Ты всего лишь Дьявол

— Но ведь ваша комната расположена со стороны скал, в противоположном конце дома.
— Ночью все очень хорошо слышно, сэр. Иногда, когда собаку еще не отравили, я слышала ее через весь коридор, когда она бегала по ту сторону дома. Я пошла наверх в холл, а потом, когда подошла к двери и ничего не услышала, остановилась у окна и смотрела на луну. Ночью стояла очень большая луна, сэр, и видно было всю долину… А потом я возвратилась к себе и уснула. Я не знала, что Марта заходила ко мне, сэр. Я бы, конечно, сейчас же пошла к ней, чтобы помочь, раз она плохо себя чувствовала.
Синди говорила с подчеркнутой уверенностью, и мужчины заметили это. Но Джо не задал ей никакого вопроса по этому поводу. Когда так же, как и ее предшественники, она отрицательно ответила на вопросы о ключе и деревяшках, он указал на террариум со змеями.
— Вы заботитесь об этих созданиях, правда?
— Да, сэр. И я как раз хотела попросить вас, не могу ли я принести им лягушек, сэр, потому что они всегда едят после захода солнца. Мистер Ирвинг велел их так кормить.
— Может, немного позже… — Алекс кивнул головой. — Мы скоро уйдем отсюда, и вы сможете привести комнату в порядок. Я хотел только спросить: часто ли вы убираете террариум?
— Два раза в неделю, сэр. Я меняю песок и воду.
— А когда вы убирали в последний раз?
— Сегодня утром, сэр. Перед самым уходом в Блю Медоуз.
— А вы были в Блю Медоуз?
Лицо Синди Роуленд опять покраснело, и пожалуй, даже больше, чем в первый раз.
— Я подумала, сэр… было слишком жарко, чтобы находиться там весь день в толпе, и я пошла в лес… а потом уснула.
— Это точно? — Джо пристально посмотрел на нее.
— Да, сэр.
Она сжала губы и посмотрела ему прямо в глаза. И хотя Алекс и Паркер видели, что она лжет, Джо не стал припирать ее к стенке, а когда она ответила отрицательно на показанные ей ключ и деревяшки, отпустил ее, и они остались вдвоем.
Почти одновременно в дверях показалось симпатичное, круглое лицо сержанта Джонса, одетого в безукоризненный костюм из серого твида, являющийся, очевидно, результатом строгой экономии в рамках скромного бюджета полицейского.
— Мы нашли садовника в лесу, сэр. Он так напился, что не ощутил бы вскрытия собственного тела. Что с ним делать? Он сейчас в своем домике и лежит на кровати, а Томсон сидит возле него.
— Привести в чувство, — резко сказал Паркер. — А когда будет в состоянии разговаривать, мы, возможно, с ним побеседуем.
— Слушаюсь, сэр, — Джонс исчез.
— Слуги этого дома проявляют большую склонность к продолжительному пребыванию в лесу… — пробормотал Алекс. — Меня интересует, не отдыхал ли сегодня с ними еще кто-нибудь?
— Что ты хочешь этим сказать?
— Не знаю, — искренне сказал Джо. — Но, по крайней мере, знаю, что чего-то не знаю на определенную тему!
— Эта девушка лгала как по нотам… — Паркер вздохнул. — Но ведь это ее дело, где она была. Может лгать. По сути дела, я даже не имею права ее допрашивать, хотя она не знает об этом. Она ни в чем не подозревается. Она не могла ни убить Ирвинга Эклстоуна, ни даже помогать в убийстве Ирвинга Эклстоуна, и не может знать ничего интересного о смерти Ирвинга Эклстоуна. Никто не мог убить Ирвинга Эклстоуна. Ирвинг Эклстоун несомненно покончил жизнь самоубийством.
— Аминь, — Джо склонил голову. — Все это мы знали с самого начала.
— И столько же будем знать в конце, потому что никто ничего не добавит к этому самому убедительному из фактов. Что ты намерен делать сейчас?
— Теперь я хотел бы допросить Агнес Стоун и доктора Арчибальда Дюка, если позволишь…
— Пожалуйста, пожалуйста, ни в чем себе не отказывай… — Паркер подошел к двери и остановился. — Но, быть может, в конце концов, ты будешь так любезен, что скажешь мне, о чем ты вспомнил и что тебя так беспокоило в течение нескольких часов?
Алекс улыбнулся своей обычной вежливой, несколько рассеянной улыбкой.
— Я боюсь, что это наблюдение слишком незначительно и касается сущего пустяка… Ты можешь подождать еще полчаса? Если через полчаса я не скажу тебе, о чем думал, соберем пожитки и уедем, а тогда ты узнаешь обо всем в машине, во время поездки вместе с твоим окончательно сломленным другом, согласен?
 
— Согласен, — Паркер кивнул головой. — Пусть будет даже час. Но мне уже хочется уехать отсюда. Очень уж это скверное дело — вести следствие в условиях, когда правда известна заранее, а факт, что допрашиваемые лгут или нет, не имеет никакого значения.
— Хм… — Джо спокойно посмотрел на него. — Об этом мы узнаем через полчаса… А может, даже раньше. Однако, пригласи, пожалуйста медсестру Агнес Стоун, ладно?
— Я буду счастлив оказать тебе эту маленькую услугу, — сказал Паркер с мрачной улыбкой.
  
Глава XXI
 
Медсестра — врач
 
В тот момент, когда Агнес Стоун вошла в комнату, за скалами сверкнула молния, грянул гром и первые капли дождя затрепетали на оконных стеклах. Паркер быстро повернулся, чтобы закрыть окно, и одновременно подумал, что будь мисс Стоун убийцей, трудно было бы представить себе более эффектное появление на сцене событий.
Агнес по-прежнему была одета в фартук безукоризненной белизны, а белая шапочка закреплена на огненно-рыжих волосах с легким женским кокетством.
«Вполне симпатичная девушка, — подумал Алекс, — но слишком уж опрятная, будто эта опрятность не обычная человеческая черта, а сам человек является придатком, нужным лишь для того, чтобы эта чистота могла себя продемонстрировать».
Все движения медсестры тоже быть ограничены до необходимости. Она спокойно остановилась у входа, слегка кивнув головой, и стояла неподвижно, пока Джо широким жестом не пригласил ее сесть. Она даже не взглянула в сторону стола, за которым недавно разыгралась трагедия, а просто прошла мимо и села, прямая и стройная, с ногами, идеально соединенными в коленях и ступнях.
— Мисс Агнес Стоун, не так ли? — спросил Джо с улыбкой. — Я имел удовольствие быть представленным вам, если память мне не изменяет?
— Да, сэр, — она еще раз кивнула.
— Вы выступали в качестве свидетеля при подписании завещания леди Эклстоун, не так ли?
Джо задал вопрос очень непринужденно, но, как видно, он оказался настолько неожиданным, что Агнес подняла голову и посмотрела на него с легким удивлением, которое тотчас исчезло.
— Да, сэр.
— Вы говорили кому-нибудь об этом?
— Нет, сэр. Я дала обещание соблюдать тайну.
— Вы совершенно в этом уверены?
— Да, сэр.
— Даже дома, во время отпуска в разговоре с семьей?
— У меня нет семьи, сэр. Я поступила в школу медсестер из сиротского дома для подкидышей.
И снова полное отсутствие интонации, будто сиротский дом для подкидышей или полное отсутствие родственников относятся к самым незначительным и не заслуживающим внимания эпизодам ее жизни.
— Понимаю, — кивнул Джо. — Значит, вы с полной уверенностью утверждаете, что никогда и ни при каких обстоятельствах не нарушили даже малейшей части тайны завещания?
— Да, сэр.
— Не могли бы вы коротко рассказать все, что вы делали… ну, скажем, с момента окончания ланча?
— Да, сэр. Сразу после завтрака я измерила давление и температуру больной. Все было в норме, и я немного почитала ей, как обычно это делаю. Солнце сильно пекло, и я задержала больную в комнате, а позже, когда солнце немного опустилось, вывезла ее на террасу. Еще раньше я приготовила томатный сок, но оставила его в комнате, и теперь взглянула на часы и увидела, что пора его подавать. Тогда я вошла в комнату и тут же услышала выстрел наверху. А поскольку перед этим я видела издали группу людей в главной аллее, я выбежала и крикнула… А дальше вы уже знаете, правда?
— Да. А в котором часу мистер Кемпт отправился в бассейн?
— Мне трудно сказать точно, сэр, я, конечно, не смотрела на часы, когда он проходил. Но я заметила его, потому что он вышел в халате и, проходя мимо, что-то сказал мне. Я не помню точно слов, но вроде того, что, мол, страшная жара, а я ответила, что, мол, да, очень жарко и, вероятно, будет гроза. Потом мистер Кемпт направился через газон к бассейну. Это было примерно за четверть часа перед выстрелом, а может, чуть меньше. Я не могу определить точно, сэр.