Новая эпоха. Аур. Том 3 (СИ)

— Что насчёт разделения нагрузки?
— Мы сможем помочь избранному с сортировкой поступающих сведений путём всем известного ритуала объединения, но ментальная нагрузка всё равно ляжет только и только на него.
То, что контракт, подчиняющий демона, может быть завязан только на одном человеке — общеизвестный факт. По этой причине демонологи, сколь бы юными они ни были, предпочитают договариваться с отдельно взятыми демонами или, в редких случаях, с небольшими группами этих существ. Самые яркие примеры — это троица боевых демонов Аура или его стая бесов. Так как демоны обладают частичным бессмертием, гарантирующим, что по-настоящему убить вне родного измерения их невозможно, то контракты обычно были или целевыми, до выполнения конкретной задачи, или пожизненными, если тёмному магу от потусторонних существ требовалась служба. Демоны-разведчики, входящие в первый легион Данталион, были отправлены ею по целевому контракту — помогать людям до окончания войны или до гибели всех демонов до единого. И он действительно был настоящим, так как подделать подобную вещь возможно только в случае с совсем уж недалёкими демонологами. И то — в таких случаях контракт тоже обладал силой, просто составлялся с подвохом, не заметить который сколь-нибудь дорожащему своей жизнью человеку нереально.
Как итог — все, кому уже довелось увидеть корректно составленный, настоящий контракт были уверены, что об обмане не идёт и речи. Верили, что Аур честно выполнил свою работу, и оттого начинали считать его ещё более ценным союзником. Пятьсот тысяч не ведающих смерти существ, обладающих удивительными способностями к наблюдению и обнаружению как простых смертных, так и магов — весомая сила даже в случае войны двух огромных империй.
И предоставил всё это чернокнижник, которому до последнего не доверяли, и были готовы ликвидировать его, едва представится возможность. Если не всю, то очень значительную часть своих знаний он уже передал, а оставшееся потенциально не могло компенсировать вероятности предательства со стороны тёмного мага, не только лично знакомого с Зерханом, но и некогда бывшего его учеником. Аур об этом знал, Совет об этом знал — все знали, на деле до последнего притворяясь надёжными и верными союзниками. Большая игра, ставка в которой превзошла все разумные пределы, закончилась тем, что ценность Аура для Российской Империи перевесила им же создаваемую угрозу. Но так ли всё обстояло в реальности?
Конечно же, нет.
Как чернокнижник и человек, Аур выступал проводником воли могущественного бога ветра — Энлиля. Тот с готовностью предоставил всю силу, которую мог собрать в этом отринувшем его мире для того, чтобы легионы демонов обрушились на Зерхана и тех, кто слепо шёл за ним. Обладая возможностью отчётливо видеть намерения своего верховного жреца, Энлиль считал уничтожение половины человечества малой платой за свержение конкурента и возвращение своего царствования. Смертные — ничто, влияние — всё. Независимо от того, как много их погибнет, всегда есть возможность восполнить их число. Таково было мышление бога, влияние которого распространилось на множество миров. И Аур, не имея иных вариантов, действительно собирался раздавить своего бывшего учителя, тем самым нивелировав угрозу с его стороны… а после сбежать в другой мир, в мир, способный принять бессмертного человека, жаждущего познать все его тайны и обрести невероятную силу. Энлиль обещал предоставить такую возможность.
Но встреча с Данталион изменила всё.
Демон, которому известны мысли и намерения любого смертного существа. Демон, способный запутать добычу в принадлежащих ей же чертогах разума. Коварная, могущественная и обладающая полной властью над тридцати шестью легионами демонов, Данталион, в отличии от Энлиля, предложила Ауру честную сделку на равных. Ей отходил весь человеческий мир, а чернокнижник получал то, чего так желал. Помимо этого, Данталион бралась защитить истинные помыслы Аура от взгляда Энлиля, а так же сокрытие частицы демона, по прошествии некоторого времени и не думавшей отторгаться. Сейчас Аур уже свыкся с мыслью о том, что в его душе появилось что-то от демона, но поначалу каждая эмоция, каждое появление нерациональности воспринималось им как её нежелательное влияние. Ведь что, помимо природы сил, отличало демона от бога?
 
Страсть, эмоции и желания. Низшие демоны были особенно подвержены спонтанным проявлениям эмоций и желаний, и для высших эта особенность так же сохранялась — просто в ослабленном виде. Если князь демонов чего-то захотел, то он подчинится своему желанию и неизменно это что-то добудет. Боги же, рождённые от других богов или преобразованные из возвысившегося человека, были холодными и, в каком-то смысле, бесчувственными. Как и самыми сильными магами-людьми, ими правил рационализм. Без весомой причины не пошевелить и пальцем, терпеливо выжидать лучшего момента, равнодушно смотреть на всё, что не касается их — всё это олицетворяет богов. И те, и другие стояли на ступень выше человека. И — да, даже самый мелкий и бесполезный бес в сравнении с самым умным и могущественным человеком… был лучше. Да, лишь с точки зрения потенциала, но — лучше, только лишь из-за своего отношения к иному, совершенному виду.
Аур относился к тем людям, которым тяжело было принять факт превосходства над ними чего-то настолько тупого и слабого, как бес. Но он понимал, что ценность заключена не в одном лишь потенциале. В каком-то смысле, людям играла на руку завершённость их вида. Потолок, ограничивающий их развитие, позволял самостоятельно выбрать дальнейший путь. Стать богом, как Зерхан, или…
— Мы в кратчайшие сроки решим, кто будет поддерживать построение. Господин Бессонов, как военный стратег, кровно заинтересованный в вашей поддержке, я хочу узнать — что вам потребуется для того, чтобы привести ещё столько же низших демонов?
Не став ничего говорить по поводу того, что и полумиллиона демонов хватит на несколько лет ведения активной войны, Аур просто назвал значительно большую цену, нежели та, что потребовалась на заключение контракта с первой партией.
— По какой причине условия настолько отличны от тех, что были изначально?
— Потому что более у меня нет ничего, что я мог бы добавить к плате. — Солгал чернокнижник, не моргнув и глазом. — Я лично заинтересован в сдерживании наших врагов, так что нет ничего удивительного, что у вас я попросил лишь недостающую часть необходимых… ресурсов.
— И что же вы передали демонам, сэкономив нам столько душ?
— Прошу извинить, но это не та информация, которой я готов поделиться даже с союзниками. Просто помните, что второй такой вещи у меня нет, и рассчитывать придётся на озвученные мною ранее условия.
— Что насчёт более сильных демонов-одиночек? — Вопрос задал ранее молчавший советник, которого Аур для себя определил как представителя исключительно боевого направления — на то указывал и концентратор, и его манера держаться. — С их боевой мощью, они бы нам очень пригодились там, куда нельзя послать ценных специалистов.
— Это не невозможно, но демоны средних и высоких уровней силы значительно более ценны. Приблизительно, вместо шести-семи тысяч низших демонов можно получить одного разумного демона…
Аур неспешно, тщательно отслеживая заинтересованность в глазах собеседника, описывал «кандидатов», всерьез задумываясь о том, как их применение союзниками могло сыграть ему на руку. С недавнего момента все демоны были его глазами и ушами, ибо всё, что узнавали они, стекалось к нему — владельцу первоначального контракта. И если океан информации от низших демонов отсортировать было малореально, то разумные демоны могли самостоятельно фильтровать то, что нужно передавать хозяину. Фактически, сейчас Аур в своих действиях почти целиком полагался лишь на то, что выяснил лично или с помощью заклинаний-шпионов. Ни о какой сети агентов не шло и речи, так как корпорация до такого уровня недотягивала, а доступа к иным источникам у Аура попросту не было. Но если хотя бы несколько обладающих разумом демонов начнут свою работу на империю, то увиденное и услышанное ими отлично дополнит выстроенную чернокнижником картину мира. Придя к такому выводу, Аур решил сделать всё для того, чтобы как можно больше демонов встали на сторону Российской Империи.