Западня для Евы (Ловушка для Евы)

Он повернулся и вышел из кабинета, а она так и осталась стоять, потрясенная до глубины души.
Должно быть, пережитое только что потрясение отразилось у Евы на лице, потому что Пибоди откровенно уставилась на нее, когда она села в машину.
— Даллас, с вами все в порядке?
Ева лишь молча покачала головой, не доверяя своему голосу. Горло у нее саднило. Нажав на акселератор, она сорвала машину с места и погнала ее по подъездной аллее, обсаженной красивыми деревьями и кустарниками, уже тронутыми осенним золотом.
— Мужчины — народ упрямый, — заметила Пибоди. — Чем дальше, чем хуже, я давно за ними наблюдаю. А уж Рорк, наверное, самый крепкий орешек из всех.
— Он просто злится. Страшно злится. Как, впрочем, и я, разрази меня гром! Но он сумел застать меня врасплох. Он в этом деле здорово навострился. Сукин сын! — Чувствуя, что начинает задыхаться, она сквозь зубы втянула в себя воздух. — Знает куда бить, чтобы было больно!
— Чем больше он вас любит, тем лучше целится.
— Черт, ну, значит, он очень сильно меня любит. Но я не могу сейчас этим заниматься. Он же знает, что сейчас не время!
— Семейные размолвки всегда происходят некстати.
— Эй, ты на чьей стороне?
— На вашей, раз уж я сижу рядом с вами. Не сомневайтесь.
— Все, хватит об этом. — Ева включила телефон на приборном щитке и предприняла следующий шаг.
— Надин Ферст, — раздалось в трубке.
— Я не успею к ланчу. Нам придется пересмотреть сроки, но я хочу тебя видеть как можно скорее.
— Хорошо, — спокойно сказала Надин. — Я освобожу время и дам тебе знать.
— Жду с нетерпением. — Ева отключила связь.
— Что, черт возьми, происходит? — нахмурилась Пибоди.
— Думаешь, только шпионы умеют проводить тайные операции? Я только что дала сигнал Надин пустить в эфир информацию о том, что Блэр Биссел работал на ОБР, с несколькими тщательно отобранными деталями, на которых можно будет остановиться подробнее. Вот и посмотрим ближе к концу дня, кто кому прищемил задницу!
— Значит, не один только Рорк будет страшно зол, — ухмыльнулась Пибоди. — Кое-кто составит ему компанию.
— Спасибо. — Ева сумела выдавить из себя слабую улыбку. — Теперь мне стало значительно лучше.
Морс выполнил инструкцию в точности. Судя по тому, что им с Пибоди понадобилось целых десять минут, чтобы пройти в морг, Ева догадалась, что он разозлился не на шутку. Он встретил их лично и в ледяном молчании провел по длинному белому коридору, ведущему к прозекторской и смотровым комнатам.
— Во сколько ты приехал сюда сегодня утром? — спросила Ева, обращаясь к его окаменевшей от возмущения спине.
— Около семи. Для меня это рано, но я хотел оказать услугу одному знакомому копу. Вот и решил прийти пораньше, поработать над Бисселом, проверить лицевую пластику, установить время самых недавних переделок. Я выпил кофе, просмотрел свои предварительные записи по делу, сюда вошел примерно в семь пятнадцать.
Морс воспользовался пропуском и голосовой командой, чтобы войти в одну из секций хранилища.
— Эта дверь была заперта?
— Да.
— Я вызову команду экспертов проверить следы взлома, — предложила Пибоди.
— Ячейка Биссела была пуста, — продолжал Морс, подходя к стене, состоящей из стальных дверец холодильных ящиков. Он вытянул один из них и впустил в помещение облако ледяного белого пара. — Сначала я предположил, что его переместили или неверно указали номер ячейки. Я проверил последнюю запись и убедился, что все зарегистрировано правильно. Тогда я вызвал Мэри Дрю, дежурного эксперта ночной смены. Она была еще здесь, ее смена заканчивалась только в восемь. У нее не было записей о том, что кто-то входил сюда, что-либо выносил или перемещал.
— Мне придется поговорить с ней.
— Она ждет в своем кабинете. Мы провели тщательный обыск. Данные Биссела на месте, а тела нет.
— Сколько тел здесь хранится в настоящий момент?
— Двадцать шесть. Четыре поступили вчера — было дорожное столкновение, зафиксированное в два двадцать.
— Все холодильники проверил?
Красивое лицо Морса вспыхнуло от оскорбления.
 
— Даллас, я не первый день здесь работаю. Если я сказал, что тела здесь нет, значит, его здесь нет.
— Ладно. Значит, в этой секции было двадцать два тела до поступления четырех в результате дорожной аварии в два двадцать?
— Нет, у нас тут было двадцать три тела. Два были предназначены на вывоз за счет города. Двое бездомных бродяг. Никем не востребованы.
— Ликвидация… — рассеянно пробормотала Ева. Морс еще больше обиделся, в его голосе зазвучали ледяные нотки.
— Ты прекрасно знаешь распорядок, Даллас! Невостребованные тела неимущих город кремирует через сорок восемь часов. Мы разбираемся с ними в ночную смену и отправляем в крематорий.
— Кто их сопровождает?
— Водитель и санитар. — Морс понял, к чему она клонит, и оскалил зубы. — Они не могли захватить Биссела по ошибке, если ты на это намекаешь. Мы тут водевилей не разыгрываем, да будет тебе известно! Забота о мертвых — это серьезная, ответственная работа.
— Мне все это известно, Морс. — Ева почувствовала, что ее собственное терпение на исходе, и подошла к нему вплотную. — Но Биссела здесь нет, так что придется начать расследование по полной программе.
— Прекрасно. У нас тут есть экспедиторская. Тела, предназначенные на вывоз и кремацию, выгружаются из холодильников. Записи при этом проверяются дежурным экспертом и подвергаются повторной перепроверке во избежание ошибок. Перевозочная команда отправляет их в экспедиторскую и оформляет накладные. В общем, это связано с целой серией проверок. Никто не мог по ошибке списать Биссела на кремацию, оставив в морге тело бездомного. Но сейчас одного тела не хватает. Счет не сходится.
— Я не думаю, что это была ошибка. Прежде всего свяжись с крематорием. Проверь, скольких они приняли от вас прошлой ночью. И мне нужны имена команды перевозчиков. Они все еще на месте?
— Разные смены. — Теперь Морс был уже не столько зол, сколько встревожен. Он вывел их из хранилища и запер дверь. — Их смена кончается в шесть. — Он торопливо направился к своему кабинету, на ходу вызывая на компьютере расписание минувших суток и одновременно включая телефон. — Пауэлл и Сибрески. Я знаю обоих. Обожают розыгрыши, но работают аккуратно. Им можно доверять. Говорит главный судмедэксперт Морс, — заговорил он в трубку. — Мне нужно проверить доставку на кремацию за муниципальный счет сегодня рано утром.
— Одну минуту, доктор Морс. Сейчас я соединю вас с «приемкой».
— Интересно, только мне одной кажется, что это похоже на черную комедию? — пробормотала Пибоди. — «Приемка»! Фу, какая гадость!
— Заткнись, Пибоди. Лучше прокачай мне быстренько Пауэлла и Сибрески. Добудь фотографии.
— Я же тебе уже все объяснил, — возразил Морс. — Здешний персонал не отправит на переплавку любое подвернувшееся тело. Есть строгая система учета… Да, это Морс, — подтвердил он, когда по телефону ответили из приемного отделения. — Мы поставили на кремацию Джона и Джейн Доу  [1] сегодня рано утром. Номера накладных: Нью-Йорк — Дж.Д. 500-251 и 252. Проверьте, пожалуйста.
Он включил громкую связь, и Ева услышала ответ:
— Конечно, доктор Морс. Сейчас я выведу данные. Да, у меня есть сведения о поступлении, кремация завершена. Вам нужны регистрационные номера?
— Нет, спасибо. Этого достаточно.
— Хотите проверить третью доставку?
Еве не нужен был рентген, чтобы понять, что творится у Морса внутри. Все было видно по тому, как медленно он опустился в кресло за своим столом.
— Третью?
— Нью-Йорк — Дж.Д. 500-253. Все три доставки произведены одновременно. Дежурный приемщик Клеммент расписался за них в час шесть минут утра.
— Кремация завершена?
— О да, доктор. Кремация была завершена… сейчас скажу… в три тридцать восемь. Я чем-нибудь еще могу вам помочь?
— Нет. Нет, благодарю вас. — Морс прервал связь. — Не понимаю, как это могло случиться. Полная бессмыслица! Вот накладные. — Он пощелкал по экрану. — Вот они. На двух, а не на трех! Не было накладной на вывоз третьего тела, и через экспедицию третье тело не проходило!