Мрачные истории, как вы любите (ЛП)

Я взял чашку кофе, прошёлся с ней по кухне, пытаясь обдумать свои дальнейшие действия, но в голову не приходило ничего, кроме коляски (скрип), одинаковых футболок (скрип) и чёрных похоронных костюмов (скрип). Гробики тоже были одинаковыми. Белые, с золотыми ручками. Я знал это.
Я выпил чёрный кофе, и в голову пришла ещё одна мысль: ночные визиты, возможно, и закончились, но преследования всё еще продолжались.
Четверг. Я сосредоточился на нём. В четверг у меня был рейс, по крайней мере, до Кливленда. Осталось три дня.
А до тех пор надо уехать с острова. Сделать хотя бы это. Смогу ли я?
Сначала я думал, что смогу. Как два пальца об асфальт. Я схватил телефон, нашёл номер "Баррис Ризорт-отель" в Палм-Виллидж и позвонил. Наверняка, у них найдётся номер, где я смогу остановиться на три ночи; разве по новостям не говорили, что этим летом мало кто путешествует? Они примут меня (скрип) с распростёртыми объятиями!
Мне ответили коротким и емким автосообщением: "Спасибо за звонок в "Баррис Ризорт-отель". Мы закрыты до дальнейших уведомлений".
Затем я позвонил в "Холидей Инн Экспресс" в Венеции [137], и мне сообщили, что они открыты, но новых гостей не принимают. "Мотель 6" в Сарасоте вообще не ответил. В качестве последнего варианта (скрип) я позвонил в "Дейз Инн" [138] в Брадентоне. Да, сказали мне, у них есть свободные номера. Да, я могу забронировать номер при условии, что пройду проверку температуры и буду носить маску. Я зарезервировал номер, хотя Брадентон находился в сорока милях и двух округах отсюда. Затем я вышел на улицу подышать свежим воздухом перед тем, как начать паковаться. Я мог бы пройти через гараж, но выбрал дверь во внутренний дворик. Я не хотел лишний раз смотреть на коляску, а тем более смазывать скрипящее колесо. Близнецам это могло бы не понравиться.
Я стоял у бассейна, когда ослепительно блестящий на летнем солнце пикап подъехал по дорожке и остановился во дворе, именно там, где я оба раза находил эту проклятую коляску. Вышедший из машины мужчина был одет в тропическую рубашку с попугаями, очень просторные шорты цвета хаки и соломенную шляпу, которую могут носить только коренные жители побережья Мексиканского залива во Флориде. У него было морщинистое, загорелое лицо и огромные усы, как у моржа. Он увидел меня и помахал рукой.
Я спустился по ступенькам, протягивая ему руку. Я был рад его видеть. Это разорвало повторяющийся цикл мыслей в моей голове. Я был практически уверен, что знаю, кто это: Супердедуля.
Вместо рукопожатия он предложил мне локоть. Я слегка стукнул его своим, думая, что теперь это новая реальность.
— Энди Пелли. А вы — мистер Трентон.
— Верно.
— У вас же нет ковида, мистер Трентон?
— Нет. А у вас?
— Чист, как стеклышко, насколько мне известно.
Я улыбался, как идиот, и почему? Потому что был счастлив его видеть. Счастлив не думать о чёрных костюмах, белых гробах и скрипящих колёсах.
— Вы знаете, на кого похожи?
— О Боже, ещё бы. Мне это постоянно говорят. — Затем с улыбкой под усами и блеском в глазах он изобразил Уилфорда Бримли [139]. — Овсяные хлопья "Куокер"! Прекрасный выбор!
Я рассмеялся от восторга.
— Идеально! В точку! — Я болтал без умолку, но ничего не мог с собой поделать. — У них была очень хорошая рекламная кампания, и я могу так говорить, потому что...
— Потому что вы раньше работали в рекламном бизнесе. — Он по-прежнему улыбался, но я понял, что ошибся насчёт блеска в его голубых глазах. Это был, скорее, оценивающий взгляд. Взгляд полицейского. — Это ведь вы занимались кашами Шарпа?
— Давным-давно, — ответил я, подумав: "Он нарыл информацию про меня в Интернете. Провёл небольшое расследование. Зачем — не знаю. Неужели он думает, что я..."
— У меня к вам есть несколько вопросов, мистер Трентон. Может, зайдём внутрь? Здесь ужасно жарко. Похоже, холодный фронт ушёл, как синие замшевые туфли [140].
 
— Конечно. И зовите меня Виком.
— Вик, Вик, понял.
Я хотел провести его по ступенькам во внутренний дворик, но он уже направился к гаражу. Он остановился, когда увидел коляску.
— Хм. А Престон Зейн говорил мне, что вы вернули её в гараж миссис Белл.
— Вернул. Но кто-то опять прикатил ее сюда. — Я хотел протараторить ему, что не знаю, почему такое происходит, понятия не имею, почему коляска преследует меня, как дурной запах (если бы дурной запах мог скрипеть, конечно), но на его загорелое лицо вернулся оценивающий взгляд, и я заставил себя замолчать.
— Хм. Две ночи подряд. Надо же.
Его глаза говорили, насколько это неправдоподобно звучит, спрашивали, не вру ли я, есть ли у меня причина лгать, что-то скрывать. Я не лгал, но мне определенно было что скрывать. Потому что я не хотел, чтобы меня сочли сумасшедшим. Или считали человеком, имеющим отношение к смерти Элли Белл, как "лицо, представляющее интерес". Но это было нелепо. Не так ли?
— Почему бы нам не зайти внутрь охладиться, Вик?
— Хорошо. Я приготовил кофе, если вы...
— Не-а, в последнее время кофе гоняет меня в туалет. Но я бы не отказался от стакана холодной воды. Может быть, даже с кубиком льда. Вы точно не заболели? Вы немного бледны.
— Нет. — Не так, как он думал.
* * *
Пелли не стал рисковать. Он достал маску из своих объёмных шорт и надел её, как только мы зашли в дом. Я принес ему воду со льдом и налил себе ещё кофе. Я подумал о том, чтобы надеть свою маску, но решил этого не делать. Мне хотелось, чтобы он видел моё лицо целиком. Мы сели за кухонный стол. Каждый раз, когда он делал глоток воды, он опускал маску, а затем возвращал её на место. Усы делали её выпуклой.
— Как мне известно, это вы нашли тело миссис Белл. Должно быть, испытали шок.
— Да, испытал. — Чувство облегчения от того, что в моем особняке с привидениями появился человек и составил мне компанию, сменялось чувством настороженности. Возможно, этот парень являлся членом клуба "10-42", но Зейн был прав: он был острый и сметливый. Я почувствовал, что меня ждет допрос, а не визит вежливости.
— Буду рад рассказать вам, как я нашёл её и что там было, но раз уж вы здесь, мне кое-что интересно.
— И что же? — Он смотрел мне прямо в глаза. От уголков его глаз расходились мимические морщины улыбки, но сейчас они не особо проявлялись.
— Офицер Зейн сказал, что вы давно здесь живёте.
— С каменного века, — сказал он, отпивая воду, вытирая усы своей здоровенной рукой и возвращая маску на место.
— Я слышал о гремучих змеях, которые убили близнецов миссис Белл. Мне любопытно, как от них избавились. Вы знаете?
— О, ещё бы. — Впервые он, казалось, расслабился. — Конечно, знаю, ведь я участвовал в той охоте на змей. В ней участвовал каждый коп в округе, который не был на дежурстве, и еще куча парней и даже несколько женщин. Нас было, наверное, сотня. А может, и больше. Настоящая островная вечеринка, только никто не веселился. Был жаркий день, намного жарче сегодняшнего, но все мы были в сапогах, длинных штанах, рубашках с длинными рукавами, перчатках, масках, вроде той, что на мне сейчас. И вуалях.
— Вуалях?
— Некоторые из них были вуалями пчеловодов, другие были из той ткани — тюль, наверное, — которую женщины носят на своих праздничных шляпках. По крайней мере, носили в старые времена. Потому что, видите ли... — Он наклонился вперёд, глядя мне прямо в глаза, и как никогда был похож на Уилфорда Бримли. — Видите ли, змея иногда встает на дыбы. Если она достаточно напугана, конечно. И вместо того, чтобы впрыснуть яд, она его распыляет. Если он попадёт вам в глаза... — Он махнул рукой. — Практически прямиком в мозг. Спокойной ночи, всего доброго. — И затем, не делая паузы, добавил. — Я вижу, ваш полуночный гость принёс и палку от змей миссис Белл.