За труды и отечество (СИ)

Последнее Александр добавил мысленно, закончить вот так свой путь в этом мире было бы максимально обидно.
Второй залп оказался более успешным. Тварь за время перезарядки успела подползти еще метров на сто пятьдесят-двести и соответственно ядра полетели точнее. Теперь уже чуть ли не десяток чугунных шаров попали в цель, причем как минимум один, судя по всему, даже сумел нанести какой-то вред. Во всяком случае обстрел твари явно не понравился, она как-то странно вся пошла волнами и ускорилась.
— Чувствую, как оно щупает нашу защиту, — произнес Ариен до этого никак все происходящее не комментировавший.
— Могут быть проблемы? — Коротко переспросил Серов, не поворачивая головы.
— Нет, я полностью контролирую ситуацию, — мотнул головой огневик.
Третий залп уже заметно достиг цели. От монстра в разные стороны полетели какие-то ошметки, части его костяной брони, какая-то зеленоватая жидкая субстанция, судя по всему, выполнявшая роль крови.
Перед четвертым залпом — ползущая гадость уже приблизилась на пистолетную дистанцию — по твари отработали маги. В нее одновременно полетело со всех сторон сразу несколько десятков заклинаний разной степени убойности. Визуально магия все так же ползущей личинке навредить не смогла, однако Ариен видимо считал иначе.
— Все, защита окончательно потухла, — в подтверждение этому в бок твари влетел какой-то запоздавший огнешар и не развеялся, как было до того, а вполне полноценно, как ему и полагается, взорвался, оставив после себя тлеющую подпалину на уже заметно покоцанной шкуре монстра.
— Огонь! — Пятый залп собранной в одном месте большей части артиллерии графства наконец поставил точку в истории раскормившейся за четыре года существования зверушки. Полтора десятка ядер, пущенных фактически в упор ее разве что не разорвали на куски, каждое попадание проделывало настоящую дыру в мясистом теле. Еще несколько десятков секунд живучая тварь пыталась шевелиться, а потом все же издохла, вызвав радостные крики собравшихся в этот день у городских стен людей. Не часто получается избавиться от подобной гадости вообще без потерь.
Дальше поднялась обычная в таких случаях суета, маги ринулись изучать убитую зверушку, коннетабль принялся рассылать в разные стороны сторожевые посты. Не смотря на «освобождение» города от главной угрозы, лезть внутрь стен в подступающих сумерках дураков не нашлось. Уж лучше в поле переночевать, оно надежнее будет.
Ночь прошла без происшествий, и с первыми лучами солнца солдаты выдвинулись в сторону Корсанта.
— Нужно будет оставить тут гарнизон… — Элей глядя на сорванные створки ворот только покачал головой. Чернеющие окна домов смотрели на пришлых людей с какой-то укоризной и как будто с надеждой. Надеждой на возвращение сюда полноценной жизни. — Я даже не знаю какого размера. Целый полк сюда отравить?
— Да, пожалуй, — согласился граф. — Первый пехотный вернется в столицу, а третий можно будет перевести сюда. Только о припасах позаботиться, чтобы зимой неожиданностей не возникло.
— Собираешься возрождать город? — Коннетабля явно интересовала практическая сторона дела, он был готов «растягивать» армию до любого разумного предела. — Тогда в автономии баронов Голван, Курапс и Хонтер вообще теряется всякий смысл.
В предыдущие годы одним из главных аргументов за сохранение определенной военной самостоятельности вассальных Серову баронов было использование их в качестве прикрытия границы. Просто в случае чего их было не жалко. Теперь же, если начинать осваивать территории бывшего графства Орфален, земли этих феодалов оказывались глубоко в тылу, сохранять им возможность держать собственную дружину просто не оставалось разумных резонов.
— Подумаю, — коротко ответил Александр. — Лишних крестьян у меня пока все равно на эти земли нет, когда будут — появится смысл и обсуждать. Ну а сам голод бросать в любом случае глупо. Ценное приобретение даже без жителей.
Пока лидеры похода добрались до ворот цитадели, бойцы уже успели забраться на стену и открыть изнутри ворота.
  
— Как думаешь, много внутри добра ценного? — Серов повернулся к Родвину, которому, собственно, и предстояло заниматься описью трофеев.
— Не думаю, ваше сиятельство. Последние годы у Орфаленов были тяжелыми, одни сплошные поражения и разорения. Но что-то конечно найдем…
Потрошение города в итоге затянулось на добрых две седмицы. Серьезных богатств — в плане злата-серебра или каменьев — действительно не нашли, но и без того пожива вышла добрая. Например, библиотека у Орфаленов оказалась богатая, в том числе и весьма ценные магические тома нашлись. Коллекция дорогих доспехов — обычная оружейка при этом была пуста точно так же, как и казна — принадлежащая лично графу, огромные винные запасы, которым три лишних года выдержки только на пользу пошли. Большая часть мебели и обстановки правда пришла в негодность, все же три зимы без человеческого пригляда; сырость и плесень они никого не щадят.
Но самая главная добыча ждала Александра в местном отделении магической гильдии. Кроме самой по себе имеющей приличную ценность станции магпочты, разных артефактов, в том числе нескольких весьма ценных — по мнению разбирающегося в таких вещах Вирмоса — боевых жезлов, пригодных для использования на уровне подмастерья, целой партии заготовок под защитные амулеты, обнаружился здоровенный сундук с хакашем. Нашедшийся в личных покоях того самого мастера-воздушника, который во время войны с Орфаленами попил столько крови у попаданца, и совершенно выдохшийся, к сожалению. В смысле, трава выдохлась и потеряла магические свойства, а не сундук, конечно же.
— Можно было бы пол армии укрепляющими зельями обеспечить, а так — мусор, ничего не стоящий.
— Интересно, откуда?
— Да оттуда же, — пожал плечами Ариен. — Из-за Барьера. И судя по объему партии, заработок этот шел мимо казны графа. Иначе, уж прости, дружище, шансов у нас тогда не было бы совершенно. Нанял бы Орфален не куцую сотню мечников, а десяток магов-мастеров и раскатали бы нас в блин. Тонкий-тонкий. Тут вопрос не сотни-другой золотых, а десятков тысяч, сам понимаешь.
— Интересно, почему этот воздушник не забрал свое добро с собой? — Серов, не слишком интересуясь магическими игрушками, найденными в трофеях, принялся быстро просматривать целый ворох найденных бумаг, — письма, письма, какие-то счета… Целая куча макулатуры.
— Прибили, поди, как-нибудь по дурости. Уж воздушник-то, если бы был жив, по-любому вернулся бы. Ему что, захотел и прилетел… Захотел — улетел.
— Завидуешь?
— Не без того, — отозвался огневик, внимательно изучая заднюю стенку книжного стеллажа в рабочем кабинете обсуждаемого мага. — О! А вот и тайник. Умный он может и умный, а прятать хорошо свои вещи явно не умел. И зачарователем был никудышним, всего за три года охранка совсем «протухла».
— Думается мне, — Серов отложил бумаги, встал из-за стола и подошел к другу. — Что мертвому магу уже совсем без разницы, кто спустя три года копается в его вещах… А вот это действительно интересно!
— Что? — Огневик оторвался от шкатулки с небольшим запасом камней и повернулся к графу, — что там?
— Отчет о выращивании хакаша. Подробный, у него в где-то в Закрытом Королевстве прям плантация была. Не просто посредник — производитель.
— Плантация хакаша, которая осталась без хозяина… — Даже в голосе мага было слышно, как он мысленно облизнулся, — там случайно нет указаний точного места. А то можно было бы неплохо на этом деле заработать.
— Ага, и карту тебе. Сокровищ, блин, с крестиком, — пробурчал Серов и мысленно добавил. — «Хватай Эспаньолу, Джона Сильвера и вперед на поиск клада. Да уж не дурно было бы сейчас устроить себе морское путешествие и хорошенько развеяться. Можно даже без сокровищ».
— Надо будет покопаться в бумагах, — после беглого изучения пары нескольких листов, резюмировал Александр. К сожалению, местные документы были все сплошь рукописными и порой даже простое их чтение представляло собой серьезную, мучительную работу. О печатном тексте можно было только мечтать. — Может чего и найдем.