Однажды суровой зимой (СИ)

Хмурые свинцовые тучи стали плотнее и ниже. Пошел снег. Крупные снежинки закружились в воздухе.
Целительница повернулась к сестре. Но вместо привычной сдержанности Эстлин Авершам демонстрировала беспокойство. Она закусила губу и легонько теребила в руках кончик длинной косы, перекинутой на грудь поверх тяжелого теплого плаща. Девушка наблюдала за казнью, но как-то отстраненно. Будто была мыслями не здесь.
Малисса хотела спросить, когда все завершится, что же ее беспокоит. Но стоило мечу Кердаса опуститься на шею осужденного, как чародейка развернулась и быстро пошла прочь, ничего никому не объяснив.
  
— Долгий день. Семья и немного скорби -
 
За высокими арочными окнами шел снег. Погода менялась. Будто спешила догнать Вендала с самых Пиков Найсада. Сначала ветер закружил отдельные снежинки. А потом их пелена стала настолько плотной, что вовсе скрыла дальние деревья в саду. Белое марево успокаивало. Нагоняло дремоту.
По обыкновению в зимнее время года три вишневых бархатных кресла были подвинуты ближе к камину, в котором на свежих поленьях неспешно разгорался огонь. В помещении царил полумрак. Запыленные гобеленовые шторы и бесчисленные корешки книг будто сгущали его. Свечи в канделябрах были потушены. Казалось, слуги начали забывать о том, чтобы поддерживать библиотеку покойной королевы в достойном состоянии.
Вендал откинулся в кресле матери. Расстегнул ворот камзола, чтобы дышать вольнее. Сжал руками потертые подлокотники. Погрузился в размышления.
Таким его нашла Эстлин. Мрачным и неподвижным.
Тихо скрипнула дверь. Пропустила чародейку внутрь просторного помещения и с таким же легким скрипом затворилась за ней. Авершам молча прошла ближе. На ходу скинула тяжелый плащ. Взмахнула рукой. Огонь в очаге запылал ярче. Взметнул в дымоход сноп ярких искр. Одна за другой зажглись свечи. Комната осветилась ярким ровным светом.
Девушка подошла к принцу. Опустилась на пол у его ног. Отложила в сторону посох. Положила руки на его колени. И заглянула в глаза долгим понимающим взглядом.
Вендал накрыл ее ладони своей. Они были холодны после пребывания на улице.
— Я знала, что найду тебя здесь, — наконец, прошептала она.
— Я знал, что ты найдешь меня.
Тень улыбки скользнула по губам юноши.
— Все закончилось, Вендал, — Эстлин погладила пальцы принца. — Его больше нет.
Наследник Кархолла промолчал.
Какое-то время они сидели молча. Лишь потрескивали дрова в очаге. И время будто остановилось.
— Скажи мне, ты правда хочешь отомстить детям Абиалли? — вдруг встревоженно спросила чародейка.
Вендал горько усмехнулся.
— Ну что ты, — он наморщил лоб. — Если они не знали ничего о планах отца и не принимали в них участия, мне наказывать их не за что. Я сказал все лишь, чтобы причинить ему муки сомнений.
— Тебе это удалось, — заметила Эстлин.
Принц наклонился к ней.
— Ты испугалась, что в порыве гнева я обижу невиновных? — предположил он.
Меж бровями чародейки пролегла знакомая морщинка.
— Я испугалась, что ты один и тебе плохо, — призналась Авершам. — А человек способен на многое, когда ему плохо. Люди в отчаянии совершают поступки, о которых потом жалеют. Я не хочу этого для тебя.
В ответ Вендал вновь сжал ее пальцы. Будто безмолвно поблагодарил.
— Не бойся, моя госпожа. Тьма меня не поглотит, — на лице принца расцвела знакомая озорная улыбка.
Чародейка невольно заметила, как усилился снегопад на улице. Снег повалил густой. Его плотная пелена казалась серой. От этого создалось впечатление, что наступил вечер. Огонь в огромном камине пылал ярко. Весело потрескивали поленья. Свечи отбрасывали мягкие пляшущие блики на позолоченные поверхности канделябров. Уютно пахло очагом и книжной пылью. Обманчивый покой.
— Ты ничего не знаешь о тьме, — она упрямо покачала головой. — Тьма — это не эфемерная битва Небес и Преисподней за души людские. Это то, что стоит за плечами каждого беспрестанно. Как тень в погожий солнечный день, она тянется за нами длинным шлейфом. И только наши поступки определяют, сколь длинным будет этот шлейф. Только сделанный выбор показывает, есть в тебе тьма или нет.
 
Вендал Винграйн протянул руку и нежно провел по волосам чародейки. Смахнул серебристые капельки влаги от растаявшего снега.
— Спасибо, что не перестаешь заботиться обо мне, Эстлин, — он наклонился еще ниже. — Хотел бы я ответить тебе тем же.
Авершам выпрямила спину. На ее приоткрытых губах застыло очередное возражение, которому так и не суждено было сорваться. Потому что дверь в библиотеку распахнулась.
Принц и чародейка как по команде обернулись к вошедшим. Такой бесцеремонности можно было ожидать от короля, но никак не от тех, кто стоял на пороге.
— Я же говорил, что они оба здесь, — с победоносной улыбкой провозгласил Далейн, заходя внутрь.
За ним следовала слегка удивленная Малисса. Замыкал тройку Кердас, который предусмотрительно закрыл за ними двери. Все трое пришли в тех же одеждах, что были на казни. Раскрасневшиеся и покрытые снежинками. Было очевидно, что они спешили.
— Ох, мы не хотели вам помешать, — целительница часто заморгала. — Стражник сказал, что ты чуть ли не бегом направилась в библиотеку, вот мы и пошли узнать, в чем дело. Простите нас…
— Да что уж там, — проворчала Эстлин, поднимаясь с пола и усаживаясь на второе кресло возле Вендала. — Стучать-то никто вас не учил.
Малисса опустилась в третье кресло и с явным облегчением расстегнула тяжелый плащ.
Далейн довольно усмехнулся. Он бросил изучающий взгляд на принца, но ничего не сказал. Лишь подошел поближе к камину, сделав вид, что занят тем, что греет руки у огня.
А Кердас тем временем прислонил свой огромный меч к одному из книжных шкафов и отошел к окну. Он встал спиной к собравшимся, вглядываясь в разгулявшуюся метель. Неловкая сцена, что они прервали своим появлением, его вовсе не волновала.
— Как ты, брат? — поспешно спросила его Эстлин.
Она сделала это не столько потому, что беспокоилась за Кердаса. Здоровяк был достаточно крепким духовно и физически. Он смог справиться с кошмарами Преисподней. Вряд ли казнь жесткого подлеца могла сильно выбить его из колеи. Авершам сменила тему, чтобы лишить сестру возможности задавать неудобные вопросы, которые были сейчас совершенно ни к чему. А еще, чтобы Далейн не успел распустить свои едкие шуточки.
— Хорошо, — не поворачиваясь, ответил Кердас.
Малисса многозначительно вздохнула. Великан, как обычно, был немногословен. Возможно, он поделится с ними каким-то мыслями по поводу прошедшей казни позже. Если Кердас в беседе не заинтересован, расспрашивать его бессмысленно. Проще разговорить гранитную скалу.
— И все-таки что-то в этой истории не сходится, — заметила Авершам.
— О чем ты? — переспросил Далейн, продолжая с наслаждением разминать пальцы у огня.
Его супруга тем временем делала вид, что рассматривает богатую коллекцию книг на стеллажах. Но от Вендала не ускользнуло то, как она украдкой поглядывает на него. С явным любопытством. Принц невольно поерзал на месте. Эти взгляды сбивали его с толку.
— Демоны не прислуживают смертным, — заметила Авершам. — Как Абиалли мог выйти на них и подчинить себе?
— Может, это они нашли его, чтобы выйти на Ориса? — пожала плечами Малисса. — Решили отомстить королю за его подвиги в Эдверморе?
— Я думала об этом, но нет, — покачала головой Эстлин.
Вендал заметил, что она колеблется. Нервничает. Слегка заметно закусывает губу. Думает, рассказывать или нет о том, что узнала от предателя утром в темнице.
— Абиалли признался мне во время допроса, что вел переписку с кем-то, кто и свел его с этими демонами, — наконец, решилась Авершам.
— С кем? — Далейн перестал двусмысленно улыбаться и напрягся.
Эстлин развела руками.
— Он и сам не знал. Все письма Абиалли уничтожал. И своего сообщника боялся пуще моровой язвы.