Газлайтер. Том 22 (СИ)

Перстень продолжает выпускать невидимые иллюзорные щупы, уходящие сквозь стены и пол. Очевидно, именно он формирует все иллюзии города. А как? Скорее всего, он соединён с артефактными вышками и, используя их энергию, управляет настройками. Перстень — это, по сути, пульт управления всем этим миражным спектаклем.
Князь задумчиво отвечает, не торопясь раскрывать карты:
— Знаете, Данила Степанович, не всё, что мы имеем, на самом деле принадлежит нам. Очень часто оно лишь заёмное.
Я киваю, глядя прямо на его тяжёлый перстень с изображением вихря, и спокойно уточняю:
— Как ваш перстень?
Его глаза мгновенно расширяются. Теперь он смотрит на меня с заметным напряжением.
— Как вы поняли, что сила иллюзий исходит от перстня?
— А я и не понял, — отвечаю с лёгкой улыбкой. — Только предположил. Тыкнул пальцем в небо. Спасибо, что подтвердили мои догадки.
Князь морщится, осознав, что сглупил. Сейчас явно корит себя. Хотя, если честно, я сразу понял, что дело в перстне. Но ему вовсе не обязательно знать о моём всестороннем зрении — энергическом, ментальном и прочем. Пусть думает, что сам раскололся.
Он опускает взгляд на массивное кольцо, задумчиво поглаживая его пальцами, словно пытается решить, стоит ли раскрывать ещё что-то.
— Так я угадал? — строю из себя незнайку.
— Да, — после короткой паузы признаётся он. — Вы правы. Моя слава — это лишь внешняя оболочка. Потому что моя сила принадлежит не мне.
Он замолкает, делая паузу, затем тихо, почти шёпотом добавляет:
— Она принадлежит Демону.
— Демону? — переспросил я, прищуриваясь. — Вы одержимы?
В этот момент дверь открывается, и в помещение входит княжич Ярослав.
— Нет, — отвечает князь, но его голос звучит неуверенно.
— Тогда вы глупец, — произношу я спокойно.
Ярослав вскидывает голову, его лицо краснеет от злости.
— Как ты смеешь так разговаривать с моим отцом⁈
Лицо князя мрачнеет. Он бросает строгий взгляд на сына и жестом останавливает его.
— Спокойно, Ярослав, — говорит он, а затем оборачивается ко мне. — Поосторожнее со словами, Данила Степанович.
— Уж я-то точно поосторожнее вас, — заявляю, игнорируя предостерегающий тон князя. Уж очень сильно он упал в моих глазах. Ниже плинтуса. — Если вы не одержимы, значит, заключили сделку с Демоном. А если еще и на крови, то глупее поступка сложно представить.
Князь молчит, но его плечи опускаются, а из груди вырывается тяжёлый вздох.
— Вы очень хорошо разбираетесь в демонологии, — наконец произносит князь.
— Меня обязывает сделка, которую заключил мой дед с одним из Демонов, — отвечаю я, наблюдая за его реакцией.
Князь кивает каким-то своим мыслям.
— Да, я слышал о Короле Теней. Как раз с одним из его генералов я заключил сделку.
Я приподнимаю бровь:
— И что вы получили?
Князь опускает взгляд на перстень, словно оценивает его заново.
— Я получил силу. А он забрал Буяник.
— Буяник? Остров рядом?
— Да, — нехотя поясняет он. — Небольшой остров, намного меньше моего. Но недавно он неожиданно стал переходить в Астральный мир. Там открылись прорывы.
— Ожидаемо, — киваю я, будто рассказываю о чём-то очевидном. — Отдав остров Демонам, вы, по сути, подписали себе приговор. Астральные прорывы — был вопрос времени. Так что вы хотите, чтобы я разорвал сделку, вернул перстень Демону, а вам — остров?
Князь мрачно смотрит на кольцо, затем переводит взгляд на меня. Он явно всё ещё ломает голову, пытаясь понять, как я его раскусил. Поток энергии, исходящий от артефакта, выдаёт всё, но мне искренне приятно наблюдать, как он досадует из-за своей ошибки.
Наконец, он нарушает молчание:
— Нет, Данила Степанович. Я не хочу разорвать сделку.
Ну конечно. А ведь это был самый простой и очевидный выход из ситуации.
— Тогда что? — скучающе бросаю я, подперев подбородок рукой. Ответ и так напрашивается, да только вот, как говорится, в одну лапу всего не сгребёшь.
Князь внимательно смотрит мне в глаза.
— Я хочу, чтобы вы уничтожили Демона.
Ну-ну. Конечно. Другого и не ждал.
  
* * * 
Руины Северной обители, Антарктида 
Зела выходит из шатра, где только что обсуждает с Ледзором предстоящую смену патрулей. Она оглядывает ряды постов, проверяет, всё ли идёт по плану. Как и ожидается, порядок поддерживается чётко: патрули на местах, зомбированные неукоснительно выполняют свои задачи.
— Зела, ты в порядке? — раздаётся голос Бера, подходящего ближе.
Она слегка оборачивается и с едва заметной улыбкой отвечает:
— Конунг Данила… Значит, он женат на Люминарии?
Бер вскидывает бровь, удивлённо прищуриваясь:
— Откуда ты это знаешь?
— Перед тем как уехать, он послал мне воспоминания о том, кем является, — спокойно поясняет она. — Чтобы у меня не возникло вопросов.
— И? Что ты думаешь? — Бер внимательно всматривается в её лицо.
Зела на секунду задумывается, а затем произносит:
— Этот человек многое для нас сделал. И он заслуживает быть нашим королём. Тем, кем он станет, когда мы вернем к жизни наш народ. Вернее, то, что от него осталось.
Бер возражает:
— Вообще-то есть и другие претенденты.
Зела смотрит на него, уголки её губ дрогнули в лёгкой улыбке:
— Ты?
Бер пожимает плечами, его голос звучит увереннее:
— Да хоть бы и я!
Зела не выдерживает и коротко смеётся:
— Бер, я тебя люблю, но ты больше поэт, чем король.
— Я вообще-то мечник, — обиженно возражает он.
— И ты мне проиграл в турнире, — напоминает она, не скрывая улыбки.
Бер вскидывается:
— Ну и что? Это не значит, что я плохой воин. Просто ты выше всяких похвал.
— Ты умеешь делать комплименты девушкам, — усмехается Зела.
— И я не про себя вообще-то говорил, — замечает Бер, задумчиво касаясь фламберга на поясе. — А про того, кто в хранилище находится.
Улыбка Зелы исчезает, её взгляд потемнел:
— Ах, эта сволочь. Да, я видела его в хранилище. Думаю, его можно просто тихо убрать, и проблем не будет.
Глаза Бера мгновенно сужаются, в голосе появляется жёсткость:
— Нет, Зела, ты этого не сделаешь.
Они стоят, смотрят друг на друга несколько долгих мгновений. Наконец, Зела произносит:
— Конунг Данила много для нас сделал, и ты не хочешь отплатить ему добром, избавив от «лишних проблем»?
Бер тяжело вздыхает, его голос становится мягче:
— Я просто знаю Данилу. Он привык сам решать свои проблемы. Он всё делает по-своему. И, честно говоря, вряд ли поймёт твой метод решения.
Вздохнув, Зела отворачивается, её голос звучит тише:
— За это я тебя люблю. Ты моя совесть.
Бер улыбается, слегка качая головой:
— Вообще-то, я твой защитник.
Зела взглядывает на него, чуть смягчаясь:
— А что же конунг? Ему же придется разбираться с тем… — кивает альва в сторону хранилища.
— Данила справится, — уверенно отвечает Бер. — Да ещё и окажется в прибыли. Как всегда.
  
Глава 12 
 
Возвращаемся в апартаменты. Светка шагает впереди, стуча каблучками так, будто устроила личную месть каменному полу. Да уж, фальшивый помпезный обед явно вывел её из себя.
Я иду рядом, лениво перебирая в голове разговор с князем Буревестником. Если честно, он не то чтобы произвёл впечатление. Но детали, которые всплыли, однозначно надо довести до Красного Влада. Молчать князю я не обещал. Более того, честно сказал, что расскажу всё.
— Даня, у меня телефон сеть потерял, — вдруг выдаёт Света, глядя на экран своего мобильника.
Она разворачивается ко мне, демонстрируя экран. Ноль полосок, абсолютная тишина.
Достаю свой. И, конечно, ноль полосок. Ха, забавно. Сеть пропала у нас обоих. Даже если это совпадение, то подозрительное.
— Ну-ка, дай проверю, — бормочу, направляясь к стационарному телефону на тумбочке.