Мародёр (СИ)

— Это допрос? — спросил князь.
— Допрос? — переспросил Дерджален приподняв обе брови и повернувшись к князю. — Ну, что вы, князь, какой допрос. Да, магистерии очень интересно откуда в такой глуши, как ваши земли, не обижайтесь, но вы очень далеко от столицы и вокруг такие леса, что, когда мы через них ехали даже яркого полуденного солнца, видно не было. А трактиры, князь, вам надо что-то срочно делать с трактирами. Это же не выносимо. Мало того, что люди работающий там, не в состоянии воду подогреть, так еще в комнатах меж бревен такие дыры, что кулак пройдет. Но я отвлекся. Да, магистерии интересно, откуда здесь мог взяться пепельник. Причем уже взрослый пепельник. Ну, и конечно меня лично, да и великого магистэра тоже очень, очень заинтересовал мальчик, что смог простым ножом убить пепельника. Это ведь он? — магистэр взглянул на меня и положил на стол точную копию четок Елизара, только жемчужин было на одну больше, а перо чуть длиннее. — Вы позволите? — он раскрыл нить жемчужин, показывая, что это браслет. — Я бы хотел взглянуть на его Суть и смотреть во время нашего разговора. Я не думаю, что ваш человек тварь из Бездны, но мне так будет спокойней.
Князь молчал. Судя по тяжело сдвинутым бровям, то, что говорил Дерджален ему не нравилось. А судя по тому, как сжимался под столом его кулак, сделать он с этим ничего не мог.
— Я не ответил на ваш вопрос, князь, — магистэр улыбнулся. Очаровательная, мягкая, располагающая к себе улыбка. — Простите, я иногда люблю порассуждать на отстраненные темы, а иногда ухожу слишком далеко в своих суждениях. Ну, вот видите, опять — он засмеялся, вроде и искренне, но почему-то от смеха повеяло ложью. — Простите. Нет, это не допрос. Допрашивает магистерия в другом месте и не так. Это беседа. И мы ни в чем, ни одного вашего человека не подозреваем. Вы можете прямо сейчас встать и уйти сами и увести за собой всех своих людей. И я не только не смогу что-нибудь сделать. Я не стану ничего делать ни сейчас, ни потом. Я не отправлю ни одного письма. Не побегу жаловаться императору. Я смиренно прошу вас о помощи.
— То письмо, что вы мне прислали, на просьбу не слишком походило.
— Эмоции князь, эмоции. Пепельник прямо посреди империи! Когда такое было? Прошу прощения за собственную несдержанность.
Князь подавил улыбку. Данкана я не видел, но не сомневался, что и тот прикусил губу. У меня сдержаться не получилось, и я широко улыбнулся. Ох и скользкий же тип этот магистэр, его предыдущие слова еще отражаются от стен, а он уже говорит другое. Только что назвал земли Грачевых захолустьем, а теперь переместил нас прямо в центр империи. И оба раза так искренне.
— Так я могу опросить, замете не допросить, а именно опросить вашего человека? Вы можете присутствовать. Как и вы Данкан. Ничего секретного я спрашивать не буду. Мне не нужна информация о вас, о вашем клане, экономике и прочем. Меня не интересуют ваши политические взгляды. Мне нужно знать все о пепельнике.
— Вы можете опросить его, но только в моем присутствии.
— Отлично! — на лице магистэра появилась счастливая улыбка. Насквозь фальшивая, это даже я понимал, но очень, очень счастливая. — Тогда, князь, представьте мне своего человека.
— Михей Грачев, — сухо произнес князь и задумался. Мгновение он хмурил брови, затем беспомощно взглянул на Данкана. Я не видел Стража Дола, но спиной почувствовал, как он напрягся.
— Михей…, - магистэр тоже хмурился. — Михей. Не знаю. Я изучил вашу семью перед поездкой сюда. Да, кого я обманываю, я давно изучил вашу семью, еще в то время, когда хотел сам разгадать загадки вашего погоста. И не буду скрывать я слежу за вами. Не слишком пристально, но новостей не пропускаю. Но я не припомню никакого Михея. Кроме вашего прадеда конечно. Но из ныне живущих не припоминаю. Простите, князь, но он ваш бастард?
Скрип зубов князя, казалось, был слышен в самом Доле.
— Нет, — скрипучим голосом ответил князь. — Михей не мой бастард, — слова давались ему с трудом, словно ему приходилось их из себя выжимать. — Он был недавно принят в семью. И, — князь усмехнулся, лицо расслабилось зубы разжались. — И мы еще не определили ему место. представляете, магистэр, все время некогда. То пепельники, то дела в столице, то магистэрию надо строить.
 
Магистэр улыбнулся, он услышал намек князя.
— Оставим внутренние дела вашего клана и перейдем к тому, ради чего вы собственно здесь. Итак. Юноша, расскажите все, что вы помните, во всех подробностях. В самых мельчайших подробностях.
Мой рассказ занял четыре часа. Никогда прежде я не думал, что память может хранить настолько маленькие детали. Но правильные вопросы магистэра, его умение вычленять важное из большого делали свое дело. Я смог вспомнить какие именно кружева были на платье сбежавшей бабы. Какого цвета глаза были у девочки, которую потащил наверх пепельник, и как они изменились, когда он ее потащил. Я доставал из головы такое, о чем казалось помнить не мог. Вот только из прошлого так ничего и не всплыло в памяти. Эх, мне бы такого магистэра, да недельку бы с ним поиграться. Глядишь, и вспомнил бы чего. С другой стороны, а хочу ли я вспоминать?
— Это понятно, — прищурился магистэр. — Понятно, что под рукой у вас, Михей, ничего больше не было, но. Но почему именно нож, и почему вы за весь бой не использовали ни одного умения?
— Я использовал, — пробасил Данкан за моей спиной. — Поверьте, Руовирио, помогло это плохо. Точнее совсем не помогло. Пепельник отрастил такие щупальца и так много, что ни одно умение не могло с ним справиться.
— О том и речь, доблестный Страж Дола. О том и речь. Но вы ведь привыкли полагаться на умения? Так? Как и все мы? Я, например, сейчас тоже использую на вас умение и даже не собираюсь этого скрывать. Мы привыкли полагаться на них. Мы сроднились с ними. Но не Михей Грачев. Почему? Почему он не использовал за весь бой ни одного умения? Вот вопрос. Ты разрешишь мне взглянуть на твою Суть? Конечно, ты разрешишь, и даже если ты будешь против, тебе прикажет князь. И его приказа ты, Михей, не ослушается. Правда, князь?
Я посмотрел на князя, тот молча кивнул.
— Хорошо. Однако прежде, я бы хотел услышать как ты все же убил пепельника ножом. И почему ножом? Ты ведь должен был знать, что сталь не всегда, да что там, почти никогда не вредит пепельникам.
Этого я не знал. Но понимал, что показывать этого нельзя. А потому я кивнул, пожал плечами и сказал:
— Я думал мне конец. Думал, что пепельник меня убьет. А потому я был в отчаянье. Какая разница, все равно умирать. Но мне повезло. Просто повезло.
— Это как? — магистэр нахмурился и прищурился одновременно.
Я усмехнулся.
— Вот так, — я достал из кармана черную игральную кость и катнул ее магистэру. Выпала двойка. — Это кубик. Простой игральный кубик. Загадайте число, магистр…
— Магистэр, — скривился он. — Обращайся ко мне магистэр. Магистры танцы в академии преподают. Я же выслеживаю тьму во всех ее проявлениях.
— Простите, магистэр, — я старательно произнес его титул, или звание, или профессию, потом разберусь, что это такое. Или не разберусь. — Загадайте число и бросьте кость. — Он так и сделал. — Совпало?
— Нет.
— Тогда бросьте ещё раз.
Совпало лишь с пятой попытки. Магистэр загадал шестерку.
— Вот видите, в этот раз вам повезло. Как и мне в тот раз с пепельником.
— Я понял вас, молодой человек. Понял, — он катнул кубик мне. — А теперь откройте мне Суть.
Я открылся магистэру. На запястье у меня болталась жемчужная нить и я боялся, очень боялся, что она разгонит полог. Я не понимал, что случится тогда, но очень боялся, что что-то будет. Магистэр долго всматривался в меня, шевелил губами, морщился, делал пометки. Наконец он откинулся на стену и тяжело дыша, счастливо улыбнулся.
— Это было не самое легкое мое деяние, но я справился, — он захихикал и это вышло у него мерзко, враз напомнив, кто этот милый дядечка на самом деле такой. — Я справился! Теперь я точно знаю, почему Михей Грачев не использовал ни одного умения. Князь, скажите, зачем вы потратили на него полог? — Дерджален сиял довольством, оно буквально лилось с него.