Однажды в лифте (СИ)

— А вы кем работаете? Что сутки через трое…
— Я охранник. Штаны просиживаю, ничего интересного, — развёл руками Павел. Я посмотрела на эти самые руки и пришла к выводу, что он действительно похож на охранника. По крайней мере на настоящего охранника, а не на тощего недоделка. Такой… почти медведь. Высокий крепко сложенный мужик с ярко выраженными мышцами, но не перекачанный. — А вы?
— Я дизайнер. Делаю оформление для всяких визиток, буклетов, логотипы рисую… Ничего интересного.
— Почему, это как раз очень интересно! — оживился Павел. — Пойдёмте в парк? А по пути расскажете мне про свою работу.
— Что вам рассказать? — я улыбнулась, подзывая Альфонса и пристёгивая его к рулетке. Павел проделал то же самое с Беллой.
— Ну, например, вы сами всё с нуля придумываете, или у заказчиков есть какие-то пожелания, которые надо учитывать?
Кажется, ему действительно было любопытно, и я начала рассказывать, постепенно всё больше и больше увлекаясь.
Вот так, разговаривая о разном и играя с собаками, мы гуляли в парке почти час, и когда я вернулась домой, то чувствовала себя почти счастливой. Хороший и симпатичный мужчина, который, по-видимому, решил поухаживать за девушкой, а не набрасываться на неё в лифте — неплохо же, а?
Может, у нас и правда что-нибудь получится.
  
30
 
Андрей
Проснувшись утром 2 января, Андрей какое-то время валялся в постели и думал, что же теперь делать с мармышкой. Подарки собаке не прокатили, значит, надо что-то дарить лично ей, наверное. Что?
Так ничего толком и не придумав, он решил, что потом ещё порассуждает, а пока — пора было собираться к матери и сестре.
Легко позавтракав — мама всё равно будет кормить, как на убой, — и собрав сумку с подарками, Андрей вышел из квартиры около одиннадцати утра. Решил пойти по лестнице пешком, спустился ниже на этаж и вдруг услышал шорох открываемого замка. Обернулся и увидел, что из своей квартиры выходит мармышка с подарочным пакетом в руках, оставляя за порогом печального пса в наморднике.
Интересно, а намордник зачем?
Соседка закрыла дверь, не обращая внимания на Андрея, и только потом подняла глаза. Увидела его… и сделала шаг назад, морщась, будто ей было не очень приятно.
— Слушай, извини за вчера. И за позавчера, — он, наоборот, шагнул к ней.
— Ты уже извинился, — пробурчала мармышка. — Оч-ч-чень креативно. У моего начальника должность креативный директор, я клянусь, он оценит, если я расскажу.
Андрей был готов побиться об заклад, что не расскажет. Хотя… лучше головой об стену.
— Честное слово, я с этими подарками для Афони не специально. Я просто хотел попросить прощения. И я же не разбираюсь… Попросил продавщицу дать мне что-нибудь хорошее из вкусняшек. Я же не знал…
— Надпись на упаковке ты не читал, что ли? — мармышка подняла брови.
— Нет, зачем? Там собака нарисована — и ладно. Понятно же, что это надо грызть, что там читать-то. Это же не инструкция к новой стиральной машине.
— Совет — иногда лучше читать, чем не читать, — сказала соседка наставительно. — В общем… даже если ты на самом деле стебался… Спасибо. Афоня любит это всё. И пуллер нам сегодня пригодился, и потом ещё пригодится, полезная вещь, я давно хотела купить, да всё руки не доходили.
— Я не стебался, честное слово! Говорю же, хотел извиниться и что-нибудь тебе подарить.
— Мне? — мармышка вдруг улыбнулась, и Андрей от радости аж расплылся. Улыбка у неё была очаровательная. — Или Афоне всё-таки?
— Тебе. Просто я же тебя совсем не знаю. Принёс бы букет с конфетами — ты подумала бы, что я так на продолжение интима намекаю.
— Обязательно подумала бы.
— Ну вот. И я решил…
— … сходить в зоомагазин, — закончила она за него с иронией в голосе. — Что ж, удачно. Афоня вчера половину одного члена заглотил. — Мармышка слегка смутилась. Видимо, выражению «заглотил член». — Был доволен и счастлив. В общем… я пойду?
Андрей пропустил её вперёд, но и сам пошёл следом.
Спина девушки показалась ему напряжённой, и он уточнил:
 
— Не волнуйся, я скоро тебя покину, мне к матери с сестрой надо ехать.
— Я тоже к родственникам еду. К маме и бабушке.
— А тебе куда?
— В Ермаково.
— Ого. — Андрею захотелось подпрыгнуть от радости. — И мне туда же…
***
Анна
Господи, если ты существуешь и слышишь меня, ответь на вопрос…
ТЫ ЧТО, ИЗДЕВАЕШЬСЯ?!
Ну почему этот Дятел возникает повсюду, куда бы я ни пошла! Странно, что утром его не было на поле вместе с Павлом! Практически тройничок бы получился.
Вот и сейчас — стоило мне собрать подарки для мамы и бабушки и выйти из квартиры, как я вновь столкнулась с Дятлом. Господи, почему других соседей я не вижу месяцами, некоторых даже годами, а этого встречаю каждый день?!
«Это судьба», — съехидничал внутренний голос. Ну да, конечно. Судьба, ага. Скорее — плохая примета, как баба с пустыми вёдрами.
Между тем моя плохая примета вещала:
— А ты как туда поедешь? На такси или на метро?
— Наши люди в булочную на такси не ездят, — пробурчала я. — На метро.
— И я на метро.
Это он… на что намекает?
— В метро я трахаться не буду.
— Да ладно тебе, — усмехнулся Дятел, открывая передо мной подъездную дверь и выходя на улицу следом. — Не сердись, я же извинился.
Ага. Подарив мне бычий член.
Три.
— Давай вместе поедем?
Боже, ты точно издеваешься.
— А если я скажу «нет»?..
Дятел горестно вздохнул — прям как Альфонс, когда у него этот самый член отнимаешь — и тихо сказал:
— Ну пожалуйста. Я очень хочу с тобой помириться.
Ладно. Я вспомнила, как классно было играть с пуллером вместе с Павлом, Афоней и Беллой, и смилостивилась.
В конце концов, метро — это не лифт. Даже если в нём застрять, в вагоне мы по крайней мере будем не одни.
— Хорошо, поедем вместе.
Он опять улыбнулся, а я растаяла ещё больше.
Дятел. Но красивый, зараза.
  
31
 
Андрей
До метро надо было идти минут десять, и Андрей решил воспользоваться случаем, чтобы ещё хоть немного лучше узнать мармышку.
— А зачем ты оставляешь своего пса в наморднике?
Ему действительно было интересно.
— Чтобы ничего не грыз и не жрал, — ответила соседка. — Он давно отучен это делать, но всё равно бывают заскоки. Как-то раз я пришла, и оказалось, что Альфонс за весь день от нечего делать лапами разодрал пакет с кормом. Восемнадцать килограмм, между прочим! И вот это всё было на полу.
— Ему плохо не было?
— Нет. Плохо было мне, пока я это всё убирала после рабочего дня. А Альфонсу было замечательно. Съесть-то он ничего из-за намордника не смог.
— А-а-а…
— Да, я как раз тогда думала — может, перестать надевать ему намордник? А после этого случая решила — нет уж. От греха подальше. Мало ли, что он захочет слопать. Ему вон в детстве поролон жевать нравилось. — Мармышка вдруг смущённо замолчала, а потом пробормотала: — Что-то я разговорилась…
Андрей улыбнулся.
— Да ладно тебе, не замыкайся, я только рад. Значит, твой пёс на самом деле Альфонс, а не Афоня?
— Афоня — это краткое, ласкательное. Ещё Фоня. А если налопается чего-нибудь недозволенного и пукать начнёт — то вообще Фуня.
Давно он так не смеялся…
***
Анна
Оказывается, с Дятлом можно разговаривать по-человечески. Кто бы мог подумать.
Он вполне мирно и с большим любопытством расспрашивал меня про Альфонса — сначала про намордник, потом про то, как я его нашла, и уже после этой истории вдруг спросил:
 
— Как тебя всё-таки зовут?
Я фыркнула.
— Ты же сам сказал. Мармышка.
— Не обижайся. — Дятел явно решил подлизываться и дальше. — Я не со зла, честно. Это просто… милое прозвище…
— Ну да. А Дятел — это тоже милое прозвище?