Новая эпоха. Аур. Том 3 (СИ)

Ровно как и первое обличье, привёдшее Аура в бешенство.
— Ты первый, ступивший на нашу землю из твоего мира за много лет. — Обворожительный, чарующий и притягательный голос, казалось, был идеальным, но всё это было лишь следствием силы, позволяющей демонессе заглядывать в самые глубины человеческих душ. Каждый встретившийся этому порождению инферно человек увидел и услышал бы ровно то, чего в тайне желал. Пугающая особенность, но Аур был с ней знаком, и потому в ответ на провокацию не повёл и бровью. — Расскажешь? А взамен я обещаю помочь тебе задержаться здесь…
— Прими эти условия, и мы сможем поговорить.
От чернокнижника к демонессе устремилась нить из чистой маны, передав последней, фактически, контракт, лишающий её возможности навредить собеседнику или обмануть его.
— Опытный маг, прибывший из разрушенного, как мы считали, мира… — «Суккуба» чуть наклонила голову, рассматривая проекцию чернокнижника. Прошла пара секунд, и некая частица энергии перетекла к Ауру. — Ты меня заинтересовал… Аур. Поведай же мне о том, что привело твой мир к тому состоянию, в котором он находится сейчас. Поведай, ничего не скрывая!
И Аур рассказал. Об охоте на ведьм, предположительно устроенной Зерханом; о его неоднозначном бессмертии; об обретении им статуса божества и об идущей войне, в тени которой разворачивалось истинное противостояние двух тёмных магов, учителя и ученика. Согласно договора, Аур не мог лгать и вредить демонессе так же, как она не могла лгать и вредить ему, что, вместе, гарантировало определённое доверие между сторонами. А без доверия в том, что планировал провернуть чернокнижник, обойтись было невозможно.
— Падение богов… Не могу сказать, что я этому не рада, но терять целый мир ради ослабления недругов — слишком большая цена. Но провернувший всё это божок, видимо, тронулся умом, раз уж позволил тебе объединиться с Энлилем. — Аловолосая красавица соблазнительно потянулась, наблюдая за реакцией собеседника. Она уже поняла, что тот обладает стальной выдержкой, но у всего есть свой предел, и даже сталь может когда-нибудь устать. — Чего ты желаешь, и что можешь предложить взамен?
— Мне нужно, чтобы ты и твои легионы уничтожили империю моего врага. Плата — мана, обеспечивающая переход, и жизни ваших жертв, нескольких миллиардов людей.
— Невозможно. Для того, чтобы собрать такую жатву, нужно, по меньшей мере, три моих легиона, а такой объем маны… — Взгляд «суккубы» просветлел, когда в глазах её собеседника отразилось изумрудное сияние. — Он настолько прогневал старших богов?
— Он уничтожил веру в них, захватив наш, молодой и перспективный, мир. Даже если для старших божеств он — всего лишь один из многих сотен, спускать такое с рук, имея возможность отомстить, они не будут.
— Ответь только на один вопрос, человек. Как? Как ты добился того, что они послушали тебя и согласились с этим?
— Я не добивался этого, а мой покровитель — не соглашался. Просто… наши интересы совпали. «Далёкий, потерявший львиную долю сил бог — идеальный инструмент». — Вслух чернокнижник говорил одно, а ментально передавал совсем иную мысль. И эта мысль демонессе очень понравилась. Настолько, что она не поленилась лишить Энлиля тех немногочисленных возможностей подглядеть за планом инферно, коими тот сейчас обладал. — Вот как?
— Мы прекрасно обойдёмся и без наблюдения с его стороны. Вдобавок, я бы хотела кое-что проверить…
Демонесса сделала всего лишь шаг, но Ауру показалось, будто она моментально переместилась к нему вплотную. Между тем, расстояние между этими двумя всё ещё было более чем достаточным, но чернокнижника не отпускало чувство нависшей над ним угрозы. А чувствам, особенно таким, он привык верить безоговорочно.
— Что ты задумала?
— Твоё желание амбициозно, но план сокрыт от меня. Что бы ты ни задумал, слабому духом не добиться такой цели. А потому я хочу предложить тебе пройти небольшой тест. — Демонесса улыбнулась сладострастно, после чего поспешила ответить на так и не прозвучавший вопрос: — Потому, что твоя реакция на эту женщину слишком… человечна.
 
— И только?
— Этого достаточно. Вы, люди — существа, которым чужда рациональность и очень близки эмоции. Те из вас, кто избирает путь мага, пытается обуздать эмоции или же избавиться от них, но полноценно это выходит лишь у единиц. — Параллельно тому, как демонесса говорила, Аур собирался с силами, укрепляя своё сознание и дух. Легкомысленно относиться к предложенному испытанию он не собирался, как не собирался и зазря тратить время. Если же говорить о риске, то он, непременно, имел место быть — само испытание могло нанести урон не по телу, которое находилось в другом измерении, а по разуму и душе, копии которых в этой ситуации создать было невозможно. — Сработаемся мы или нет — зависит от того, как ты поведёшь себя в моих владениях, Аур из Сиктимы. Ты готов?
Если так посмотреть — был ли у Аура выбор? Ему определённо была нужна помощь со стороны, и потому он решил обратиться к демонам, обладающим достаточной силой. Отказ значил потерю единственного шанса остановить Зерхана до начала настоящей бойни, участие в которой несло много рисков. Одновременно с тем, в своих силах чернокнижник был уверен: среди людей не было никого, кто мог бы похвастаться волей более крепкой, чем у Аура. Боль, превозмогание, лишения, предательство — всего этого он за свою жизнь хлебнул сполна, и оттого считал, что сломить его не сумеет даже смерть, да и у той будут проблемы. Сами подумайте — каково этого, засыпать в запечатанной гробнице, понимая, что малейшая ошибка, допущенная в исследованиях, не позволит вновь проснуться? Но Аур не дрогнул тогда, и не собирался отступать сейчас.
— Я готов… Данталион.
  
Глава 12.1
 
Что такое душа? Это — то, чем является по своей сути любое живое существо, осознающее себя. В сравнении с каким-нибудь умным животным человек обладает значительно более совершенной, более полноценной душой, оттого и представляющей куда как большую ценность. Люди, шагнувшие в своих поисках совершенства на следующую ступень — маги — издревле осознали эту ценность, а самые беспринципные из них, как считалось, отринули человечность, перейдя на тёмную сторону и став чернокнижниками, демонологами, некромантами, спиритуалистами…
Бред собачий. С самого детства посвященный запретным наукам, Аур своими глазами видел самые страшные людские пороки. Сполна проникся болью, страданиями и предательством, источниками которых чернокнижники становились не так уж и часто. Говоря честно — обычные, ничем не выделяющиеся люди сами прекрасно справлялись с превращением окружающего их мира в филиал ада на земле. За тем лишь исключением, что голодное пламя заменяла всепожирающая тоска, а места демонов заняли они же, но в людском обличье. О каком сострадании магов к смертным могла идти речь, если сами смертные относятся друг к другу даже не как к врагам, — там есть хоть капля благородства, — а к скоту? Эту истину в голову Аура никто не вкладывал — он сам к ней пришёл, избавившись от застилавшей взор пелены обыденности.
И с тех пор, будучи в те времена всего лишь личинкой чернокнижника, Аур начал бороться с тем внутри себя, что люди называли человечностью. Состраданию не было места там, где изучались тёмные искусства, а жалость могла лишь обречь юного послушника на погибель. Особенно в Башне.
Впрочем, не одной лишь тьмой полнилась его жизнь. Встречались и светлые моменты, одним из которых Аур безо всяких сомнений мог назвать встречу с послушницей Башни, Шали, светловолосой, честной и доброй девочкой, служившей довольно могущественному богу ветра. Обстоятельства знакомства чернокнижника и магички из поддерживающей с церковью союз Башни сами по себе были весьма необычны, но дальнейшее развитие их отношений и вовсе выходило за рамки разумного. Год редких встреч, дружба и, как итог — любовь. Не яркая и кратковременная страсть, как оно обычно бывает у подростков, — хотя не обошлось и без этого, — но крепкое понимание необходимости присутствия в жизни второй, пусть и такой странной, половинки. Аур и Шали тщательно скрывали своё знакомство даже от самых близких людей, и длилось это, без малого, пятнадцать лет. Они уже успели завершить обучение в своих башнях и даже найти личных наставников, но серьезных успехов на магическом поприще добился лишь Аур. Предательства, убийства и жестокость пропитали его жизнь… и Шали знала об этом больше, чем кто бы то ни было. На протяжении нескольких лет оставаясь магессой низкого ранга, растерявшей весь свой потенциал, она не стала завидовать или в тайне недолюбливать чернокнижника за его успехи. Наоборот — она, казалось, жила его жизнью, узнавая всё больше и больше его тайн.