Срочно к мужу! (СИ)

– И… многие продают? – этот вопрос почему-то меня заинтересовал.
– Находятся. Бывает ведь так, что родители оказываются в долгах. Например, отцы проигрывают в карты, сыновья заглядываются на слишком статусных невест, или по другим причинам. Тогда выбора у них нет. Продают без спроса, как товар.
Ох, ну и нравы. Хорошо, что это не мой мир. Сложно в нём жить молодой привлекательной девушке. Есть, правда, один минус – я здесь-то сейчас и нахожусь. И мне, в случае неудачи, возвращаться некуда. Так, о каких неудачах может идти речь? Я вообще должна решить все вопросы до попадания в постель к Повелителю, другого исхода событий не прощу себе. Сколько у меня в запасе времени? Дней двадцать? А я до сих пор ничего не придумала и не нашла артефактора.
– А тебя, Дейзи, продадут?
Дейзи опустила наполнившиеся слезами глаза и уклончиво ответила:
– Всё может быть.
– Такие большие долги? – поразилась Астра. – Ты же Гленн, представительница одного из самых богатых родов. Твоя семья славится рудниками, которые приносят высокие стабильные доходы.
– Такие странные отношения, – грустно пояснила Дейзи.
Я успокаивающе приобняла Дейзи за плечи.
– Мы не можем пойти против системы, не можем открыто выступать против Повелителя. Но если нам всё-таки побеспокоиться о своём будущем и взять его под контроль?
– Что ты имеешь в виду?
Для создания нужной атмосферы я собрала Дейзи и Астру в кружок, наклонилась, как можно ниже, и заговорчески прошептала:
– Вы, случайно, не знаете, как стать ученицей артефактора?
Если я сейчас обзаведусь союзницами в этом холодном и неприятном месте, у меня будет три пары наблюдательных глаз: свои, Астры и Дейзи. К тому же, девушки, выросшие в этом мире, должны знать его порядки.
– Да ты на голову отбитая! – искренне восхитилась Астра. – Я знаю, где находится его лаборатория. Доберёшься сама.
***
План попадания в лабораторию артефактора я составила по рассказам Астры, находясь в библиотеке. Благо, на читальном столике нашлись и письменные принадлежности, и бумага. Но путь был далеко не легким, ведь мне предстояло пробраться в противоположный конец дворца относительно моей комнаты. Попытать счастье решила утром следующего дня, так как гулять по длинным пустым коридорам под покровом тьмы, на мой взгляд, гораздо подозрительнее, нежели в светлое время суток.
Из одежды, которую принесла мне служанка, я выбрала наиболее закрытое и скромное платье, даже несмотря на грубую до невозможного ткань и мой нелюбимый цвет. Платье показалось мне достаточно неприметным. Всё-таки это лучше, чем светить на каждом углу рукавами с символами рода Пренс. Волосы, чтобы не мешались, завязала в низкий нетугой хвост своей резинкой из набора, который мне подарила Сонька на Восьмое марта. Да-да, резинка из моего мира была на мне в день Х, и я не стала её выбрасывать. Конечно, пользоваться резинкой в этом мире довольно опасно. Я заметила, что здешние девушки либо не перевязывают волосы никак, либо используют разноцветные ленты. Но, буду надеяться, что черная резинка на чёрных волосах не так уж и сильно видна. К тому же, хвост повязан таким образом, чтобы я в любой момент могла его распустить. Вот, что значит общаться с подругами, которые часто ведут разговоры о причёсках и макияжах.
А утром, прям перед выходом из комнаты… ощутила себя до ужаса голодной.
Да где это видано, чтобы по утрам не кормили? Я вечером могу не поесть, могу обед пропустить. Но лишиться завтрака? Нет, это не в моих правилах. И понимать ничего не хочу. Хоть чашечку чая с булочкой, хоть бутерброд с сыром, но завтрак должен быть. Как говорил великий полководец Александр Суворов: «Завтрак съешь сам, обедом поделись с другом, ужин отдай врагу». 
Не хотите кормить завтраком? Добуду его сама. Просто, полагаю, вряд ли в столовой, в которой нам разрешили обедать и ужинать и где вчера завтракал Повелитель, накроют стол для меня. Я же не Повелитель. Нужно идти другим путём.
Вышла, огляделась по сторонам.
– Не подскажите, где кухня, милейшие?
 
Стражники, один из которых стоял возле моей двери, другие – возле следующих, недоумённо переглянулись. Так переглянулись, словно я с ума сошла. Понятно, я наверняка использовала не то слово.
– Столовая?
Да что ж такое! Опять никакого ответа. Только передёргивания плечами, хмурые брови и еле заметные жесты кистями рук. Так… Не нравится мне это.
– Где готовят еду? – спросила как можно громче. У меня даже в ушах зазвенело от вибраций собственного голоса.
– Вход в приспешню с заднего двора, – осторожно проговорил стоящий возле моей комнаты стражник.
Я развернулась, уточнила у него более подробную дорогу. Информацию буквально капля за каплей пришлось вытягивать. Но, получив необходимые данные, я выбежала на улицу, обошла пару пристроек, завернула за угол и вышла к заднему двору, где во всю разгружалась телега с провизией. Дородная повариха в фартуке держала в руках бумаги и записывала все поступившие продукты, а её помощники относили ящики в широко распахнутую дверь.
Меня заметили не сразу. Поколебавшись в тени, я собралась с мыслями и подошла как раз в тот момент, когда телега была полностью разгружена. Молчать было невежливо. Я громко поздоровалась, привлекая внимание, и добавила:
– Говорят, здесь можно позавтракать?
Повариха медленно развернулась ко мне и, окинув сальным взглядом, уставилась так, словно увидела перед собой привидение. Да что с ними со всеми не так? Ничего отвечать она не стала.
Не спрашивая разрешения, я пошла следом. А что, ждать пока запретят и прогонят? Нет уж, простите! У меня другой расчёт.
***
Все кухонные рабочие с подозрением оглядывались, уделяя моей персоне слишком много внимания, к чему я, несмотря на свои выступления перед аудиторией во время защиты маркетинговых проектов, всё равно оказалась не готова. Хотелось хоть на минуту побыть страусом и зарыть голову в песок. Но, раз пришла, значит, надо идти до конца, что я, собственно, и сделала. 
Просто очень невозмутимо дошла до стола, оглянулась, заметила ведро с чистой водой. Поинтересовалась, можно ли там вымыть руки. Получила ответ. Вымыла руки. После взяла буханку свежего хлеба и нож, отрезала ломоть. На соседнем столе нашла подобие кинзы и немного... вареного фарша. Да, это, действительно, варёный фарш. Посыпала фаршем тот самый ломоть, украсила кинзой, нашла подходящее место, села и спокойно поела под всеобщим недоумением и непониманием.
Встала, отряхнулась, нашла небольшую хлопковую тряпку, вытерла крошки со стола, вернула на место нож, вымыла руки в том же ведре и, гордо подняв голову, поспешила к выходу на улицу, довольная собой. На улице вспомнила, что мне нужно попасть к артефактору. Пока никто не видел, вытащила припрятанный в лиф платья план, сверилась с ним. Подумала. Ещё раз подумала. Однако… Я, кажется, знаю короткую дорогу!
Только для этого нужно вернуться на кухню.
Вернулась.
Маленький поварёнок, старательно помешивающий что-то в огромном чане, застыл с раскрытым ртом. Кухарка, нарезающая аппетитно пахнущую морковь крупной соломкой, зависла с не донесённым до разделочной доски ножом. Уборщица громко уронила швабру, оступилась и опрокинула ведро с грязной водой, которая быстро растеклась по полу. 
– Дверью ошиблась, – вежливо пояснила я. – Где здесь выход во дворец?
Один лишь поварёнок дрожащим пальцем указал в нужную сторону.
– Спасибо, – правила вежливости ещё никто не отменял.
Осторожно открыла дверь и попала в шумный коридор, наполненный возмущенно переговаривающимися слугами. К счастью, они были так заняты своими разговорами, что совсем не заметили меня. Как раз то, чего я и хотела.
Тихо пробралась за спинами слуг, вышла к пересечению коридоров. На всякий случай в качестве ориентира запомнила железные доспехи с отсутствующим забралом. Прошла по длинному узкому каменному коридору, прижимаясь к холодной сырой стене. В какой-то момент пришлось спрятаться за тумбой и подождать, пока мимо пройдет болтливая пара служанок. Как назло, они остановились недалеко от меня и долгое время никуда не передвигались. И, если бы они обсуждали что-нибудь для меня полезное, я бы и слова плохого про них не сказала. Но, к сожалению, они трепались о степени свежести белья. Как будто бы поговорить в жизни больше не о чём! И, как только они исчезли из моего поля зрения, я с радостью вскочила, чтобы размять затёкшие ноги, но далеко не ушла. Вновь кто-то появился, и я нырнула обратно за тумбу. Благо, в этот раз случайный прохожий был один, и общаться ему было не с кем, так что долго скрываться мне не пришлось.