Ворона и ее принц (СИ)

— Где?.. — Он выбрался из шипов, закрутил головой. — Ты вовремя, Юнь. Найди ее!
— Ка-а-ар! — Я почувствовала, как натянулись незримые магические нити.
Ну вот зачем приказным тоном в приказной форме?! Я не могла не подчиниться, но как искать саму себя?!
Поднявшись над лесом, я честно навернула несколько расходящихся по спирали кругов и вернулась к принцу ни с чем.
Кстати, пока я изображала поисковый дрон, он разделил отряд. Шестерка воинов забрала девочку и двинулась в сторону города, а принц оставил рядом с собой только пару телохранителей и сейчас осматривал разбитый алтарь.
— Исчезла? — правильно понял он.
— Карр!
— Господин, — обратилась к нему затянутая в черное фигура звонким женским голосом, не воитель, а воительница, — не знаю, стоит ли говорить.
— Говори.
— Ходят слухи, что невинно погибшая юная госпожа Линь Яо вернулась злобным призраком, чтобы найти справедливость и отомстить всем своим обидчикам.
  
Глава 25
 
Ну Ё-о-ок-макарек!
Ну смотреть же больно, как его сразу сплющило… Руки опустились, глаза погасли. Понять можно — любой нормальный человек так отреагирует, если увидит призрак своей погибшей любви.
Лань Шиян молча кивнул подчиненному, как-то бессильно ссутулился и пошел обратно к разрушенному алтарю.
Казалось бы, мне-то чего. Посочувствовать только, да и хватит. А на душе так горько… Я же дурочка, я всю жизнь втайне мечтала о таком принце. И как в насмешку — видит глаз, да рука неймет. Вот он, настоящий. И его даже можно обмануть, притвориться Линь Яо, сказать, мол, воскресла, но ничего не помню. Он поверит — он сам захочет поверить!
Только я не хочу. Не хочу обманом, не хочу чужого.
И еще раз убедилась — он ни в коем случае не должен видеть меня в человеческом облике. Незачем человеку душу рвать, не надо ложных надежд.
Я ничего не смогла с собой поделать, спорхнула принцу на плечо и, аккуратно перебирая когтями, перебралась ближе к шее, куснула его за ухо со всей вороньей нежностью.
— Ты меня утешаешь? — понял он. — Не надо, я не заслуживаю.
— Ка-арр, — не согласилась я. Не верю, что Линь Яо была бы рада непрекращающемуся самобичеванию. Принц наказывает себя в сотню раз хуже, чем палачи из башни.
Он поднял руку, погладил мои перья.
— А-Яо была слишком хороша для меня.
Вот же!
Дурень.
В город мы вернулись тайными тропами. Принц не стал ни через ворота проходить, рискуя быть узнанным стражниками, ни прыгать через стену. Он просто нажал на камень, и тот сдвинулся, в крепостной стене открылся узкий лаз.
— Как шимей? — первым делом спросил принц, как только мы вернулись в убежище секты.
— Уже проснулась, господин. Повезло, что ей дали сильнодействующее снотворное, Мин-эр ничего не запомнила, она думает, что ей снились дурные сны. Физически она в полном порядке.
— Хорошо.
Принц свернул в коридор и остановился в нескольких шагах от искусно вышитого полога. По небесно-голубому тончайшему шелку летели черные вороны, вытканные из довольно грубых ворсистых ниток.
Дежуривший у полога слуга юркнул вглубь помещения, и я клацнула клювом. Казалось бы, секта небольшая, не самая влиятельная. Я подсознательно ожидала, что отношения здесь не такие иерархично-строгие, как, например, в больших кланах, что атмосфера более домашняя, что ли. Достаточно вспомнить отношение девочки к Линь Яо. Уважение было, да, но гораздо ярче проявлялись тепло и искренняя привязанность.
Слуга вернулся и тихо сообщил:
— Господин, учитель примет вас. — И он отдернул полог.
А вот и тот самый седой мужик, который отобрал у меня принца во время побега. Сейчас он выглядел еще внушительнее и вместе с тем как-то по-домашнему. Этакий добрый, хотя и строгий дядюшка.
— Увы, мы ожидали нападения в другом месте, — сказал он Лань Шияну, жестом приглашая того присесть у низкого столика с закусками. — Брат успел спрятать Мин-эр и ушел в небесные чертоги раньше, чем эти грязные демоны успели добраться до его души.
— Все из-за меня. — На плечах моего злодеюки словно еще прибавилось груза. — Опять…
 
— А ну, прекрати! — резко прикрикнул на него седой учитель.
Я аж подпрыгнула на злодейском плече, а потом одобрительно каркнула. Правильно, нечего тут угрызаться всем подряд!
А седой тем временем продолжил:
— То, что ты ошибся один раз, не значит, что все грехи и несчастья мира случились по твоей вине. Никто не звал чужого бога в Поднебесную, никто не знал, что барышня Фен Пей способна на такие коварство и подлость. И моя любимая первая ученица надавала бы тебе подзатыльников бамбуковыми палками, если бы увидела, как ты ноешь!
Ух! Кар-р-р! Согласна!
Но злодеюку все равно жалко. Как он вскинулся!
А седой вдруг посмотрел прямо на меня. И прищурился. Но ничего не сказал, только кивнул как-то странно, то ли приветствуя меня как вестницу, то ли в такт своим мыслям.
Разговор свернул в деловое русло, и хотя я старалась вникать, все равно поняла не так уж и много, запуталась в ворохе имен, названий и иносказаний. Да они ничего важного и не обсуждали. В плане войны с чужим богом. Так, какие-то дела секты и то, куда из города ушли семьи тех, кто поддерживал седьмого принца.
Я встрепенулась, когда учитель наконец махнул рукой:
— Можешь идти, Ян-эр.
— Да, господин. — Мой принц попрощался довольно низким поклоном.
Занятно… С одной стороны, Лань Шиян называет главу секты не учителем, а господином, то есть учеником не является, он в секте гость. Но при этом к нему не относятся как принцу, человеку очевидно более высокого статуса.
Если бы я не продолжала сидеть на плече Лань Шияна, я бы не заметила, что, выйдя от учителя, он опять поник. Ну ек-макарек! Не, я все понимаю. Только обидно каждый раз. Иррационально обидно — человек имеет полное право страдать по умершей возлюбленной. Ну и что, что мне хочется, чтобы он так страдал по мне. Как говорится, возьми свои эгоистичные желания, сверни трубочкой и засунь туда, где их никто не увидит.
Пока я успокаивала разбушевавшиеся чувства, Лань Шиян свернул в боковой коридор, очень быстро упершийся в рассохшуюся деревянную дверь. Принц толкнул ее, и створка с тихим скрипом давно не смазанных петель послушно открылась.
В небольшой комнатке я увидела таблички с именами на стене и плоский алтарь под ними. Больше в комнате ничего не было.
— Карр? — По виду это был зал памяти.
— Я недолго, — заверил меня Лань Шиян и аккуратно пересадил на пол, а сам прошел вперед, выбрал из связки благовонную палочку, зажег.
Я вспомнила, как Мин-эр забрала поминальную табличку госпожи Линь Яо…
Принц трижды поклонился, поставил палочку перед табличкой и, опустившись на колени, кажется, с беззвучной молитвой, замер. Простоял он недолго. Завершив молитву, поднялся на ноги, и я немедленно взлетела ему на плечо.
— Ничего, птичка. — Наконец-то Лань Шиян взял себя в руки, встрепенулся и повернул голову, чтобы посмотреть прямо на меня. — Как ты там говорила? Отомстить, а уж потом ныть? Этим и займемся. У меня для тебя есть работа. Сама полетишь или тебя направить с помощью потоков ци?
Это он про управляющие нити? Кар-р-р! Себе на… на нос накрути, умник!
Я ему так и сказала. По-вороньи. И за нос ущипнула для наглядности.
— Я так и думал. — Какая же у него все-таки улыбка… Когда злится — просто умереть не встать, рожа свирепая, глаза как угли, того и гляди укусит. Красавчик. Но когда улыбается вот так искренне и немного грустно… держите меня семеро! Чтобы я у него с плеча и прямо ему же под ноги не кувыркнулась!
  
Глава 26
 
Показав мне окно, Лань Шиян еще раз повторил, что именно нужно сделать. Я, конечно, с первого раза поняла, но каркать не стала и внимательно выслушала.
— Удачи, — пожелал мне принц, и я, оттолкнувшись от его плеча, расправила крылья, для себя решив, что на обратном пути загляну в посольство. Мало ли, лорд Крайчестер захочет передать письмо. Да и с Павлиной мне есть о чем поболтать.