Однажды суровой зимой (СИ)

— Вот вы где! — он одарил всех широкой улыбкой. — А я вас обыскался. Король приглашает нас четверых к ранней трапезе в узком кругу. Думаю, чтобы пообщаться без посторонних.
Он подошел к Малиссе, чтобы обнять ее и поцеловать в щеку. Обычно они не позволяли себе демонстрировать отношения на людях, хоть и были вместе много лет. Да и все знали о том, что нет пары прекраснее и прочнее, чем бывший пират и целительница. Но когда рядом были лишь Кердас и Авершам, они могли не стесняться в проявлении чувств.
— Что ж, отказывать Орису нельзя, — со вздохом ответила Малисса. — Пойдемте переодеваться во что-то более подходящее для посиделок с королями.
— Согласен, — кивнул воин, которому одеться не мешало бы в принципе.
Нефилимы двинулись в сторону дворца.
— Слуга сказал, Винграйн старший приказал подать любимый завтрак принца Вендала, — заметил Далейн.
— Как интересно, — Эстлин невольно приподняла одну бровь.
Когда они ступили в малый банкетный зал, за противоположными концами стола уже сидели двое хозяев Кархолла: отец и сын Винграйны. Орис — в черных брюках, белой шелковой рубашке, жилете из золотой парчи и мягких домашних туфлях. Вендал — в серебристо-серой рубашке с закатанными рукавами, коричневых брюках и коротких кожаных сапогах. Чем внимательнее вы вглядывались в них, тем больше сходств и различий могли найти. Как в детской игре. Возраст. Корона. Глаза. Одеяния. И в то же время Вендал походил на молодого Ориса намного сильнее, чем хотел бы признать.
Малиссу и Авершам усадили по правую и левую стороны от короля. Далейна — рядом с Малиссой. Кердаса — с Эстлин. Мысленно чародейка поблагодарила Небеса за то, что между ней и принцем оказался ее старший брат. Она старалась всеми силами не смотреть на Вендала, хоть принц и одарил ее приветливой улыбкой. Решила сосредоточиться на трапезе и разговоре с королем.
Слуги подавали омлет с трюфелями и открытый пирог с рыбой и травами. Пахло чудесно. Особенно в сочетании с ягодным чаем с медом. Намного изысканнее и вкуснее всех тех отваров, что варились в горной хижине, что уж греха таить. Авершам украдкой вдохнула аромат малины и земляники, курившийся над белоснежной чашкой из тонкого костяного фарфора.
А принц тем временем задумчиво посмотрел в свою тарелку. Словно у него не было аппетита вовсе.
Он жестом подозвал одного из слуг.
— Узнайте на кухне, есть ли облепиховое варенье и свежий хлеб, — мягко улыбаясь сказал Вендал. И затем добавил, не сводя со слуги глаз: — И еще миндаль.
Эстлин принялась неспешно резать свой кусочек пирога. Она старалась и виду не подавать, что ее что-то смутило. Но щеки предательски запылали.
— Облепиховое варенье? — Орис Винграйн громко рассмеялся. — Ты с детства варенья не ел. Что с тобой, сын? Твои вкусы так изменились за время скитаний?
— Ты даже не представляешь, насколько, отец, — невозмутимо ответил принц.
Чародейка тотчас вспомнила его рассказ о том, как он ел крыс в лесу, чтобы выжить. Она перестала жевать. Напряглась. Невинный вопрос короля мог спровоцировать новый всплеск неприятных воспоминаний. Поэтому она поспешно проглотила пищу и решила немного отвлечь собравшихся от гастрономической темы.
— Ваше величество, — обратилась она к королю. — Понимаю, что мы здесь не просто так. Какой у нас распорядок дня на сегодня?
— Вы здесь, конечно, не просто так, — покачал головой Орис Винграйн. — А потому, что спасли мою семью. Что касается наших планов, то вечером состоится праздник в честь возвращения моего сына, как я и обещал. А в обед нас всех ждет суд, — король смотрел на чародейку совершенно бесстрастно, словно бы его не пугало ничего в этой ужасной ситуации. — И на суде я велю отрубить предателю голову, — с этими словами он отправил в рот кусочек омлета. Все так же без эмоций. — Казнь состоится сразу после суда. Разумеется, вы приглашены на каждое из перечисленных мероприятий.
Эстлин встретилась взглядом с Малиссой. Та многозначительно подняла брови. Далейн же хотел вставить очередную веселую ремарку и уже открыл было рот, но целительница слегка толкнула его в бок. И блондин решил благоразумно промолчать, лишь слегка качнув головой в знак того, что не понимает, что вообще происходит, и почему Малисса и Эстлин обмениваются непонятными взглядами. Кердас же, казалось, вовсе не обращал на них внимания, с удовольствием уплетая королевский завтрак.
 
— Очень вкусный пирог, — заметил он. — Передайте мои похвалы повару.
Чародейка решительно отложила столовые приборы в сторону.
— Ваше величество, — Эстлин снова обратилась к Орису. — Могу я допросить узника до суда? Возможно, за ночь он понял, что ему светит, и мне удастся узнать у него что-то новое.
— Хорошо, — согласился король. — Можешь пытать его. Делай, что пожелаешь. Мне все равно.
— Спасибо, — Эстлин поблагодарила легким наклоном головы.
Она бы предпочла воздержаться от пыток. Все эти грубые методы никогда ей не нравились. Но если того потребует ситуация, а обвиняемый окажется слишком упрямым или вовсе выкажет активное сопротивление, придется пренебречь собственными желаниями.
— Отец, — неожиданно подал голос Вендал, который так и не притронулся к завтраку. Он повернулся к Авершам, но та вновь увлеклась трапезой и даже не удосужилась посмотреть в его сторону. — Я хочу сопровождать Эстлин. Могу я присутствовать при допросе Тируса?
— Зачем? — удивленно спросил король.
На памяти Ориса Винграйна сын не то, что не интересовался важными государственными делами. Он попросту их избегал. Демонстративно. А уж если и присутствовал на каком-то мероприятии, вроде суда, казни или встречи важных гостей, делал все с нарочитым равнодушием. Назло отцу. И король привык не реагировать, перестал видеть в этом неуважение лично к нему. Чем меньше он гневался, тем менее очевидно зевал принц на королевских приемах. Возможно, взрослел, как считал Орис Винграйн. Но до желания принимать участие в допросах уж точно не доходило.
Вендал поставил локти на стол и сплел пальцы в замок.
— Скажем так, это мое полное право, — ответил принц Кархолла. — После всего пережитого я могу присутствовать и участвовать в допросе.
— Хорошо, — согласился Орис Винграйн.
— Ваше величество, — встряла Авершам. Она села так, чтобы за Кердасом Вендал не мог ее видеть. — Мои методы допроса требуют общения с глазу на глаз, так сказать. Без посторонних. И даже без стражи. Дабы не напугать никого.
— Что ж, — начал король.
— Я настаиваю, отец, — перебил его Вендал.
Орис Винграйн перевел озадаченный взор с сына на чародейку и обратно. Она увлеченно доедала омлет с выражением безразличия ко всему происходящему. Он смотрел с вызовом. Еда в его тарелке оставалась нетронутой.
— Вендал может сопровождать тебя, Авершам, — наконец, сказал король.
Тем временем из кухни вернулся тот самый слуга, которого принц посылал узнать начет варенья. На большом золоченом подносе он принес свежие булочки, миндаль и облепиховое повидло в хрустальной вазочке.
— Спасибо, — ответил принц и протянул свою тарелку с омлетом и пирогом. — Это можно унести. Угостите любого желающего, если таковой найдется.
— А можно и мне булочку? — радостно спросил Кердас и протянул руку к подносу.
Всего на мгновение Эстлин подняла взор и встретилась глазами с Вендалом.
Она хмурилась, и две крошечные морщинки пролегали меж бровями.
Он смотрел с нетерпением.
Авершам спешно вернулась к своему завтраку. Но это мимолетное сражение не осталось незамеченным ни для короля, ни для Малиссы и Далейна. В повисшей тишине супруги-нефилимы обменялись быстрыми взглядами.
Малиссе удалось сохранить невозмутимость. Но губы Далейна растянулись в широкой азартной ухмылке.
— Хорошо, — внезапно произнесла Авершам. — Вы пойдете со мной, ваше высочество. Надеюсь, вы не испугаетесь увиденного, — и затем холодно добавила: — Как накануне. Во время битвы с демонами.