Гневная любовь (СИ)
— Они одна из старейших рас демонов, прижившихся на Фиоле, — мяукнул министр, — Хищные инстинкты грайвенов сильно притупились, но вот физические кондиции очень высоки, если сравнивать с коренными жителями этого мира. К сожалению, способности к магии у всей расы в зачаточном состоянии, иначе бы, я уверен, грайвены занимали все руководящие посты в армии Империи…
Попытавшийся удрать Валерий был ловко сбит с ног метнувшей один из своих сапогов Тами. Удар не причинил гаденышу ни малейшего вреда, он лишь перекатился колобком, а затем неуклюже поднялся на ноги, намереваясь драпать дальше, но тут ему на пухлую рожу села шляпа Саяки и… как оказалось тоже бессильная против бесчестного злого класса. Но лишь с точки зрения очков здоровья! Отодрать от лица шапку у пацана не вышло, от чего его и так подточенная моими подзатыльниками сила воли дала трещину. Бухнувшись толстым задом на каменные плиты, Валера отдавался на волю печальных чувств, пока я не затащил его в портал.
Нас ждал Шварцтадд.
Первое, что я увидел при выходе из портала, было огромной манульей жопой, что представляло из себя зрелище хоть и эпическое, но совершенно неинформативное на фоне вопящих голосов:
— Убить демонов!
— Бейте их!!
— Во славу Света!!!
— За Шварцтадд!!!
— Врассыпную! — рявкнул уже я своему девичеству, совершая вратарский рывок в бок. Ну а что еще делать, если жаба-Генерал только начала выпячиваться из портала, блокируя нам путь назад, а манулотавр, загораживающий собой всё, что можно, негодующе шипит и машет лапами, отхватывая по морде заклинаниями?
Первым на меня кинулся молодой эльф в черной одежде с двумя длинными кинжалами в руках. Получив сапогом прямо в неприличное смазливое лицо, он улетел с глухим воплем куда-то назад, попутно лишаясь своей модной черной униформы в стандартном уже для меня действии «грязной победы». Немного удивившись такому явлению, я выполнил рывок к виднеющемуся в десятке метров позади бывшего местоположения эльфа магу, колдующему что-то громоздкое. Взвыл воздух, раздались крики. Быстро двинув магу в зубы и вновь увидев внезапно оголившееся тело с закаченными от счастья глазами, я мельком оглянулся, чтобы увидеть приземляющиеся тушки других единиц противника, откинутых моим улучшенным навыком. Среди них были также Тами и Мимика, которые, приземлившись, посмотрели на меня очень нехорошо. Беда, однако.
— Сдохни, тварь! — на меня кинулся самый настоящий рыцарь с самым настоящим двуручным молотом наперевес. И отловил тем, что я держал в руке. Точнее, кого. Толстым Валерой снесло не успевшего среагировать воина вбок, а я, подчиняясь каким-то дремучим инстинктам, подставил глухо воющего Чемпиона Тьмы под молнию, что выпустила по мне юная и очень красивая эльфийка с большой грудью, ровно перед моментом, когда ей на лицо упала очень хорошо знакомая шляпа.
Дальше всё было просто. Уровни тех, кто организовал на нас засаду, совсем не дотягивали до среднего по больнице среди всего дипломатического коллектива. Зато их было много, они были тревожные, орали что-то гневное, но разлетались как кегли. Особенно от Валеры. Я, как и всегда, не собираясь без лишней нужды убивать, поэтому размахивал бронированным орущим мальчишкой, исправно разбрасывая суетящихся, орущих и вслух ненавидящих нас разумных. Остальные делали приблизительно тоже самое, за исключением Лилит и Картавра — оба Генерала, действующий и бывший, зацепились как-то на потолке и переговаривались между собой, не забывая обливать засадников презрительными взглядами.
— Эй! — попытался я воззвать к совести этих монстров, — Вы чего?!
— Они все от 60-го и ниже, Мач…, - закатила глаза Лилит, тоже стоя головой вниз на потолке, — Постарайтесь никого не убить. Заурморрхавн! Вынь жреца из-под средней левой лапы, он сейчас задохнется!
Ууу… данон.
Мог бы и сам догадаться, глядя как Матильда с азартным визгом забивает какого-то паладина своими золотыми колотушками, но ладно. Внезапность все спишет.
— Товарищи! — обратился я к товарищам, — Передаем этих мне по одному! Я их бить буду!
Кулинарный молоток, благословленный одной случайно ушибленной мной богиней, сработал прекрасно. И так уже изрядно пожуханные испугавшимися девчонками личности орали от восторга, лишаясь одежды и сознания с одного удара, складываясь в кучу у ног. Я чувствовал бы себя намного героичнее, не удерживая в левой руке толстого мальчика, но вот отпускать его на волю было ссыкотно. Валера хочет удрать, Валера почти неуязвим ни для кого, кроме меня, Валера способен доставить неприятностей. Лучше я ему доставлю, все равно таких толстых детей никто не любит кроме мамы и бабушки.
Засадников в телепортационном зале оказалось как бы не пять десятков, так что куча получилась большая. Девушек и женщин, даже гномов, я милосердно складировал повыше под негодующее фырчание Саяки и Мимики. Тем временем Лилит пропала, отправившись на разведку, а толстый и красивый жаб Картавр, спрыгнувший с потолка, добыл из инвентаря магикон, потыкал в него толстым пальцем, а затем принялся исправно стучать Сатарис о происходящем. Были жертвы, так как грайвены, в отличие от нас, милосердием не страдали. Правда, многое наворотить десяток синекожих громил, слегка опоздавших на сейшн, не успел.
— И что теперь будем делать? — спросил я манулотавра, спокойно вылизывающего себе руку. Кошак, здоровый как «газель», вызывал сейчас мое нездоровое любопытство — а как он другие части тела вылизывает при своей толщине и габаритах?
— Сидеть, ждать, — мяукнул министр, — Эта засада — точно не дело рук Кратура Эгноса Диццендорна. Его хотят дискредитировать. Империя впадает в смуту, Крайм-сан, а мы должны успеть до того, как всё расползётся по швам.
— Угу, расползти всё по нужным нам швам, — вздохнул я, получил кивок в знак согласия и пошёл выяснять, как там дела у моих пираток. Уставший орать Валера смирно болтался в левой руке и, кажется, уже больше ничего не хотел.
Ждали мы долго, не решаясь никуда выходить до возвращения Лилит. Отходить от портала было неразумно, запустить его со стороны Империи Тьмы было делом минуты после звонка любого из наших сопровождающих. Бродить по круглому подземному залу быстро всем наскучило, поэтому девушки, прикрывшись тушей свернувшегося в огромный меховой шар манулотавра, затеяли пикничок. Картавр, вновь забравшийся на потолок, задремал, а я, отсортировав и связав гору голых и вырубившихся налетчиков, сел в темном уголке воспитывать осипшего Валеру. Дело шло тяжко, но попыток я не оставлял.
Наладить коммуникацию с ребенком — первый шаг для воспитателя!
Наверное, я слишком увлекся, бурча в толстое бледное ухо несносного говнюка свои угрозы, поэтому банально прошляпил целую толпу рыцарей, магов и прочих одетых в обтягивающее эльфов с луками, ворвавшихся в зал. Вырвавшийся вперед стада гном в золоченых шикарных доспехах окинул взглядом неподвижного манулотавра, и, благополучно просрав детекцию меня любимого, как и разложенных вдоль стеночки голых тел, тут же возопил громоподобным голосом:
— Мы опоздали! Делегация Империи Тьмы мертва!
Топчущиеся за ним разумные хором заблеяли нечто самоуничижительное и якобы расстроенное, но меня этот спектакль не впечатлил совершенно. Он даже Валеру, сверлящего меня убийственным взглядом, лишь заставил дёрнуть бровью.
— Не доф-дётесь! — испортила гному спектакль высунувшаяся из-за проснувшегося Зауррморрхаввна Саяка, дожевывая какую-то сдобу. Грайвены тоже выбрали подходящий момент, чтобы выпереться всем десятком из-за манулотавра со зверскими выражениями на рожах и неприятными холодными орудиями в руках.
— Вы живы! — дал петуха гном, делая шаг назад. Валера еще раз дёрнул бровью. Валеру я понимал. Такую дешевую импровизацию себе даже бомж, выпрашивающий у «пятерочки» на опохмел, позволить бы себе не мог.
— А еще мы здоровы, — добавил манулотавр, медленно и эпично разворачиваясь из гигантского клубка в трехметрового гиганта, при виде которого большинство наших «спасателей» дружно сделало шаг назад.