Западня для Евы (Ловушка для Евы)

На нынешнем этапе, полагала Ева, они стали друзьями, как ни странно это звучало. Он был хорошим копом. И хотя Ева была убеждена, что Дон понапрасну тратит себя в БВР, но тем не менее копом он был хорошим. А главное, честным.
— Почему ты вдруг решил мне помочь?
— Потому что, лейтенант, БВР не нравится, когда посторонние организации досаждают нашим копам.
— Ну, конечно, вы предпочитаете сами нам досаждать!
— Не наезжай, ладно? Нам стало известно, что ОБР обратила внимание на одного из наших копов. Ну, стало быть, мы тоже обратили на него внимание. Оказалось, что коп чист как стеклышко, а значит, мы зря потратили время и силы. Ладно, это мы переживем. Но когда кто-то со стороны нападает на хорошего копа, мы подставляем щит. Считай, что я твой рыцарь в сияющих доспехах, мать их так.
— Да пошел ты! — Ева отвернулась от него.
— Не отвергай щит, Даллас. БВР настояло на моем присутствии при встрече. Просто я заранее хотел дать тебе знать, на чьей я стороне.
— Ладно, ладно. — Ева заставила себя усмирить досаду, хотя это было нелегко. Но она напомнила себе, что ей, вероятно, понадобится любая помощь. — Ценю твое участие.
Подходя к дверям кабинета Тиббла, Ева высоко вскинула голову.
— Лейтенант Ева Даллас, — доложила она дежурившей у входа секретарше в униформе. — Явилась по вызову.
— Лейтенант Уэбстер, БВР.
— Одну минутку.
И действительно, через минуту Ева и Уэбстер вошли в кабинет Тиббла.
Шеф полиции стоял у окна, заложив руки за спину и глядя на раскинувшийся внизу город. По мнению Евы, он был хорошим полицейским — умным, сильным, уравновешенным. Эти качества помогли ему попасть в Башню, а умение лавировать помогло в ней удержаться.
Он заговорил, не оборачиваясь. В его голосе чувствовалась властность, привычка командовать.
— Вы опоздали, лейтенант Даллас.
— Да, сэр, я прошу прошения. Это было неизбежно.
— С агентом Спарроузом вы знакомы?
Она бросила взгляд на Спарроуза, уже успевшего усесться.
— Мы встречались.
— Присаживайтесь. И вы, Уэбстер. Лейтенант Уэбстер представляет здесь Бюро внутренних расследований. Майор Уитни присутствует по моей просьбе. — Тиббл повернулся, обвел комнату орлиным взором и двинулся к своему столу. — Лейтенант Даллас, похоже, ваше последнее расследование — точнее, направление поиска и его методы — вызывает определенную тревогу у ОБР. Представители организации обратились ко мне с требованием приостановить расследование и передать все ваши записи, все собранные по делу данные и вещественные улики заместителю директора Спарроузу. С тем, чтобы дальнейшее расследование дела велось под эгидой ОБР.
— Я не могу выполнить данное требование, шеф Тиббл.
— Это вопрос глобальной безопасности… — начал Спарроуз.
— Это вопрос убийства! — перебила его Ева. — Четыре гражданских лица были убиты в городе Нью-Йорке, а значит, это дело нью-йоркской полиции.
— Четыре? — переспросил Тиббл.
— Да, сэр. Я задержалась именно по причине обнаружения четвертой жертвы. Джозеф Пауэлл, работавший перевозчиком в городском морге. Моя напарница и судмедэксперт Морс сейчас на месте преступления.
— Как это связано?
— Доктор Морс сообщил мне сегодня утром, что тело, идентифицированное как принадлежащее Блэру Бисселу, было изъято из морга.
Спарроуз вскочил, как тигр на охоте.
— Вы потеряли тело?! Вы потеряли ключевой фактор расследования и еще имеете наглость отказывать в передаче дела нам?
— Тело не было потеряно, — не теряя хладнокровия возразила Ева, — оно было изъято. Подпольным образом. Ведь подобные вещи как раз подпадают под вашу эгиду, не так ли, агент Спарроуз?
— Если вы обвиняете ОБР в похищении тела…
— Никаких таких обвинений я не выдвигала. Я лишь заметила, что ваша работа носит подпольный характер. — Ева вытащила из кармана миниатюрный датчик слежения. — Вы ведь с такими игрушками играете, верно? — Она продемонстрировала маячок присутствующим. — Забавно, не правда ли? Я нашла его в своей машине — в казенной машине, выданной мне полицейским управлением, — оставленной возле городского морга. Может быть, ОБР считает это делом глобальной безопасности — следить за офицером нью-йоркской полиции при исполнении служебных обязанностей?
 
— Это сверхсекретное дело, выходящее за рамки вашей…
— Электронная слежка за офицером полиции, если он не обвинен и не подозревается в преступлении, является нарушением закона, — вставил Уэбстер. — Не только федерального закона, но и закона штата о неприкосновенности частной сферы, не говоря уж об Уставе департамента полиции. Если ОБР подозревает лейтенанта Даллас в преступлении или правонарушении, вызывающем необходимость подобной слежки, Бюро внутренних расследований хотело бы видеть бумаги по делу. Ордер, обвинительное заключение, свидетельские показания, приведшие к решению о слежке…
— Мне неизвестно о подобной слежке со стороны моего агентства, — пробормотал Спарроуз.
— Кажется, на вашем языке это называется «уходом в глухую несознанку»? — усмехнулась Ева. — Или просто беспардонной ложью?
— Лейтенант! — тихо и властно предупредил Тиббл.
— Да, сэр. Я извиняюсь.
— Шеф, майор, лейтенанты, — заговорил Спарроуз, обводя взглядом их лица. — ОБР стремится к сотрудничеству с местными правоохранительными органами в каждом случае, когда подобное сотрудничество возможно. Но глобальные интересы превыше всего. Мы требуем, чтобы лейтенант Даллас была отстранена от расследования, а все данные, относящиеся к нему, переданы мне как представителю ОБР.
— Я не могу выполнить данное требование, — повторила Ева.
— Шеф Тиббл, — продолжал Спарроуз, — я передал вам требование в письменном виде, заверенное директором ОБР.
— Да, я его читал. Как читал и отчеты по делу, составленные лейтенантом Даллас. Ее доводы представляются мне более убедительными.
— Если данное требование будет отклонено, я могу получить федеральный ордер на эти отчеты и другие материалы по делу, а также приказ о прекращении расследования.
— Давайте перестанем пороть чушь, агент Спарроуз! — Тиббл сложил руки на столе и наклонился вперед. — Если бы вы могли получить такой ордер, вы не стали бы терять с нами время. С этим делом ваше агентство увязло по уши в грязи. Два ваших агента убиты, и они подозревались в эксплуатации ни в чем не повинного гражданского лица без его ведома и согласия для сбора информации о частной компании.
— Наблюдение за исследовательским отделом «Рорк индастриз» входит в сферу интересов агентства, шеф Тиббл.
— Могу лишь догадываться, что еще входит в сферу интересов вашего агентства. Но сколь бы вескими ни были причины для такого наблюдения, Риву Юинг непростительно — и незаконно — использовали. Ее репутация пострадала, вся ее жизнь была вывернута наизнанку. Хлоя Маккой и Джозеф Пауэлл убиты. При этом никто из них не работал на вас.
— Сэр…
Тиббл лишь поднял указательный палец.
— По моим подсчетам, это три жертвы по нашу сторону разделительной линии против двух. Я не стану принуждать моего лейтенанта отказаться от активного расследования.
— В ходе своего расследования ваш лейтенант незаконным путем получила доступ к данным ОБР.
Мы можем выдвинуть против нее обвинения по этому пункту.
Тиббл развел руками.
— Как вам угодно, агент Спарроуз. Возможно, вам придется также выдвинуть обвинения против майора Уитни и меня, поскольку мы оба получили эти данные от лейтенанта.
На этот раз Спарроуз усидел на месте, но Ева заметила, что его руки сжались в кулаки. Она даже не могла винить его за желание кому-нибудь врезать: для него все складывалось паршиво.
— Нам нужен ее источник!
— Я имею право не раскрывать свои источники, — заявила Ева.
— Право-то вы имеете, но вам может быть предъявлено обвинение, вас могут задержать, вы можете потерять свой жетон, — огрызнулся Спарроуз.
Чем больше он выплескивал на нее свою бессильную злость, тем спокойнее становилось у нее на душе.