За труды и отечество (СИ)

— А обратно в городе моряков наймем, — пожал плечами Александр.
— Ну да, война, проблемы с торговлей, шалящие в устье Кель пираты, вероятно не мало привычных к этому делу людей сидят без работы в такой момент, — быстро подхватил мысль барон, показывая наличие межушного ганглия и некое умение им шевелить. — Может и выгореть.
Весь следующий день пришлось потратить на приведение эскадры в порядок, на переукомплектованние команд, да и просто отдохнуть после такого сражения виделось совсем не ошибкой. Люди устали, выложились в том числе на веслах, часть была ранена и требовала помощи магов-целителей. Одного целителя и остальных используемых в качестве «батареек».
Утром седьмого дня, если считать от начала похода, корабли вновь отчалили от берега и двинули на юг.
Устье Кель… Это уже не река. Это огромная территория занятая водой. Несколько относительно больших рукавов, образующих громадную дельту, бесчисленное множество мелких проток, мириады остров и плавней между ними. Все это густо покрыто камышом, кое-где прямо «посреди реки» торчат отдельные деревья и даже небольшие рощи. А еще невообразимое количество всякой живности. Плескающейся в воде рыбы, оглушительно галдящих птиц и тучами вьющихся насекомых.
И все это на площади в пару десятков тысяч квадратных километров, дельта Кель размером была примерно, как половина графства Серов. Впечатляет. Не Рио де Ла-Плата, но тоже серьезно.
И тем удивительнее, что проскочить это весьма сомнительное с точки зрения безопасности место — в здешних кустах можно было легко спрятать Великую Армаду и не одну, про пару-тройку боевых пиратских галер и говорить нечего — каравану удалось вообще без всяких приключений. Просто выбрали один из боковых протоков, который забирал левее — они тут тоже регулярно меняли направления своего течения, поэтому никогда нельзя было быть уверенным в своих знаниях местных лоций — и к концу дня уже выскочили в открытое море. Впрочем, учитывая особенности местной географии провести четкую границу между морем и рекой тоже было не так просто.
Переночевали на якорях, а утром пришлось ставить мачты и браться за весла. Помогающее движению вниз по реке течение закончилось и теперь нужно было проскочить еще около ста километров вдоль берега, чтобы достичь знаменитого торгового города.
— Да уж, кажется, с семью днями я несколько погорячился, — пробормотал Серов, прикидывая, что на эти сто километров, если даже махать веслами от зари до зари, уйдет не меньше двух дней.
— Ничего, ваше сиятельство, — услышал бормотание сюзерена барон Еридан. — Сейчас парус поставим, ветерок поймаем утренний и считай треть дистанции у нас в кармане.
И действительно, легкий утренний бриз тут же наполнил поднятые речниками — вернее теперь уже полноценными моряками — паруса и обеспечил вполне приличную скорость движения.
Продолжалась халява правда не очень долго. К обеду задул устойчивый ветер с юго-запада и эскадре пришлось резко менять направление движения сдвигаясь в сторону касского побережья. К сожалению, прямые паруса, которыми были оборудованы все корабли, довольно паршиво работали при крутом встречном ветре, поэтому особого выбора в общем-то и не было. Аккуратные же расспросы Александра насчет использования косых парусов, позволяющих ходить галсами практически против ветра, выявили, что такого изобретения тут просто не знают.
К сожалению, здесь не было Средиземного моря, ставшего в нашей истории своеобразным «детским бассейном», в которой европейские цивилизации учились мореходному делу перед выходом в большой океан. Тут человеческая цивилизация фактически была сугубо континентальной. Узкое море было заселено слабо и считалось настоящей задницей мира, плюс наличие близких берегов способствовало «каботажному складу мышления».
Большой же залив на западе давал больше простора, но при этом славился своим отвратительным нравом в плане погоды, без мага на борту там выходить из порта считалось делом совершенно самоубийственным, а посему и форма парусов вроде как была не так важна.
Проблема заключалась в том, что и сам попаданец представлял себе устройство косого паруса весьма смутно. Ну то есть принцип понятен — парус работает фактически как крыло, создавая «подъёмную силу» вбок по направлению движения судна. Вот только между пониманием основного принципа и реализацией его на практике… Ну скажем так, немалая дистанция.
И таких вот моментов, когда более конкретные знания из будущего могли бы пригодиться на практике, имелось просто неисчислимое количество. Попаданец мысленно скользнул к лежащему у него в дальней ухоронке трофейному ноутбуку. К большому сожалению, то, что он научился включать «чудо враждебной техники», никак графу не помогло. На компьютере был установлен пароль, а попытка его побороть одной своей волей, предпринятая как-то молодым божеством, едва не стоила ему здоровья. В прямом смысле, Серов потом несколько дней лежал пластом и приходил в себя. Видимо, с точки зрения мироздания данное влияние на мир — и от мысли, какие же там содержаться потенциально полезные знания у Александра начинало буквально посасывать под ложечкой — было для молодого бога запредельным.
Граф в поисках ответа даже Ариена подключил, чтобы тот провел над техникой ритуал познания, вдруг маг смог бы как-то из мировой инфосферы достать нужную комбинацию цифр и букв. Но тут тоже вышел облом, у огневика от объема новой полученной информации чуть не лопнула голова, и при этом что-то конкретное он выцепить так и не смог.
Ну а других способов обхода пароля попаданец не знал, поэтому ноутбук продолжал лежать бесполезным кирпичом. Единственная от него польза — с помощью компьютера, а вернее часов, которые отображались системой в экране ввода пароля, удалось установить, что продолжительность суток в этом мире действительно на двадцать семь минут длиннее, чем в родном Александру. Правда, в практическом плане эту информацию применить все равно было невозможно, было бы странно делать местные сутки длиной в двадцать четыре часа и двадцать семь минут, местные бы такой фортель просто не поняли.
Поэтому пришлось разлиновывать местный циферблат опираясь исключительно на здравый смысл. Посидев немного с бумажкой и карандашом, граф в итоге пришел к такой системе — 10 часов по 100 минут и 100 секунд в одной минуте. Несколько непривычно, но глобально без особой разницы, с учетом того, что он считай десять лет вообще без нормального времени прожил.
Потом были сделаны водяные часы — тут кстати ноутбук сильно пригодился для точного замера времени — а с помощью них — солнечные. И теперь на территории графства уже было установлено под сотню солнечных часов, для приучения местных к использованию точного времени.
Ну а поскольку ночью солнечные часы по понятной причине не работают, к ним в дополнение в городах — в том числе в недавно присоединенном Коркосте — была создана «служба точного времени». Она представляла собой команду людей, которые раз в час переворачивали точные водные часы и сообщали горожанам время соответствующим количеством ударов в колокол.
Это нововведение, далеко не сразу понятое местными, тем не менее резко упорядочило жизнь в городах и повысило производительность… Всего. Просто за счет того, что теперь людям было проще ориентироваться во времени, и можно было, например, назначать встречи без большого зазора на ожидание.
— Не хотелось бы к побережью приближаться. Там кассцы, а мы их противникам продовольствие везем, кажется мне, что они этому будут совсем не рады. Да и патрулям из Краланда, блокирующим побережье, тоже, наверное, попадаться на глаза не стоит. Они, наверное, сейчас нервные, объясняй потом горожанам, что мы не в Питран груз тащим, а в Карланд.
— А мы не будем приближаться, ваше сиятельство, — караван как раз вошел в полосу магической нестабильности, поэтому временно приходилось полагаться только на свои силы. — Сейчас ляжем в дрейф, переночуем, а утром опять поймаем ветер северный и как раз успеем дойти до города. Ну или на веслах догребем, тут совсем немного осталось.