Западня для Евы (Ловушка для Евы)
Город был залит светом, он лучился и вибрировал энергией. Люди были разные — и равнодушные, и добрые. Это сна была невнимательна: любила этот город, но редко вглядывалась в него. Ей вдруг пришло в голову, что это метафора, каким-то образом отражающая суть ее брака, и Ева поняла, что пора возвращаться к работе.
Но тут она стала свидетельницей уличной кражи, в просторечии именуемой «выбиванием лопатника». Мужчина в костюме подошел к краю тротуара, собираясь подозвать такси. Мальчишка лет двенадцати налетел на него. Последовал быстрый и краткий диалог.
— Смотри, куда идешь, парень!
— Извините, мистер.
И в это время быстрые, ловкие, проворные руки влезли в карман костюма и подцепили бумажник.
Ева неторопливо подошла к ним в тот самый момент, когда мальчишка уже собирался раствориться в толпе, и схватила его за воротник.
— Стоять! — скомандовала она «костюму».
Он бросил на нее раздраженный взгляд, пока мальчишка, извиваясь, пытался вырваться из захвата.
— Я спешу.
— Вам будет нелегко расплатиться за такси без бумажника, — пояснила Ева.
Он инстинктивно ухватился за карман, потом повернулся волчком.
— Какого черта?! А ну давай сюда мой бумажник, маленький гаденыш! Я вызываю полицию!
— Я и есть полиция, так что не надо драть глотку. Руки прочь! — рявкнула она, увидев, что он тянется к мальчику. — А ты гони лопатник, умник.
— Не знаю я, о чем вы говорите! Пустите меня! Меня мама ждет.
— Тот, кто ждет, пропустит ход, знаешь такое правило? Давай по-хорошему. Отдай мне бумажник этого господина, и подведем черту. Ты молодец, отлично работаешь, — заметила Ева, изучая его детскую веснушчатую физиономию. — Не только вид безобидный, но и руки хорошие. Проворные, ловкие. Не случись мне проходить мимо, оторвался бы вчистую.
— Офицер, я требую ареста злоумышленника!
— Остыньте. — Ева сунула руку в потайной карман, вшитый в подкладку куртки мальчика, вытащила бумажник и, просмотрев содержимое, протянула мужчине. — Вам вернули вашу собственность в целости и сохранности. Нарушения нет, пенальти нет.
— Ему место в тюрьме!
Ева крепко держала мальчика и чувствовала, что он дрожит. Она представила себе, как Рорк шарил по карманам и выбивал такие же вот лопатники на улицах Дублина, а потом приносил их домой отцу, который все равно его избивал, каким бы ни был дневной улов.
— Прекрасно. Поехали в участок. Следующие пару часов проведем за составлением протокола.
— У меня нет времени…
— Тогда советую вам поймать вон то такси.
— Неудивительно, что город кишит преступниками, когда полиция так открыто пренебрегает правами законопослушных граждан!
— Да, должно быть, все дело именно в этом, — ответила Ева, провожая его глазами, пока он садился в такси и захлопывал за собой дверцу. — И тебе всего хорошего, светоч разума.
Она повернула мальчишку лицом к себе.
— Имя. И не вздумай врать! Просто назови мне свое имя.
— Билли.
Ева по глазам видела, что он врет, но спорить не» стала.
— Ладно, Билли, как я уже сказала, работаешь ты хорошо. Но все-таки не блестяще. В следующий |
раз тебя поймает кто-нибудь другой. Не такой добрый, обаятельный и мягкосердечный, как я.
— Хрен-то! — буркнул он, но все-таки улыбнулся.
— В колонии уже бывал?
— А вам-то что?
— Ну, если бывал, значит, знаешь, что это полный отстой. Жратва паршивая, да еще поучениями душу мотают каждый божий день, а уж хуже этого вообще ничего на свете нет. — Ева вытащила из кармана карточку. — Будут проблемы дома или еще где, позвони по этому номеру. Там тебе помогут.
— Что это за хреновина?
— Это приют. Гораздо лучше колонии для малолетних, уж ты мне поверь, — сказала она, когда он хмыкнул. — Можешь сказать, что тебя послала Даллас.
— Вот прям сейчас!
— А ну, положи в карман! Имей совесть, не выбрасывай, хотя бы пока не скроешься из виду. Не стоит меня оскорблять сразу после того, как я спасла твою задницу от тюряги.
— Если бы не вы, у меня сейчас был бы лопатник! «Ловкач», — подумала Ева.
Ну что ей было делать — она питала слабость к таким вот ловкачам.
— Да, тут мне крыть нечем. Вали отсюда.
Он бросился бежать, но остановился и окликнул ее:
— Эй! А вы ничего. Не такая уж задница, хоть и коп.
Ева философски рассудила, что это какая-никакая, а все-таки благодарность. От мужчины в костюме она и такого не дождалась.
Ей стало чуточку легче на душе. Она подозвала такси и дала водителю домашний адрес Ривы Юинг в Квинсе. Он повернулся к ней с мученическим выражением на лице.
— Леди, вы хотите, чтобы я вез вас в гребаный Квинс?
— Да, я хочу, чтобы вы отвезли меня в гребаный Квинс.
— Слушайте, леди, мне надо зарабатывать на жизнь. Почему бы вам не сесть на автобус или в метро?
— Потому что я села в такси! — Ева выхватила из кармана жетон и прижала его к плексигласовому щиту, отделяющему кабину водителя от пассажиров. — И мне тоже приходится зарабатывать на жизнь.
— О черт, леди, вы к тому же еще и коп! Теперь вы потребуете служебный тариф. И мне придется везти вас в гребаный Квинс с десятипроцентной скидкой. Вы хоть представляете, насколько я там застряну?
— Я заплачу по стандартному тарифу, только сдвиньте с места это ведро дерьма. — Ева спрятала жетон. — И не называйте меня леди. — Она окончательно испортила шоферу вечер, когда велела ему ждать, да еще записала его фамилию и номер лицензии, чтобы убедиться, что он никуда не денется. Он устало привалился к дверце, а она сорвала полицейскую печать и отперла ворота.
— И долго мне ждать?
— М-м-м… дайте подумать. Ах да! Пока я не вернусь.
Отдел электронного сыска изъял скульптуры, и, по мнению Евы, дом от этого только выиграл. И все же она решила, что Рива наверняка захочет продать этот дом. Она не вернется туда, где жила с человеком, который использовал и предал ее.
Ева распечатала входную дверь и вошла внутрь: Чувствовалось, что дом не просто пуст, он заброшен. «Можно сказать, — подумала она, — что он перестал быть домом». Ева сама не знала, что ищет, просто прошлась по дому так же бесцельно, как до этого бродила по улицам. Вдруг что-нибудь да и попадется на глаза.
«Чистильщики» и ОЭС прошлись по дому частым гребнем. Слабый металлический привкус химикалий все еще чувствовался в воздухе. Чтобы хоть как-то оправдать свой приход» Ева обыскала платяной шкаф Биссела. Обширный гардероб, шикарная одежда — она уже научилась распознавать дорогие ткани и модные фасоны. Сам шкаф тоже поражал и размерами, и оборудованием. Двухуровневая конструкция, вращающиеся вешалки, автоматически выдвигающиеся ящики, компьютерное меню содержимого и его расположения.
Видит бог, даже Рорк не имел такого гардероба! Впрочем, у него в голове сидит компьютер, и он, наверно, помнит, не только где лежит его любимая рубашка, но и когда он ее в последний раз надевал, по какому случаю, с какими штанами и пиджаком, с какими ботинками!
Она шумно выдохнула и нахмурилась, глядя на маленькое настенное меню.
Компьютер платяного шкафа Биссел портить не стал. А почему? Потому что там ничего такого не было — или, наоборот, было что-то такое, что еще могло ему понадобиться?
Ева с любопытством включила устройство, решив выяснить, когда этим компьютером пользовались в последний раз. На экране высветилась надпись:
ПОСЛЕДНЕЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ: 23 СЕНТЯБРЯ В 06.12.
— Сегодня утром? Сукин сын был здесь сегодня утром?!
Ева ввела запрос о цели использования и получила ответ:
ИНФОРМАЦИЯ БЛОКИРОВАНА. ВКЛЮЧЕН РЕЖИМ ЗАЩИТЫ.
— Да пошел ты!
Ева ввела свой полицейский код, номер жетона и в течение нескольких минут, злясь и чертыхаясь, пыталась пробиться через систему. Когда компьютер в четвертый раз выдал: «Включен режим защиты», она в сердцах пнула ногой стену.
Стук вышел какой-то гулкий.
— Ну-ка, ну-ка, что мы тут имеем?
Ева присела на корточки и принялась нажимать на стенку в разных местах. У нее мелькнула мысль отыскать на кухне по настояшему большой нож и изрубить стенную панель на куски, но здравый смысл победил. Она вытащила рацию и связалась с Финн.