Гневная любовь (СИ)

— Мач! — тут же раздалось мне в спину, — Хватит меня смуща…
Вообще, это слегка неразумно, окликать движущего столь страстным и довольно громким тоном. Просто потому, что тот бездумно останавливается и бездумно разворачивается, сильно интересуясь своим так выкрикнутым именем. Поэтому, если ты бежишь за ним, то будь готова впилиться своим выдающимся бюстом тому в грудь, чтобы в итоге быть обнятой руками за талию. Ну и договаривать, естественно, про смущение, в весьма компрометирующей позиции. Покраснеть и забрыкаться — это опционально, но в данном случае вполне уместно.
— Пус-ти…, - задышала нервно-нервно суккуба, суматошно молотя меня по носу кончиком хвоста, — Пусти! Пусти! Пусти! Пусти!
— Не пус-тю, — отказался я, продолжая нежно удерживать пальцами горячую женскую талию, — Нам нужно кое-что уточнить! Сосредоточься на моих словах!
— Не могу! — издала девушка крик души… тут же вломив мне своим рогатым лбом по шлему!
Зазвенело. Нет, я, конечно, стойкий оловянный солдатик, танк, Герой и прочая-прочая, но когда некто усиленный аж выше 500-го уровня играет с тобой в вдвшника и бутылку, то последствия вполне ожидаемы — поймать оглушение, выпустить тело из загребущих лап, сделать пару оборотов вокруг своей оси, а затем с лязгом присесть у стеночки, ловя вертолеты.
— И что… это… было?! — выдохнула настороженно косящая на меня демоница, волнительно дышащая грудью. С приложенной к этой самой груди ручкой. И отбежавшая на пару шагов. Красная… как рак. Нет, как рак — это она обычно, а сейчас тёмная вся такая, взволнованная.
— Хотееееел, — протянул я, пытаясь найти точку опоры в этом кружащемся мире, — …поговорииить… о наших… отношееееенияяяяях…
— И для этого меня надо было хватать за всякое?! — едва не исходящая паром девушка сама щупала себя за помацанное «всякое» с возмущенным видом. Потом вдруг осеклась, посмотрев на меня подозрительно, — О каких отношениях?!!
— Нуу…, - голова кружилась, Система подмигивала какими-то «оглушениями», «дезориентацией» и прочими хорошими вещами, — Ты мне… нравишься. Я тебе… нравлюсь. Но мы оба старые… солдаты и… не знаем слов любви. И… не остаемся наедине. Никогда. Вот… остались. И я решил…
— Кто тебе сказал, что ты мне нравишься?! — совсем неубедительно даже для оглушенного меня фыркнула суккуба, отворачиваясь.
— Ты, — предельно честно ответил я, — В Тантруме. Пьяная. Ты тогда много чего сказала.
— Что именно?! — вмиг оказавшаяся рядом демоница, взяв меня за грудки доспеха, начала бешено трясти, — Что я говорила?!! Когда?!!! КАААААК?!!!
Говорить я не мог, только лишь мелко и больно стучаться затылком о стену, но и не понадобилось. Нанеся мне травмы, слегка совместимые с жизнью, суккуба всхлипнула, села на задницу, сгорбилась, пряча лицо в ладонях, а затем захотела умереть. Вслух. Вот так и провели следующие минут десять — я пытался собрать мозги в кучу, а краснокожая красавица, сгорающая от стыда, что-то подвывала себе в ладони. Пришлось, едва придя в сознание, перебазировать свой бронированный зад ближе к девушке, с целью утешительного объятия за плечо.
— А давай на свидание сходим?! — предложил я в темно-красное ухо, соблюдая приличную дистанцию. И тут же отворачивая голову, для обозрения такой интересной стены, чтобы суккуба без внутренних терзаний могла достать из ладоней заплаканное личико и заинтересованно им повернуть ко мне.
— М-мы? Как? — робко пискнула девушка.
— А в плащах анонимности. Валеру достанем сначала, а потом сходим. Мороженого поедим. Поговорим как взрослые люди. М?
Сразу она, как приличная женщина, не согласилась, только вот после того, как я рассказал, куда и как укатилась романтика в этой жизни, вот тогда да. А чего можно ждать от мужика с гаремом, которого первый раз чуть не изнасиловали по пьяни, со второй у него получилось по ошибке, третья упала на него на пляже (или он на неё?), а четвертую самым гнусным образом подсунули?! Какой-такой романтИк может быть, когда мы из огня и в полымя, да еще и всегда вместе везде, кроме туалета? (вот здесь пришлось приврать, чтобы не травмировать нежную суккубью душу)
 
Долго ли коротко ли, спустя пару «жаров души» и полчасика душеспасительных бесед, она сказала «да», затем вскочила, отряхнула попку, и пошла себе красиво дальше. А за нею я с улыбкой до ушей. Ну нравится мне эта девушка, нравится. Чего скрывать?
В конце, точнее на дне этого неприятного подземелья, в зале, где должен был быть босс, был Валера. Злобно сопя, пыхтя и визуально торжествуя, он гонял своим большим черным мечом пятерку… Авантюристов, периодически пытающихся дать ему сдачи. И не просто случайных Авантюристов, а самый настоящий, можно сказать, классический отряд из трех девочек, одного гнома и… Героя 52-го уровня, принимающего на свой большой, двуручный и широкий меч удары почти такого же меча Чемпиона Тьмы.
Разыгрывающаяся перед нашими с суккубой глазами трагикомедия медленно приобретала черты драмы. Герой, беловолосый юноша с глазами сапфирового цвета, жалобно вопил о исцелении каждый раз, как получал мечом по мечу от Валеры, его жрица, изящная тонкая эльфиечка почти неполовозрелого возраста, была уже мокрой от пота как мышь, прыгающая вокруг неё с синими флаконами жидкой маны зверолюдка-зайчик в кожаном доспехе тоже не излучала энергию, ну а гнома и полурослицу, пытающихся помочь Герою, Валера так метко отпинывал своими сапожищами, что мне даже их расовую принадлежность разобрать было тяжело. Всё время кувыркались.
Чемпион не спешил разобраться с уставшими противниками. Будучи сильнее, с куда более качественным снаряжением и под усиливающими заклинаниями, он торжествовал, медленно неся смерть и разруху методом забивания бедолаги Героя. Валерий даже придерживал свои удары, когда таращившая в испуге глаза жрица определенно не успевала с завершением исцеляющего заклинания. Правда, уровень паршивца по-прежнему был 11-ым…
— Похоже, они зачистили подземелье прямо перед ним, — шепотом поведал я переставшей от меня шарахаться (ура!) демонице. Девушка со знанием покивала, продолжая рассматривать бесплатное зрелище. Ну, это дело понятное, ей-то что со всего этого? Нет, я бы девочек… то есть, девочек-то я б определенно в обиду не дал бы, но герои и гномы тут причем? Толку с них, как с козлов молока.
С другой стороны, отчаянно защищающиеся и не такие уж высокие уровнем девочки и мальчики сумели зачистить очень неприятное подземелье, а теперь еще держатся в ситуации, когда дела совсем швах. Они определенно заслуживают жить дальше.
Валера слишком увлекся угнетением слабых, поэтому, внезапно оказавшись схваченным за шкирку и поднятым в воздух, слегка не понял происходящего. Засопев как страдающий ожирением ёж, он подёргал свой меч, пойманный мной свободной рукой за клинок, затем пошевелил толстым задом, думая, что за что-то зацепился, а затем всё-таки догадался оглянуться посмотреть, что ему там мешает жить. Ну и наткнулся взглядом, разумеется, на мою добрую всепрощающую улыбку.
— Неееееееееет!! — тут же засучил ножками толстый говнюк, — Нееееееееееет!!!
— О да, засранец… О, да…, - предвкушающе оскалился я, — Готовься к последствиям!
И тут же, недавно заученным движением, элегантно взмахнул орущим от ужаса толстячком, уводя его бренное тело с траектории выпада меча улучшившего момент Героя, а затем и припечатывая нечестного ухаря тушкой Чемпиона сверху. Бам! Один потерявший нажитую непосильным трудом броню Герой без сознания, но зато с дебильной улыбкой удовлетворенного человека. Держу пари, что никто еще до этого ни одного попаданца с Земли таким образом не удовлетворял! Даже не знаю, как назвать подобное извращение… но ничего, мне с моим титулом — можно всё!
Девушки испуганно забубнившие, побледнели и отступили, тревожно вскрикивая, но тут же заткнулись, когда на более-менее освещенное место выступила Митрагард. Они даже, судя по выражению лиц и глаз, сразу прошли стадию падения в обморок от ужаса и приступили к стадии прощания с жизнью. Это мы сейчас поправим.