"Фантастика 2025-14". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Вчера я понял, что без этих умений я давно был бы уже трупом. То, что раньше для меня было как хобби, приняло другую — серьезную окраску. Но себя–то я знаю давно, знаю свои старые ошибки, то, чему раньше не придавал особого значения или от лени или от непонимания, открылось совсем с другой стороны, стали понятны многие слова Михалыча, моего тренера. Он всегда говорил, что правильное понятие того что мы учим, дойдет до кондиции в «пограничных ситуациях», ситуациях, в которых будет опасно. А раз я понял в чем ошибки, то требуется исправляться.
  
Прошла всего пара минут, а я уже упарился. Благо в комнате стоял такой же тазик с водой и полотенце. По–быстрому собрался, и так уже опаздываю, но ничего, это им месть за такую побудку классную. Одел доспехи, сейчас уже это как–то проще, быстро и не напрягаясь. Не знаю, в отличие от того непонятного, что давали нам перед битвами, этот доспех вселял в меня уверенность. Гордо расправив плечи и поправив шлем на руке, вышел из комнаты. Никто мой триумф не заметил, да и ладно.
В общем зале меня встретил один злой взгляд лейтенанта, Лекса не было. Спросить я его не успел, он сам ответил.
— Сейчас будет, садись, ешь, — перед самим рыцарем ничего не было, только бокал с напитком. А меня же ожидала миска каши, курочка и бокал с напитком, принюхался, это был компот.
— Что это? — моему возмущению не было предела. Всегда, когда мы с Лексом тут питались, была пара блюд на выбор. К тому же среди этих блюд никогда не было каш, особенно тех, которые своим видом напоминали нашу овсянку.
— Это, — улыбнулся рыцарь, сразу смекнув, о чем я, — теперь твой постоянный завтрак. Тебе нужно развиваться, расти. Каши самое то, на себе пробовал.
Умяв огромную миску каши и съев курочку, я даже почувствовал себя счастливым. Во время завтрака сэр Генри вводил меня в курс дела. Сегодня ближе к вечеру мы должны прибыть к графу. Будет торжественное собрание, где мы, как главные герои битвы, должны присутствовать. Говоря это, он скептически ухмыльнулся. Далее, чтобы там присутствовать, нужно быть одетыми в приличную одежду, ее купим у портного, у которого есть готовая продукция, и если бы не я, то все уже было готово. Ну да, я виноват, что он на нас кинулся. С мастером Ториусом он договорился, тот будет приходить к ним в зал, когда нужно будет.
— В зал? Какой зал? — недоуменно спросил я.
— Увидишь, — отмахнулся он. А потом пришел Лекс у него в руках был какой–то тубус для бумаг и перо, неужели я буду писать что–то. — Кстати, теперь Олекс мой личный адъютант. Так то, — с довольным видом сказал сэр Генри. — Смотри, вот это твои бумаги на то, что ты становишься моим оруженосцем. Все готово, осталось только одно но… Прозвище Чудной, это не то, что нужно. Оно может использоваться в повседневной жизни, но для заполнения официальных бумаг оно не подойдет. Я хотел бы записать твою фамилию, но не знаю ее, и Олекс не знает. Ты понимаешь, о чем я? — заглядывая мне в глаза, видимо озаботившись моим отсутствующим видом.
— Да, сейчас, — невпопад ответил я. Моя фамилия Миронов вряд ли подойдет. Она будет странная и непонятная для окружающих, у которых непонятные имена для меня до сих пор. К счастью пришло воспоминание, как называли когда–то моего деда, Евгения Семеновича, ветерана–разведчика. Его называли Бояр. Как когда–то рассказывал мне отец, потому что он, когда злился, клал всех направо и налево. Не раз из–за линии фронта на одном упрямстве выходил. Так и назвали Бояр, потому что, бо ярый. Это воспоминание к счастью пришло вовремя, возьму это прозвище, слышится нормально, да и деда я очень любил, надеюсь, не посрамлю его.
— Запишите Бояр, — спокойно сказал я, ожидая реакции. Но ничего не было. Лекс все так же с интересом следил за манипуляциями сэра Генри.
— Так, распишись здесь, — указал на место напротив моей фамилии и имени. Так–так, пробежавшись глазами по буквам, прочитал, что я, Влад Бояр, являюсь оруженосцем сэра Генри Вайса. Простая бумажка без лишних слов. О! Грамота! Так такие документы тут называют. Было еще две грамоты, точно такие же, все–таки, несмотря на полунищее положение крестьян и горожан, бюрократия, какая–никакая здесь есть. Единственная неприятность для меня была в том, что я никогда не писал гусиным пером, и вряд ли у меня получатся такие же красивые закорючки, что и у лейтенанта, тем более в доспехе. Аккуратно взял перо, обмакнул в баночку, прижал к краю, чтобы ничего не капало. Сэр Генри и Лекс внимательно следили за моими действиями.
— Ты вообще писать умеешь? — спросил Лекс. — Ты перо берешь, как будто это змея ядовитая.
— Умею, — буркнул я. — Просто вы так смотрите и мешаете. Не смотрите, — они переглянулись и заржали. Блин, как будто они могут понять, что для меня это очень сложно. Рассказывали, что пером таким запросто можно кляксу поставить. К счастью подошел мастер Ториус, чтобы узнать чего они гогочут, а я сижу с таким грустным видом. Когда Лекс объяснил ему мои затруднения, то тот произнес с осуждением:
— Да вы что, я знаю, многие люди не умеют писать, ничего, Влад, научишься еще, — попытался утешить он меня.
— Да умею я! — блин, нервы ни к черту. — Да я просто не хочу чернилами замарать грамоты.
— Да, попробуйте тогда этим поставить роспись, — протянул он мне с невозмутимым видом футляр. Я открыл его, а там находилась перьевая ручка. Ничего себе.
— О, другое дело, — вмиг повеселел я. Ничего выдумывать не стал, расписался своей обычной росписью. Пускай гадают, что за закорючки. Аккуратно положил ручку в футляр и протянул гному. — Спасибо, мастер Ториус. Скажите, а где можно такое же чудо приобрести.
— Как где, у нас за таверной магазин с нашими достижениями. Можете смело заходить, — в этот момент в дверь вошли какие–то седые гномы, от чего мастер Ториус изменился в лице и, попросив прощения, пошел к ним, приветствуя, призывая куда–то за бар, туда, где были бани.
— Ну и мы пошли, нечего рассиживаться.
Прекрасное место подумал я, когда выходил на улицу, мы еще вернемся.
Самое важное было прийти в соответствующем виде, поэтому пошли к портному. Маленькому лысоватому мужчине лет сорока. У него была действительно большая мастерская. Такая же, как и таверна гномов по размерам.
Первый этаж составляли манекены с различной одеждой: мужская, женская, для балов, для боя, также поддоспешники, отдельно секция с обувью. Я выбрал парадный костюм, который был подписан как форма Панора. Удивительно, но там были первые штаны с ширинкой, которые я увидел в этом мире, и гимнастерка, так напоминавшая ту, что носили в Великую Отечественную. Сверху застегивалась на пуговицы, материал то ли шелк, то ли бархат, я не знаю. Ткань мягкая и красивая, на плечах вышиты узоры, плюс на груди были два кармана. Также выбрал мягкие полусапожки. Все черного цвета.
Смотрясь в небольшое зеркало, кстати, первое мною увиденное в этом мире, я увидел молодого уверенного в себе человека со злым взглядом. Да, я сам себе понравился. Только чего–то не хватало. Подшивы! Точно! Аккуратная белая окантовка была бы, пожалуй, еще лучшим дополнением.
— О, молодой человек, вас не узнать даже! — воскликнул портной, выбегая ко мне. — Знаете? — походив вокруг и посмотрев на меня, он сказал. — Как на вас шилось, даже убирать ничего не надо. Это новая модель, сшита буквально неделю назад, как вам, сэр Генри? Это взорвет нашу элиту. Вот, возьмите к ней еще ремень, — продергивая ремень в шлейки, я думал, как странно, что тут и шлейки есть для ремня, ни у кого раньше не видел. И по фигуре подошло. И бляха без вычурностей, как я люблю, простая, квадратная, плоская.
  
— Знаете, что? Я вам покажу, — портной бегал, как будто его наскипидарили, — я вам покажу, что послужило началом этому костюму, и достал сверток из–под стола. — Представьте, мне перед самой осадой города принесли. За огромные деньги купил. Привезли незнамо откуда. Когда он раскрыл сверток, у меня даже перед глазами помутилось. Там лежал моя дембельская форма. Я ее узнаю где угодно и в каком угодно состоянии, сам шил, не покладая рук. И можно было бы вежливо спросить, но меня переклинило, я схватил портного за воротник и развернул к себе.