Всадник Ветра (СИ)

— Кир! — Ксантиппа дернула меня за рукав.
— А? Что?
— Ты усиливаешь удар своей глефы магическими зарядами в виде транспортных заклятий?
— Да!
— Попроси Ксюшу по ударить по этим твоим шарикам! У Подковы Смерча атака более широким фронтом, чем у Всадника Ветра, может прокатить!
Ха, а в самом деле, почему мне не пришло в голову такое попробовать? Молодец, Саня, в пылу боя разглядела и сообразила!
Ксюха, к счастью, поняла наши объяснения с полуслова — и еще более к счастью, пока мы совещались, остальные девчонки втроем как-то умудрились не упустить сгрудившихся муравьев. Ну что ж, вперед — к-к-комбо, как говорили в одной старой игрушке!
И почему, блин, я тренировал девчонок со спецназовцами и в совместном полете, но не подумал об этом раньше? Мне определенно есть куда расти как командиру!
Я думал, синхронизироваться будет сложно — но пресловутое объединение в «пати» не подкачало! Я обнаружил, что буквально чувствую, когда Ксюша начала кастовать свое заклятье — и мне даже не надо было видеть активирующий взмах ноги (тем более, он приходился на завершающий этап каста). Так что мне ничего не стоило выпустить воздушные контейнеры и расположить их прямо на траектории ее удара. Помогло и то, что удар реально был более широким — полоса сердито гудящего ветра, а не узкое лезвие[2] что давало значительно больший допуск.
И-и-эх!
Задний панцирь треснул! Реально треснул! Багровый разлом пришелся немного сбоку, не по самой выпуклой части, и тут же начал слабо светиться — как тогда, с разломанным коконом. Правильно, тварюшка ведь накачана чистой магией по самое не балуйся! Щас мы ее…
— Просим волшебников освободить линию огня!
Голос грохотал сверху. Запрокинув голову, я увидел тяжелый вертолет… Нет, два вертолета, зависшие над площадью. Хищные дула крупнокалиберной пулеметной установки уставились, как будто, прямо на меня. На нас.
Я чуть было не рванулся заслонить Ксюху собой, но одернул себя. Это Орден. Здесь никто не будет расстреливать детей-волшебников. И, кстати, толку от моего заслона бы не было: пули из такой игрушки прошьют мое тело насквозь, даже не заметив, и превосходно убьют любого, кто попробует спрятаться за этим живым щитом.
О, а у второй вертушки, походу, огнемет! По крайней мере, дуло очень характерное.
— Девчонки, отходим!
Мне даже кричать не пришлось, они меня отлично услышали. Да и сами уже бросили доставать муравьев, но без моей команды не улетали: соблюдали субординацию. Нет, ну все-таки, какие они у меня молодцы!
Едва мы оказались за границами зоны поражения, как площадь под нами превратилась в огненный, пронизанный очередями ад. Удачи, муравьишки.
Иркорану, конечно, подарочек под Новый год: перекапывать тут нафиг все, жестко дезинфицировать здание вокзала, устраивать карантин с обысками на выезде из города… Но это уже не наша забота. Мы свое дело сделали.
И сделали его как минимум неплохо!
Впрочем, сил вопить и орать от радости у нас не было.
— Давайте побыстрее домой! — жалобно попросила Лана.
Остальные девчонки были с ней совершенно солидарны.
— Давайте, — сказал я. — Только с тагмархом поговорю — и сразу погоним.
Разговор с тагмархом много времени не занял: он сердечно поблагодарил нас, потряс руку, внезапно сделал комплимент девчоночьим нарядам — ха, а я думал, им тут не до этого!
Потом добавил ожидаемое:
— У нас еще очень много здесь работы, но без вас ее было бы гораздо больше. Спасибо, Всадник Ветра! Вы большие молодцы. А главное, молодцы, что ушли вовремя, когда вас попросили. Если бы атаку пришлось задержать, кто знает, что дальше было бы.
— Ну не дураки же мы, — сказал я, и, вспомнив слова Теримова, добавил: — Знаем возможности современного вооружения и наши собственные ограничения, как волшебников.
— Все бы так, — вздохнул тагмарх. Мне почудилось, что на опыте вздохнул.
Похоже, все-таки я был прав: дисциплина, боевое слаживание и полетный ордер куда важнее, чем умение сочетать чисто магические удары! Хотя здесь мы тоже еще потренируемся.
  
Вот прилетим домой — и сразу же начнем. Только выспимся.
 Интерлюдия: об инициации Ксении Граниной, Подковы Смерча из Ураганного Отряда
Тот день с утра был противным и тупым. И все вокруг были противные и тупые. В школе поставили тройку, потому что Ксюша плохо ответила у доски. А как было ответить хорошо, если вопрос тупой? Ну кому интересно знать про то, когда были созданы Искровые башни — и кем? Вот если бы про Рыцаря Варду спросили, вот тут Ксюха бы знала, что ответить! Но ей сказали, что основателей Ордена и всех, кто с ним связаны, проходят на истории, а по истории они дальше каменного века пока не продвинулись. На обществознании же будь добра отвечать то, что спрашивает учитель. Ту-упо. Где искровые башни — и где естествознание⁈
Короче, Ксюха заспорила с учителем, тот хмыкнул и написал в дневник вызов родителей в школу. На перемене Ксюша попыталась этот вызов аккуратно срезать бритвочкой, которой чинила карандаши. Это, конечно, мало поможет — он ведь и в электронный дневник запишет! Но мамаша про электронный дневник может забыть. А в бумажный обязательно сунет голову Димка, и обязательно завопит «А у Ксюхи опять красным написано!»
Читать, млин, не умеет, а туда же!
Ничего у нее с бритвочкой не получилось. Но это увидели две девчонки из их класса, самые противные, и подняли ее на смех — мол, такая тупая, что про электронный дневник забыла. Ксюша на них наорала и бросилась с кулаками. Мальчишки ее оттащили, классуха отчитала. Посмотрела на вызов в школу — и приписала еще один от себя.
Ну все, писец. Классуха сидит в классном чате, а его мамаша не пропускает.
Короче, Ксения возвращалась домой в очень противном, тусклом настроении. И день был противный и тусклый. Конец осени, уже вроде и снег должен выпасть, все деревья стоят голые — а оттепель, и снега все нет, только холодный ветер задувает, так, что краснеют пальцы и кончик носа. И даже единственный свет в окошке — новая серия «Великолепного жеребенка Моро» — выйдет завтра, а не сегодня. Сегодня совершенно ничего хорошего она от жизни не ждала!
Дома ожидания подтвердились. В прихожей стоял Димкин горшок со всем содержимым и мамаша с ходу начала орать из кухни, чтобы Ксюша его вылила и помыла, «да как следует, а не как в прошлый раз!» Димка в это время выл и требовал, чтобы мама положила в его кашу больше варенья. Ксюша разозлилась настолько, что крикнула во весь голос, на что обычно не осмеливалась:
— Сама занимайся своим горшком! Твой ребенок, а не мой! И вообще, почему он в четыре года на унитаз не ходит⁈ Дефективный, что ли⁈
— Сама, блин, дефективная! — мамаша вышла в коридор, злая-презлая, с потекшим макияжем. — Ну-ка, быстро, а не то я тебе на голову его надену!
Ксюша знала: наденет. Было уже такое. Поэтому сердито скинула куртку, схватила горшок и пошла в туалет им заниматься. Мать в догонку еще орала, что Ксюша должна заодно и унитаз вымыть, потому что «Бесполезная же дура! Мать с отцом деньги зарабатывает, а ты даже в доме убраться не можешь!»
— Беспоезная дуя! — прыгал Димка, забыв свой рев. — Беспоезная дуя!
Ксюшка не выдержала и залепила Димке оплеуху. Хорошо, что горшок уже вымыла, а то, наверное, не выдержала бы и кинула его — и потом все это от стен пришлось бы тоже ей оттирать.
Мать в ответ схватила ее за волосы, потащила в комнату, потом в кладовку, бросила туда и заперла. Но свет включила. Без света она Ксюху никогда не запирала: прочла где-то, что у ребенка может от этого остаться травма.
Сперва Ксюха не удержалась от рева. Не потому даже, что болела голова от мамашиных рывков. А потом, что она знала: этим делом не ограничится. Вечером придет с работы папаша и всыпет уже по-крупному. И за эту оплеуху Димке, и за тройку, и за вызов в школу. А когда мама сходит к учителю обществознания, еще всыплет. И уроки Ксюха сегодня опять не выучит. Сейчас у нее здесь портфеля нет, а потом — попа будет болеть. И вообще, с ума сошли: они с ней так, а она им — учиться? Пошли они в задницу! Она вырастет и вступит в армию. Женщин в Ордене легко берут в пограничники и в пилоты легкой авиации, она читала, — это из интересного. А вообще поначалу Ксюха и кухонным персоналом готова. Может, она там встретит красивого молодого офицера, и они вместе с ним поймают шпионов, и он возьмет ее в свой отряд по борьбе с врагами Ордена… Ай, блин, нет, это все фантазии, в жизни так не бывает. Но вот сделать карьеру в армии — это в жизни вполне может быть! Правда, детей туда не берут, придется ждать.