Княжич варяжский (СИ)

Ровно до того момента, когда Сергей выдохнул и мир стал обыденным. Это было чуточку грустно. Самую малость, так что отогнать эту малость было несложно. И еще он знал точно: он попал в цель. Осталось выяснить, насколько точнее, чем Кирак.
Выяснилось.
Более того, с победой Сергея поздравляли не только свои, но и печенеги. Кое-кто из них (кумыс тому виной, не иначе) даже заявил, что не прочь, чтобы Сергей порулил ими подольше. Дескать, это ничего, что он — не цапон. Зато удачи у него больше, чем у Кирака. И вообще он, рус, велик по определению, ведь под ним ходит такой красавчик, как Машег бар Захариах. Хузар печенеги уважали и побаивались. Привыкли за столько поколений, что хузары в степи главные.
Вообще русы показали себя в общей пирушке недурно. Особенно в соревновательной части. Нурманы в борьбе копченых валили влегкую. И не столько по квалификации, сколько по весовой категории. Среди печенегов тоже встречались экземпляры великанских пропорций. С одним таким Сергей даже поратоборствовал в прошлой жизни. Но в команде Кирака подобных здоровяков не имелось, так что в силовых и в рукопашке то у степняков — никаких шансов. Дёрруд, к примеру, сразу четверых по травке повалял. Однако если смотреть шире, то имелся нюанс: банда Кирака по большей части молодняк. Ровесники Сергея или чуть постарше. Полную силу набрать еще не успели. Возмужают — прибавят в мощи. Тем не менее шесть сотен даже юных цапон — это шесть сотен. Под правильным управлением и усиленные двумя сотнями варягов — очень серьезная сила.
Открытым оставался вопрос: куда эту силу применить? И идей по этому поводу у Сергея не было. Только по части направления: на юг. А далее надежда исключительно на авось. Вернее, на удачу. И ей, удаче, придется потрудиться, поскольку грабить кого попало категорически нельзя. А в списке «не кто попало» строчек было совсем мало, и выглядели они неперспективно. Те же угры, например, в него попадали, но попробуй изыщи в степи этих самых угров, да еще после удачного разбоя, чтобы было, что с нимх взять, да еще в таком количестве, чтобы мудрость «бывает так, что охотник ест медведя, а бывает и наоборот» сработала как надо. В общем, капец.
[1] Вернее было бы употребить слово имба, но герой родился раньше, чем это производное от английского imbalanceвошло в моложежный молодежный диалект.
  
Глава 8
 
Глава восьмая. Две тысячи хоревой
Смешанное воинство двигалось на юг. По всем степным правилам двигалось. С дозорами ближними и дальними, отвлекаясь только на охоту. И не столько ради пропитания, столько удали ради. У хана Кирака имелась птичка. Соколок. Сверху темненький, снизу пестренький. Мелкий и очень хищный. Почти как Сергей пару лет назад. Нет, Сергей и теперь оставался хищным, но мелким его назвать было рискованно. Это с Дёррудом-то за спиной.
Соколок был умничка. Бил с лету всех подряд. Даже птичек вдвое крупней себя. Заходил со стороны солнышка и пикировал со скоростью хузарской стрелы. Сергей раньше птичьей охотой не увлекался, хотя забава была популярнейшая, особенно в Европах. А тут прямо проникся. Крошка даже здоровенных гусей сшибал влегкую. Притом что весил всего-ничего. Килограмм от силы. Кирак, гордясь, дал подержать птичку.
— Сам вырастил, — похвастался хан. — Вырастил, приохотил. Если, как ты обещал, возьмем добрую добычу, подарю тебе птенца.
Осталось только найти добычу. Пока временные союзники двигались наобум. Сергей старательно делал вид, что все идет по плану. Авантюрничал, исходя из предпосылки: было бы желание, а приключения подвернутся. А там и добыча не замедлит. А как иначе? Он же удачливый… Говорят.
Подвернулись.
Воротился один из дальних дозорных. Прискакал взмыленный. Принес новость. Да, удачей такое мог бы назвать ну очень большой оптимист. Что же до добычи, то как бы им самим ею не стать.
— Хоревой! Много! От нас втрое!
— Орда? — уточнил Кирак.
— Не! Воины!
  
Это для посторонних любое сборище степняков хоть с кибитками, хоть без — орда. Для самих копченых Орда — это передвижной город. Женщины, дети, стратегические запасы скота и имущества. Сотни кибиток, табуны в десятки и сотни тысяч голов.
Нет, воины там тоже имеются, но больше для охраны, чем для агрессии.
Больше тысячи воинов Хоревой. Уж не тот ли хан, которому планировали подарить Ядвару?
— Надо поглядеть, — сказал Сергей. — Машег, сбегаем?
— Зачем глядеть? — не понял Кирак. — Уходить надо! У нас с хоревой дружбы нет!
— А затем, друг мой Кирак, что если от всех недругов, не глядя, бегать, то не будет у тебя ни славы, ни богатства. То есть нет, слава будет. Но не та, о которой мечтают.
Кирак поглядел на него как на альтернативно одаренного.
— Ты спятил? Их много больше.
— У меня хороший слух, — заметил Сергей. — И память тоже. Поехали, Машег. А ты, хан, останови людей и жди нас здесь. — И, не удержавшись, добавил напоследок, хвастливо: — Втрое — это разве много? Вот если впятеро, тогда да, стоит осторожничать. А втрое… Это всего лишь каждому по три стрелы послать.
— У хоревой тоже есть стрелы! — крикнул ему вслед Кирак. Но Сергей не сомневался. Будет ждать хан. Не рискнет прослыть трусом.
Найти лагерь хоревой труда не составило. Степняки заняли изрядный кусок побережья, который успели порядочно загадить. Друзья зашли с подветренной стороны и уловили аромат на изрядном расстоянии. Еще один показатель: табуны печенегов паслись достаточно далеко от основного лагеря. И не из-за вони, а потому что вблизи лошадки успели выесть всю траву.
Вывод?
— Давно стоят, — озвучил общую мысль Машег. — Не меньше недели. Зачем бы?
Хороший вопрос. Да, место приметное и удобное. Как раз недалеко от впадения Сулы в Днепр. Но весьма сомнительно, что копченые намеревались поставить здесь крепость. Да это вообще нереально. Степняки если и ставят городки, то там, где планируют основать торговый центр. И даже в этом случае сам городок строит кто-то другой. Та самая орда, разведотряд которой они вырезали?
— Обойдем? — предложил Машег.
Сергей задумался. Стоянка хоревой растянулась почти на километр.
— Пожалуй.
Зачем они здесь? Если бы они решили взять под контроль какой-нибудь волок, это было бы понятно. Или подмять под себя городок, принадлежащий, допустим, аланам или еще кому-то, это тоже понятно. Но если тысяча с лихвой копченых встала на берегу, на котором нечем поживиться, вариант только один. Они кого-то ждут.
Будь их сотни три-четыре, Сергей мог бы предположить, что степняки ждут их, варягов. Кто-то из нехороших людей в окружении Олега оповестил. Маловероятно, но теоретически возможно. Но зарядить на уничтожение варягов отряд на порядок больший — это как боевыми стрелами на перепелов охотиться. Нерентабельно.
— Они могут ждать других хоревой, — предположил Машег.
Их кони двигались рядом. Шагом, поскольку в высокой траве это самый экономичный аллюр. Заводные — следом. Тоже оседланные и в поводу.
— Других? Их же и так тьма.
— Для большого набега. По-настоящему большого. Может, на какой-то из наших городов.
Под «нашими» Машег подразумевал хузар. В данном случае.
— Или не хоревой, — продолжал рассуждения Машег. — Может, они ждут кого-то вроде нашего Кирака. С совсем другой целью. Так-то место удобное. Трава луговая. Воды много. Рыба, птица. Можно хоть месяц стоять.
Ну да. Степь кормится степью. Летом уж точно.
Сергей остановил Мара.
— Не будем мы этот лагерь обходить, — сказал он. — Давай-ка подумаем сначала.
Что говорит логика? Первое: в обозримом пространстве нет ни одной достойной цели потенциального грабежа, для которой тысячи разбойников было бы и достаточно и в то же время не чересчур много. В пространстве необозримом подходящие цели были. Но тогда возникал вопрос: почему степняки обосновались именно здесь?