Магия большого города. Леди (СИ)

— Мой братик, он тоже по утрам встает с трудом, — приговаривала она, отводя меня за ручку в ванную, как маленькую. — И вроде в ночь не колобродит, а как утро — не поднять. Так что я привычная, но вы ложитесь пораньше, леди, или хоть чай какой пейте, чтобы засыпалось лучше.
— Хорошо. Буду пить, — покладисто кивнула я.
Успокоительное мне при такой жизни точно не помешает. Приведя себя в пристойный вид и замаскировав при помощи горничной и пары тюбиков синяки под глазами, я отправилась уже знакомой дорогой в кабинет мистера Хармса. Он меня ждал, причем выглядел не в пример лучше, чем ночью — возможно, тоже чем-то косметическим воспользовался? Президент — лицо публичное, ему за рабочим фасадом нужно следить.
— Ознакомься, — бросил он, пододвигая ко мне стопку бумаг с отпечатанным текстом. Я устроилась в знакомом кресле и углубилась в изучение договора. Особых возражений пункты не вызывали, но в любом случае нужно было их перечитать, чтобы потом не корить себя за безалаберность.
Хуже, чем клятва о неразглашении, вряд ли будет. Бумага тебя хоть не задушит в случае чего.
Как оказалось, в качестве дочери президента мне полагалось довольно многое, как и не меньшее спрашивалось с меня. Обязанность присутствовать на балах и фуршетах навевала тоску, в то время как возможность поучаствовать в благотворительности — мне даже в фонде акции выделили, надо же! — слегка примирили с грядущей участью. Глядишь, мне и удастся хоть что-то изменить в системе. Приюты, например.
Дочитав до конца, я взяла со стола любезно придвинутую ко мне ручку и размашисто расписалась в указанных местах.
— Могу идти?
Я поднялась, разминая затёкшие от долгой неподвижности ноги.
— Да, разумеется, — небрежно взмахнув рукой, мистер Хармс отпустил меня, не взглянув в сторону документа. Так уверен в том, что я соглашусь на все условия?
А собственно, куда мне деваться? Разумеется соглашусь. Он победил и знает это.
— Кстати, Кэйтлин хотела с тобой поговорить. Что-то насчет гардероба, — нагнало меня уже на пороге его замечание. Я кивнула, совершенно не собираясь пересекаться с миссис Хармс в обозримом будущем.
Но и тут меня никто не спрашивал.
В отведенной мне комнате меня уже ждала целая толпа. Жаль, что я не поддалась порыву и не отправилась гулять в сад.
— Милая, как хорошо что ты пришла! — встретила меня улыбающаяся миссис Хармс. Я насторожилась. Ее любезность не могла обернуться ничем хорошим. — Мы только тебя и ждем. Девочки, приступайте!
Девочки, самой молодой из которых было около тридцати, тут же облепили меня гудящим роем и куда-то поволокли. Недалеко, всего лишь на шаткую табуретку, на которой я и замерла, дыша через раз. Ножки были высокие, падать далеко, а вокруг все снуют, суетятся, толкаются!
— Радуйся, ради тебя мисс Бланш отменила все договорённости и приехала лично! — сообщила миссис Хармс. Она с удобством устроилась в моем же кресле, попивая принесенный заботливой служанкой чай, и руководила процессом, отбирая ткани, фасоны и отделку так быстро и уверенно, что я не успевала вставить ни слова.
Признаться, я банально растерялась.
Устроить скандал?
И создать себе репутацию вздорной девки, не ценящей чужой труд и заботу? Пожалуй, именно этого она и добивалась. Не дождется.
Спорить с ней? Перебивать, настаивать на своем? Опять же, неуважение к признанной иконе стиля. Моду задавала именно она, миссис Хармс, на пару с дочерью, как первые леди страны. Об ателье мисс Бланш я тоже слышала — в основном с благоговением и придыханием — как о самом стильном и аристократичном заведении для высшего общества. Ну, заставлю я их к себе прислушаться, никто не даст гарантии, что первая леди не подмигнет им украдкой, и все мои усилия пойдут скворцу под хвост.
Тот, кстати, оценив обилие перьев в прическах и на шляпках модисток, притих на жердочке и сидел тихо, изображая чучело.
Поразмыслив, я решила последовать его примеру. Стояла, балансируя на табуретке, терпела уколы в самые неожиданные места и сладострастно планировала месть.
 
К счастью, удавка не давала о себе знать, что радовало. Значит, хотя бы в подобных мелочах у меня есть свобода выбора.
Осталось ее отстоять.
  
8-1
 
Миссис Хармс положила в рот очередной крохотный рогалик и аж зажмурилась от удовольствия. Точно издевается! В моем животе громко и хищно заурчало, так что ближайшая помощница модистки вздрогнула и снова уколола меня булавкой. Я зашипела сквозь стиснутые зубы и мило улыбнулась ей, делая вид, что все в порядке. Даже если от миссис Хармс поступил прямой приказ довести меня до белого каления, тем более я не доставлю им подобного удовольствия.
Пытка продолжалась почти до обеда. Пользуясь отсутствием президента в доме, я шмыгнула в кухню, стащила с разделочного стола кухарки несколько полупрозрачных ломтиков ветчины, сыра и пару кусков еще теплого хлеба, который готовился к подаче в плетеной корзинке. Сердобольная женщина позволила мне запихнуть их в себя, стоя прямо тут, в углу кухни, делая вид, что не замечает творящегося вопиющего безобразия и бормоча себе под нос что-то о несчастной замученной деточке.
Принимать пищу вместе с гадюками я не испытывала ни малейшего желания. Мне и утра хватило, чтобы наесться общением со старшей из них досыта.
Утерев крошки с лица и сердечно поблагодарив добрую работницу кухни, я поспешила к выходу, проверить, не дежурят ли еще репортеры. Вроде бы вчера полиция всех разогнала, но мало ли, какие упорные вернулись?
Однако путь мне преградил дворецкий.
— Мистер Хармс разрешил мне посещение подруги, — я сунула ему в лицо подписанную бумагу, как подчиняющим заклинанием бросила. Как ни странно, сработало не хуже. Сухарь смягчился.
— Он уведомил меня, что вы можете изъявить желание навестить место предварительного заключения, — процедил он, отступая в сторону и беря меня под локоть. — Мистер президент дал четкие указания, что я лично обязан вас отвезти и обеспечить вашу безопасность.
Дворецкий окинул взглядом мой костюм, из тех, уцелевших, и промолчал. Вероятно, я соответствовала его понятиям о конспирации.
Спорить еще и по этому поводу я не собиралась. Хочет он меня отвезти — читай проследить — на здоровье. Мне президент лично разрешил визит к Саманте! Так что придется слугам содействовать, что бы они при этом себе ни думали.
Только вот получится ли подъехать к тюрьме скрытно? Мне кажется, сияющее лаком черное авто прямо-таки бросается в глаза, и уже через пару минут там будет не протолкнуться от журналистов, жаждущих запечатлеть меня и выспросить все интимные подробности — к кому я, зачем я… меня передернуло. Однако мои переживания по поводу слишком приметного транспорта оказались напрасными. Конечно же, в просторном гараже, помимо узнаваемого длиннющего лимузина, обнаружились более обыденные модели. Даже такси одно стояло, полуприкрытое чехлом! Умно. Мало ли, мистеру Хармсу захочется съездить куда-нибудь незаметно.
Разумеется, совершенно незаметно не выйдет. Машин на улицах еще мало, и любая из них привлекает внимание, пусть и не настолько сильно, как президентский транспорт. Я сжалась на заднем сиденье, стараясь не встречаться взглядами с любопытствующими прохожими, и встрепенулась только, когда мы выехали на знакомую улицу.
— Притормозите здесь, пожалуйста, — попросила я, заметив пекарню, в которой Саманта брала пирожки. Соседка предпочитала печь сама, но если все же не хватало времени, придирчиво перебирала заведения, не желая ни переплатить, ни отравиться.
Надолго я там не задержалась и уже через пару минут снова устроилась на гладкой, терпко пахнущей коже, держа на вытянутой руке, чтобы не запачкать все окружающее, промасленный пакет со сдобой.
Мама мне всегда говорила, что идти в гости с пустыми руками неприлично.
Не уверена, что это правило касается и камеры предварительного заключения, но все мое существо требовало хоть как-то скрасить Саманте пребывание за решеткой, раз уж ей приходится отдуваться за нас обеих.