
Филбертус вызвал одного из своих сыщиков и велел ему остаться с ребёнком. Вдвоём они вышли из спальни и в этот момент где-то внизу раздались крики и грубая брань. Марк поспешил туда и увидел барона де Бельгарда, который стоял у дверей, держа руку на эфесе меча, в то время как стражники нацелили на него свои пики.