Газлайтер. Том 22 (СИ)
— Нет, Владислав Владимирович, не шутка. Уж, поверьте, Герасим Станиславович заслужил царского суда как минимум, — сухо парирую я, не давая ему шанса на сомнения в моем настрое. — Но до суда он может не дожить, и тут уж извините.
Владислав тяжело вздыхает:
— Допустим — только допустим — что так. Причину ты мне ещё расскажешь, — его голос уже менее категоричен, но упрямство всё ещё чувствуется. — Но ты понимаешь, что Буревестник не сдастся просто так? У него армады кораблей и воздушных судов, как истребители, штурмовики, те же дирижабли…
Я усмехаюсь, глядя в окно, пока ветер шевелит тяжёлые шторы.
— Тут, извините, я вас прерву. А вы уверены, что у князя Буревестника они действительно есть?
На другом конце Владислав явно хмурится:
— В смысле «есть»?
— Откуда информация о его силах? — продолжаю я. — Откуда вы знаете, что у него действительно гигантская армия?
— Блин, Данила, ну и вопросы у тебя. А откуда ты знаешь, что Земля вертится вокруг Солнца? — раздражённо парирует он. — Есть отчёты князя Царю, куча свидетельств, показаний. Охранка всех допрашивала, уж поверь мне. Мы тщательно отслеживаем силы дворянского сословия!
— А была ли эта армия хоть раз задействована? Когда?
— Конечно. Когда была Гражданская война, Семибоярщина пыталась захватить остров Буян. Но князь выставил тысячу корветов и фрегатов. Флот бояр отступил под его натиском, они вынуждены были спасаться бегством, — говорит Владислав, стараясь сохранить серьёзный тон. — Более того, Буревестник захватил часть их земель, которую сейчас и обещает вернуть Семибоярщине, если ты выполнишь его задание.
Я хмыкаю:
— То есть бояре просто отступили? Даже не пытались сражаться с кораблями Буяна?
Владислав раздражённо выдыхает:
— Полномасштабного сражения не было, — признаёт он неохотно. — Были только мелкие стычки. Ну и что? К чем это ты?
— Всё это иллюзия, Владислав Владимирович.
— Что «всё»?
— Всё. Ни флота, ни армии, ни красивого города у Буревестника нет, — говорю уверенно. — Точнее, что-то есть, но до тысячи кораблей ему как до луны. Для мелких стычек его сил хватило, чтобы создать видимость многочисленных боевых мощей. Я в этом уверен на 90%.
В трубке повисает недоумённая пауза.
— Я тебя не понимаю, — наконец раздаётся голос Владислава.
— У него есть только хитрые и сложные иллюзии, — поясняю. — Подумайте сами: откуда у Буяна ресурсы на содержание такой армады? Доходы острова посредственные. Сейчас боярские земли приносят Буревестнику деньги, но в годы Гражданской войны он был беден. Сколько бы ни рисовал себе броненосцев, тысячу кораблей он не мог собрать в принципе.
— Что? Как это? — Владислав звучит ошарашенно. — Но есть же свидетельства…
— Скажите, — перебиваю его, — а у князя есть дети?
— Ну, есть конечно. Сын Ярослав, и дочка была…
— Была? Она погибла случайно не в Гражданскую?
— Когда-то тогда… Данила, объясни уже, что значит у Буревестника нет ни армии, ни флота?
Я спокойно поясняю:
— В Гражданскую Буревестник заключил сделку с Демоном иллюзий. С тех пор он способен создавать иллюзорные армии, корабли, дирижабли, фасады домов, золочёные яблоки, сиськи у племянницы — всё, что угодно. Это обман, и если вы подумаете над фактами, то поймёте, что я прав. Никогда «армия» Буревестника не была в бою, никогда его «флот» не бил другие флоты. Даже фасады городского центра нечем украшать — денег не хватит.
Владислав в замешательстве:
— Откуда инфа о Демоне?
— Он сам мне рассказал полчаса назад. Более того, он поставил в кремле сотовые и магические глушилки, чтобы я не смог сообщить эту информацию вам. Это говорит только об одном — он намерен убрать меня после того, как я решу его проблему.
— Ты уверен?
— Конечно, — твёрдо отвечаю. — Слово князя Буревестника не стоит ничего. И я считаю своим долгом сдать его. Вскоре мои люди прибудут на Буян, и я надеюсь, что царские войска тоже примут участие. Всё-таки я прибыл в Буян по поручению Царя, а князь Буревестник оказался не таким уж гостеприимным.
Владислав выдыхает, собираясь с мыслями:
— Даня, тебя хрен обведёшь вокруг пальца! Даже фасады липовые, говоришь? А ведь и царские сановники, и мои экспедиторы были в Буяне и говорили, что Буянград красивейший город на Руси. Хорошо, я обсужу это с Царём. Но расскажи, что это за поручение тебе дал Буревестник?
— На соседнем острове Демон иллюзий создаёт новую расу недодемонов.
— Что?!! Демоны на земле Царства?!!! — Владислав, кажется, почти подпрыгнул. — С этого и надо начинать! Данила, я немедленно иду к Царю! Буянград перейдёт под проверку Охранки, Буревестника вздёрнут на петле, а тебя приставят к награде! И не спорь!
Улыбаясь, я отключаю связь. Спорить и не хотелось.
* * *
Московский Кремль, Москва
Владислав Владимирович, весь на взводе, быстро шагает по просторным коридорам Московского кремля. Его провожают в специальную предбанную комнату, расположенную рядом с царскими спа-покоями. Здесь витает лёгкий аромат эвкалипта, а идеально отполированные полы блестят так, что в них отражаются резные потолки. За стеной слышен мягкий шелест воды — Царь Борис, похоже, всё ещё наслаждается своими процедурами.
Неудобно отвлекать брата-монарха, но что поделаешь? Ситуация того требует. Провал вышел грандиозный — провал всей Охранки и лично Владислава. И ведь стоило только приглядеться к цифрам, осмыслить денежные потоки, сопоставить доходы и расходы Буяна, как всё сошлось… Но никто не догадался. А вот Данила, этот нахальный юнец, снова всё разрулил. Хоть сади его на своё место, чесслово! Откуда у него столько мозгов и внимательности к деталям⁈
Дверь слегка приоткрывается, и в комнату входит сам Борис. На нём лёгкий махровый халат, плечи расслаблены, а лицо ещё слегка краснеет от пара. Следом за ним стройная массажистка, чья грациозная фигура могла бы затмить любую супермодель. Она ловким движением завязывает пояс на халате Бориса, а он, махнув рукой, с лёгкой улыбкой говорит:
— Марфочка, подожди меня в соседней комнате. Я скоро вернусь, только с братом поговорю.
Массажистка кивает, одаряя Царя очаровательной улыбкой, и грациозно выходит из комнаты. Борис, оставшись наедине с братом, берёт из рук слуги бокал с янтарным напитком — похоже, мёд с пряностями. Сделав небольшой глоток, он протягивает второй бокал Владиславу:
— Держи, выпей. Мёд успокаивает нервы, а то смотришь на тебя — будто на допрос к своей же Охранке идёшь.
Владислав берёт бокал, но едва пригубливает, словно слишком занят своими мыслями. Царь, устроившись в кресле напротив, смотрит на него с лёгкой усмешкой:
— Ну что у тебя, Владик? В кои-то веки решил расслабиться, а тут ты сам в баню ко мне прибежал.
Владислав глубоко вдыхает, словно пытаясь взять себя в руки, и начинает говорить торопливо, даже слегка сбиваясь:
— Брат… Ваше Величество, прости за вторжение. Я понимаю, что ты редко находишь время для отдыха, но мне нужно сказать кое-что важное. — Владислав делает паузу, словно собираясь с духом. — Сразу предупреждаю: если после этого разговора ты решишь разжалобить меня и отправить мой дворянский рейтинг в мусорку, я приму это как заслуженное наказание.
Царь Борис удивлённо прищуривается:
— Ну ничего себе, новости! Что случилось-то⁈
Владислав глубоко вздыхает, словно собираясь нырнуть в холодную воду:
— Князь Буревестник… Это сплошная показуха. Буян — слабое княжество. Нет у них ни сильной армии, ни мощного флота. Мы зря его остерегались и терпели столько времени.
Царь хмурится, его расслабленное лицо мгновенно становится серьёзным.
— Но ведь это ты сам ставил его на первые места в рейтинге благодаря его «железной армаде». Помнишь, как он выставил тысячу кораблей против Семибоярщины? А гвардия? А дирижабли, которые, говорят, скидывали бомбы?
Владислав качает головой, в голосе звучит горечь: