"Фантастика 2024-68". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— Слышь, гнилушка крысиная, — разом потеряв ко мне всякий интерес, Плакса вытянул биту и нацелил ее в морду Сухого Носа, — тут должна ошиваться одна залетная синтетическая байши. Поможешь нам ее найти?
Даже с расстояния в несколько метров я услышал, как лихорадочно заколотились подорванные наркотой сердца паяльщиков. Сопля снова простонал и трясущимися пальцами вцепился в перфорированный край кресла, а его напарник задышал быстро и тревожно.
Глабер, по-прежнему стоявший в уголке спиной к происходящему, медленно опустился на пол, обернул себя хвостом и прикрыл бритую макушку обеими лапами. Вполне логично — вид стволов (причем не виртуальных, а настоящих) охлаждает пыл самых надменных позеров…
— Это еще чо такое?! — ошалело наблюдая за его действиями, спросил Брукс, от неожиданности даже опуская биту. — Вы тут чо, угашенные уже?!
И вдруг снова заметил меня, неподвижно застывшего в тенях.
— Слышь, образина! А ты хуле примерз?! Велено же было валить, так двигай, пока кости целы! Сисадда?!
Я неторопливо поднял левую ладонь с растопыренной пятерней и заметил, как дрогнула лапа вооруженного башером «Хвоста». В висках начинало пульсировать, но внутренний «я» уже выкручивал настройки волнения на минимум.
Послушно подтвердил:
— Разумеется.
Позволил очкам подстроиться под яркий свет, включить режим увеличения и внимательно изучил модель дробовика.
— Сейчас я уйду, кости мне дороги. Но только, если позволите, не один.
Плакса снова сплюнул, свободной лапой утирая «слезу» и со стуком положил утяжеленный конец биты на ближайший верстак. Хрустнули детали консолей, на пол соскользнули несколько шлейфов.
— Чо ты там бздишь?! — гадко скривился он.
— Дело в том, — будто со стороны услышал я собственный голос, спокойный и даже внезапно приветливый, — что у меня здесь в ремонте — вот так совпадение! — тоже находилась кукла. Если вы не против, я заберу ее и не буду мешать уважаемым господам вести их дела.
Тонкие серые брови стрелка взметнулись на иссеченный лоб. Очередной плевок Брукса повис на губе, когда чу-ха осознал смысл сказанного и чуть не поперхнулся.
— Стоп-э! — протянул он, оглядываясь в поисках кукуга. — Какая, нах, еще кукла?!
Симайна незамедлительно выбралась на свет. Уважительно сложив лапы перед собой, она глубоко поклонилась обоим казоку-йодда, и я заметил, что на затылке синтета до сих пор открыт технический люк.
А еще заметил, что Черная Юбка вышла к новым посетителям «Нимнога паяим» не по приказу, а по собственной воле, что означало — покладистый «землекоп» все же успел поковыряться в желеобразном супе ее котелка…
— Это она? — спросил стрелок, немало сбитый с толку.
— А хер его знает… — протянул Брукс, и тут же рыкнул на Соплю: — Другие куклы в подвале есть?!
Тот замотал головой так, что сгусток слизи отлетел в сторону и прилип к стене.
— Ну и какого *уя все это значит?! — с растущей злобой проскрипел Плакса. — Это чо, байши, шутка такая?!
— Секундочку! — попросил я все так же спокойно и отстраненно.
Брукс рывком обернулся и с трудом сфокусировал на мне багровеющий взгляд. Его напарник сместился чуть левее, чтобы лучше видеть дерзкого «уродца».
— Парни, это не та кукла, что вы ищете, — в моих словах было столько мягкости, что хватило бы набить подушку. — А я здесь не просто клиент, а по важному поручению. Поэтому если позволите мне и моей кукле уйти, то разойдемся со всем приличествующим уважением и взаимопониманием.
— Хуле он несет? — ошалело спросил у Плаксы его приятель с башером.
— Ты хуле несешь-то? — не менее ошалело спросил тот у меня.
Вместо ответа я медленно, невероятно медленно оттянул в сторону полу пальто и показал им черно-желтую жилетку. Стрелок снова близоруко прищурился, а слезящиеся глаза Брукса распахнулись в удивлении. Признаюсь откровенно, его последующий тупой ответ меня немало удивил.
— Ты чо, уродец, больной на всю башню?! — хохотнул тот, в избытке чувств хлопнув себя по левой щеке так, что зазвенели пронзающие шкуру булавки. — Яри-яри, косишь под «Детей заполночи»? Ну, байши, ты и тупо-ой… знаешь, что «Детишки» с тобой сделают, если узнают?
Пока я (несколько осекшийся от безмозглости собеседника) подбирал слова, чтобы как можно тактичнее указать Бруксу на его логическую ошибку, в разговор встрял второй «Хвост». Не столь разболтанный и взвинченный, он начинал понимать, куда дует подземный ветер, а потому поспешил оборвать напряженную беседу о клановой принадлежности.
— Да похер, Брукс! — тихо рявкнул он, а пальцы нервно сжались на удлиненной рукояти башера. — Это наша кукла?!
Плакса вздрогнул, отвел мутный взгляд от моего жилета и угрюмо покосился на напарника.
— А ты других видишь?
Сопля задрожал так, что мне показалось — малой сейчас напрудит в штаны. Сухой Нос отступил за второе калибровочное кресло и с непрерывной возбужденностью стрелял взглядом то на меня, то на «Хвостов». Глабер не шевелился, как и синтет.
— Тогда забираем и валим… — веско отрезал Дробовик. — Нам четко сказали…
Я вздохнул и с удовлетворением отметил, что пульс не ускорился, дыхание остается ровным, а пальцы под перчатками почти не потеют. Справа, отгороженный от меня шкафом, сжался в комок «голый землекоп»; между ним и паяльщиками замерла в поклоне кукуга; дальше разместились помирающие со страху паяльщики и, словно последнее препятствие на пути к заветной лестнице, застыла парочка «Хвостов».
Не самый удачный расклад, сказала проглоченная удавом мышка, но бывали и хуже…
— Так, торчки и выродки, — фыркнув, подытожил Брукс, упиваясь собственной важностью и рассудительностью, — слушать меня! Никто не дергается, никто не раскрывает пасть! А ты, куколка, шагай за мной!
Снова сплюнул, раздраженно смахнул битой с верстака еще немного консольной требухи и уже развернулся к лестнице. Симайна бросила молниеносный взгляд по сторонам, никак не вяжущийся с покорностью безупречных синтосексуалов. Я облизнул пересохшие губы и негромко, но внятно бросил ей в спину:
— Симайна, если хочешь продолжать существование, стой!
Кукла остановилась.
Не потому, что получила два равновеликих одновременных приказа от живых существ, а потому что мои слова совершенно точно нашли осмысление в ее уникальном, но ограниченном сознании.
Повернувшись к спальному закутку, онсэн внимательно посмотрела мне в глаза, да до того пронзительно, словно могла видеть сквозь выступающее забрало «Сачирато».
У Плаксы отвисла челюсть.
— Ты чо, борф, совсем о**ел тут командовать?! — прорычал он, а мутные белки его глаз снова стали наливаться алым.
Морду напарника Брукса исказила злобная рябь, дробовик медленно опустился в нашу с Симайной сторону. В наступившей тишине Сопля шмыгнул носом так отчетливо и громко, что вздрогнули все шестеро живых.
— Парни, — как можно искренне обратился я к бритохвостым и с печальной неизбежностью осознал, что время «низкого писка» безвозвратно утеряно, — поверьте, у меня нет никаких претензий к вашей организации и ее интересам. Но сейчас, увы, я вынужден настаивать на своем.
Нос подслеповатого чу-ха с дробовиком сморщился в гримасе нетерпения и брезгливости.
— Ты, байши, точно тупой! — протяжно прорычал он, оттягивая курок.
А я в очередной раз пожалел, что просто не сел на сквозной транзит и не поехал к Подверни Штанину сообщать папаше прискорбные новости…
«Молот» стоял на полке среди консервов, удобно зажатый двумя увесистыми банками со свининой. Ствол его, упиравшийся в тонкую стенку шкафа, был нацелен на лестницу, а чудесные «Сачирато» позволили без труда высчитать нужный угол и траекторию. Услышав опасный щелчок, я без промедления выстрелил прямо сквозь тонкий пластикат, вогнав боевую фанга точно между глаз «Бритого хвоста».
На долю секунды никто из чу-ха не понял, что произошло.
Протяжно и почти бесшумно хлопнул затвор башера, звонко хрустнула пробитая перегородка, с мокрым шлепком лобная кость Дробовика украсилась дыркой, из которой в глаза стрелка тут же хлынула кровь.