Однажды суровой зимой (СИ)

Далейн лежал на земле в луже собственной крови и раны его были куда чудовищнее, чем рана Ориса Винграйна. Он из последних сил пытался не потерять сознание, но взгляд оставался блуждающим и мутным. А возле него на коленях сидела Малисса. Перепачканная кровью. Заплаканная и дрожащая. Ее прижатые к животу мужа руки светились мерцающим бирюзовым светом. Жизненной силой, что она пыталась удержать мужа на этом свете.
Увидев сестру, целительница вскрикнула. Слезы вновь потекли по ее щекам.
Малисса покачала головой медленно и обреченно. Будто говорила, что они пришли сюда напрасно.
Эстлин поспешила к ним. Но Кердас встал с места и спрыгнул вниз, преградив ей путь.
Чародейка остановилась в десятке метров от него. Жестом остановила Вендала, что уже был подле.
Здоровяк чуть наклонил голову и промолвил:
— Я думал, что ты пощадишь мальчишку и оставишь наедине с остывающим отцом.
Эстлин перехватила посох покрепче.
— Ты пожалеешь, — процедила она, глядя на сестру и распростертого на земле брата. Желание узнать, что заставило его пойти на зверства, улетучилось. — Какие бы мотивы не преследовал, ты пожалеешь.
Здоровяк усмехнулся. Размял плечи.
— Я ни о чем не жалею, — ухмылка Кердаса казалась слишком самодовольной, — кроме одного. Что ты выжила десять лет назад. Но это мы сейчас исправим.
Он бросился в атаку. Меч взлетел в воздух, чтобы стремительно обрушиться на голову чародейки. Она заслонилась посохом. Оружие звякнуло об ангельскую реликвию, будто та была не из дерева, а из металла. Золотые прожилки на зеленой поверхности заблестели.
Эстлин с усилием отвела могучую руку брата. Отскочила в сторону. Попятилась.
— Так, значит, это ты все подстроил, — заговорила она, а сама пыталась решить, как же лучше поступить. — Ты стоял за покушением, а всю вину свалил на Абиалли. Демоны подчинялись тебе, а не ему. Именно к тебе привела голова нат-шага. Ты был настоящим хозяином твари. Не магистр. Но по воле случая вы оказались в одном месте в момент открытия портала. Потому ты так легко казнил его, чтобы устранить свидетеля.
— Ты очень умна, хоть и опоздала с выводами, — заметил воин, продолжая наступать. — Признайся честно, ты уже начала подозревать Далейна в том, что это его рук дело? Что бывший пират не такой уж и бывший? Или я слишком тонко намекал на это, сестра?
Они медленно закружили по площади, готовясь к сражению. Оба выжидали, кто нападет первым.
— Я тебе больше не сестра, — ответила чародейка. — Ты попрал все, что ценилось в нашей семье…
— У нас никогда не было семьи! — выпалил он и ринулся на нее.
Эстлин выставила руку. Пламя сорвалось с ее пальцев жарким потоком.
Воин увернулся.
— Были лишь Малисса и Далейн, — Кердас кивнул в их сторону. — И мы с тобой. Я — со своими безответными чувствами. И ты. Или ты думаешь, я не видел, как ты смотришь на Далейна? Как таскаешься за ним, точно собачонка! Но мы никогда для них ничего не значили! На нас смотрели, но при этом смотрели сквозь нас!
— Я оставила все в прошлом, — Авершам старалась держаться спокойно. — И тебе следовало. Но ты поддался… чему? Ревности? И погибло столько людей. Ты не хочешь этого, Кердас. Ты не такой.
Вместо ответа он вновь кинулся на нее. Сталь встретилась с посохом. Врезалась в него с удвоенной силой. Кердас навис над Эстлин. Мышцы на руках воина налились от напряжения. Она почувствовала, что грубой силой ей с ним не совладать несмотря на мощь крови нефилима. Сравниться с могучим Кердасом не мог никто. В поединке, разумеется. Но у магов всегда были тузы в рукаве.
Ангельский огонь потек по посоху, обвивая клинок Кердаса. Стремясь добраться до его руки.
Настал черед воина отступить.
Он отпрянул, поспешно стряхнув с меча голубые сполохи.
— Тебе легко говорить, — Кердас махнул мечом в сторону принца Вендала, что медленно шел к Далейну и Малиссе по другой стороне площади.
Все это время юноша глаз с них не сводил. У них с Эстлин не было конкретного плана, когда они шли сюда. Лишь наметки, озвученные в спешке. Ведь они и представить себе не могли, где окажутся и что увидят. Эстлин попросила его не вступать в открытую схватку с Кердасом, потому что она заведомо обречена на провал. Но также она попросила его позаботиться о Малиссе. И вот они в Эдверморе. Месте, где по глупости он мечтал оказаться.
 
— Даже ты, прокаженная, нашла того, кто полюбил тебя, — с яростью продолжал могучий нефилим. — Или думаешь, мне ничего неизвестно о тебе?
Авершам заметила, как Кердас краем глаза следит за Вендалом, который уже почти добрался до брата и сестры. Как нарастает в великане гнев.
Она поспешно тряхнула свободной рукой. Вытянула ее в сторону и принялась творить чары. Страшные, неукротимые чары, что должны были отвлечь нефилима.
Стоячий воздух вокруг них закипел. Зазмеился сотнями мелких вихрей, внутри которых одна за другой вспыхивали фиолетовые молнии. Сначала по одиночке, маленькие и едва различимые. А затем все ярче. Чаще. Образуя сеть, что должна была отделить их двоих от Вендала, Малиссы и Далейна.
Они ведь назывались семьей. Он опекал ее. Защищал. Как она не могла не замечать того, что происходит с ним? Милый добрый Кердас. Что сломало тебя, обратив в чудовище?
— Что ты знаешь обо мне? — с досадой закричала женщина, — Что может знать обо мне тот, кто впустил тьму в сердце?
— Это ты ее впустила, — он посмотрел исподлобья. — Не так ли, сестра? Ты впустила в себя Владыку Преисподней. Можешь не отрицать. Я все знаю.
— Откуда? — Эстлин часто заморгала.
— Несправедливо, что ты получила мощь, которую даже понять не можешь. А можешь лишь скрывать и отрицать.
Он повертел в руках меч. Такой маленький. Такой легкий. Как жаль, что это не его клинок. С ним в руках никакая магия Авершам не смогла бы его остановить.
Кердас сделал шаг к ней. Но молния каскадом прошла между ними, ужалив его руку с клинком. Как предупреждение. Воин оскалился от жаркой боли, но оружия не выпустил. Лишь попятился, обходя кругом чародейку.
Новая молния врезалась в землю между ними с такой силой, что в стороны брызнули каменные крошки. Остатки того, что когда-то было мостовой.
— Это должен быть я! — в гневе закричал мужчина, стараясь перекричать магическую бурю. — Несправедливо! Я — благородный герой! Ты не заслуживаешь силу Владыки! Ты даже не знаешь, что делать с нею! Какое это благо! Ты была глупым ребенком, и осталась им!
— Ты не понимаешь, что говоришь! — Эстлин отказывалась верить ушам. — Это не сила! Это — проклятие! Им невозможно управлять! Оно подчинит, если расслабишься хоть на миг!
Внезапно он рванул к ней. Бирюзовые глаза казались почти черными. Полными безумия.
Клинок блеснул во вспышке молний.
Фиолетовые разряды загудели вокруг. Один полоснул по щеке, оставив глубокий порез. Другой ударил в спину. Третий нашел острие поднятого меча, точно громоотвод.
Тело нефилима выгнулось неестественной дугой. Он упал на одно колено. Оперся на меч. И поднялся прежде, чем Эстлин успела перевести дух.
Кердас улыбался. А кровь стекала по щеке тонкой алой струйкой.
— Твоя магия не сможет меня убить.
Он стер кровь ладонью. Посмотрел на обагрившиеся пальцы. Задумчиво. Будто на чужие. А потом вновь заговорил. И Эстлин могла поклясться, что слышит в голосе Кердаса глас того, кто являлся ей в ночных кошмарах.
— У тебя был шанс принять нас. Но теперь ты умрешь.
Он обрушился на нее. Быстрый. Могучий. Крепкий, как скала. Умелый и уверенный в себе. Ураган в эпицентре урагана. Он больше не замечал жаливших его молний. Не чувствовал боли, хотя кожа его дымилась в местах ожогов.
Эстлин отступила. Ангельский посох вибрировал под градом наносимых ударов. Она едва успевала парировать их. Ее спасало лишь то, что она была меньше и шустрее.
В какой-то миг чары сыграли против нее.
Кердас нырнул в марево молний и сизого ветра, что окружало их. И вынырнул за ее спиной. Весь покрытый ожогами и собственной кровью. Рубанул, пытаясь дотянуться до шеи.