"Фантастика 2025-14". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
— Дура, — прошипела девушка, шмыгнув носом, — надо было просто обойти, раз вдруг стала такой сентиментальной…
После чего проверила заряд своего верного ПлП-10, сверилась с картой и решительно покинула деревню. На этот раз точно навсегда.
Впрочем, ужасы войны на этот вечер для учёной ещё не закончились, ибо на её пути было ещё одно поле брани. Это был тот самый отряд всадников, что избавил её от погони три дня назад. На этот раз людям повезло куда меньше. Воины сражались отчаянно и до последнего, о чём свидетельствовали целые горы мелких «гоблинов», что окружали тела каждого из рыцарей. Их взяли то ли числом то ли измором — уже не имело значения, мёртвых это не вернёт.
Горизонт начал нарываться красным рассветом и виктория, поняв, что потратила неоправданно много времени на созерцание последствий побоища, бросилась в ближайший лесок. Она не спала уже трое суток и умудрилась измотать себя так, что даже уже привычная лёгкая эйфория сменилась тяжестью в ногах и скверными мыслями. В этот раз хочешь — не хочешь придётся потратить несколько часов на сон в опасной близости от врага, но Вика уже поняла, как будет решать эту проблему.
Выбрав самый глубокий овраг из возможных, учёная натаскала валежника, мха, палой листвы и соломы. Вырыла себе самую настоящую могилу, легла в неё и закопалась так, что только маска и торчала. Переохлаждения и прочих неприятных последствий она не опасалась, костюм был герметичен и всё ещё имел достаточно неплохой класс защиты, а капюшон, к которому крепилась маска окончательно при необходимости превращал его в полноценный скафандр. Что же до удобства… то трое бессонных суток вполне способны превратить в райские перины даже такой вот по всем параметрам непрезентабельный ночлег. Осталось только лечь, закрыть глаза и понадеяться на то, что никому из захватчиков не приспичит вдруг зайти в эту глушь и сесть на груду неприглядного мусора.
— Тпф-р-ф-р-р-ф. — фыркнуло что-то совсем близко, заставив Вику резко проснуться и покрыться мурашками от страха. Спина немедленно сделалась липкой от холодного пота, а из реальности донеслись ощущения, что её довольно аккуратно и медленно раскапывают.
Фырк снова повторился, а затем куча листвы, что скрывала маску от внешнего мира сдвинулась, явив девушке… э… нос! И губы! И слюни! А потом прямо над её глазами открылся монструозный рот и со смаком захрустел сухой соломой! На маску упала тугая капля прозрачных челюстных выделений.
— И-и-и-и-и-! — совсем съёжившись от страха издала тихий пронзительный писк Вика. Лошадиная морда, а это была именно она, которую от стекла маски отделает каких-то пара сантиметров — это было совсем не то, что способна была адекватно воспринять её изрядно потрескавшаяся психика. Тем временем конь отвёл от неё морду и уставился на девушку сверху вниз своим большим печальным глазом. Игра в гляделки продлилась какое-то время, после чего Вика, догадавшаяся, что жрать её не собираются, перевела дух, медленно встала из своего укрытия, стряхнула со своего костюма налипший сор и посмотрела на случившееся с несколько иной точки зрения. С высоты нормального человеческого роста картина складывалась несколько более оптимистично.
— Напугал, зверюга! — возмутилась девушка, взглянув исподлобья на всё ещё высокого, но уже не такого страшного, коня. Конь оказался осёдлан, местами даже одоспешен, Животное от гривы до крупа защищали нашитые на ткань тонкие стальные пластины, накладывающиеся друг на друга нахлёстом. Да даже на морде у него должен был быть какой-то аналог шлема, о чём свидетельствовали порванные кожаные стяжки на сбруе.
Игра в гляделки возобновилась. Наконец, лошадь догадалась, что намёков глупая женщина не понимает, склонила голову на правую сторону и вниз. Вика обошла скакуна по широкой дуге и её взору открылся вид на широкую борозду, которую проделал конь, пока продирался сквозь заросли. В качестве плуга зверь использовал тело, закованного в броню всадника, чьи доспехи выглядели подозрительно знакомо. Это определённо был тот самый рыцарь, заваливший один на один громадного орка, преследовавшего Вику от деревни. Нога воина запуталась в стремени, чем создавала лошади немало неудобств. Вика осторожно подошла к коню и попыталась что-то сделать с его проблемой, однако сабатон сидел в креплении мёртво и освобождаться не желал.
Внезапно снизу раздался глухой полный боли стон, заставивший Викторию в очередной раз испуганно вздрогнуть и уставиться на источник шума. Всадник всё ещё был жив.
Глава 12
* * *Следующие несколько дней Яо наблюдала, как рушится её мир. И если в прошлый раз, когда она потеряла любимого мужа и стала изгоем своего народа, всё худо-бедно укладывалось в… мировые стандарты, то вот прямо сейчас из-под её ног уверенно и мощно выбивались сами столпы мироздания!
Есть мир, в котором нет Моря Маны! В котором механизмы стали настолько совершенны, что заменили местным жителям вообще всё кроме пищи, да и ту изрядно так изменили, чего уж там. Но самым главным ударом для тёмной эльфийки было то, что местными жителями, свершавшими все эти чудеса были ЛЮДИ! Те самые обезьяны, что всего пару тысяч лет назад слезли с деревьев и которых этим сейчас только гоблины не попрекают!
А всё началось с этого глупого, казалось бы, ответа человека:
— А ты Пятница. — просто бросил он в ответ на явное оскорбление. Его это покоробило, да, но ответ его был настолько естественным, что… Аргх!
Но по порядку. Очередной день закончился и Яо, упав на свою новую чистую кровать с мягкими белыми простынями снова погрузилась в свои безрадостные мысли. Безымянный бог всё же не оставил её без даров. Первым даром было осознание. Божество не просто посмеялось над её глупостью, нет! Оно буквально сорвало шоры с её глаз, поставив на место все те кусочки мозаики, которые Яо сама ни за что бы не сложила сама. Не потому, что не могла — не хотела. Боялась, что всё действительно окажется именно так. Просто… Сареф действительно любил её и даже старался изменить, но… Яо всегда была Яо. Они были друг для друга разными и счастье понимали по-разному. И там, где на пороге смерти Сареф старался обеспечить для неё спокойную жизнь без него, Яо не видела жизни вообще. И больше она корила себя не за то, что не умерла вместе с ним, а за то, что поверила ему в тот раз и не попыталась вытащить, проигнорировав все его лживые доводы! Понятное дело, их бы схватили и скормили бы проклятой паучихе, но зато они бы до конца остались бы вместе. А Сареф… он даже не хотел, чтобы она за него мстила и просто отослал её на другой край мира, где грядущая война её не зацепит.
Вторым же даром божество разбило языковой барьер между ней и этим… Стасом. Наверное, потому что посчитало это забавным. И что же сделал Стас, когда обрёл это знание? Провёл эксперимент, как какой-то маг… Как настоящий маг! И не важно, что опыт состоял из того, что они называли друг другу слова, значения которых без вмешательства передать не могли, но суть в том, что «опыт подтвердился». Поэтому, когда она назвала его обезьяной, он конкретно понял, что имелся ввиду его далёкий предок, лазающий по деревьям, жрущий бананы, собственное дерьмо и выискивающий вшей в шерсти сородичей. И назвал её в ответ днём недели. А на вопрос Яо, почему именно так, сказал, что потом поймёт, если не захочет опустить эту тему.
Яо не захотела. Тогда Стас, когда они вернулись в Белую Крепость, представил ей ВИВа, незримую сущность-помощника, которая помогала человеку скрасить его одиночество. И уж ВИВ со всей своей беспристрастной жестокостью, ей всё по полочкам и разложил. И даже книгу напечатал, на которую и отсылался человек. Про то, как другой человек попал на необитаемый остров и спустя многие годы одиночества нашёл там отсталого аборигена, которого и назвал в честь дня, в который его нашёл. Книгу, написанную больше полутысячи лет назад.
Яо со времён академии так лицом в грязь не макали. И никогда в жизни не делали это настолько обоснованно. Пожалуй, впервые она ощутила себя на месте кого-то, кто не является высшим творением богов, а лишь… очередным этапом. И перед кем? Перед человеком! Хуманом! Обез… А она-то тогда кто?