Подмастерье палача (СИ)

— Вот мы и пришли, приятель, — осклабился "красный платок". — Там тебя ждет Кривой Жюль.
"Если это таверна, то, где пьяные и шлюхи? Или ради меня закрылись на спецобслуживание? Ладно. Зайдем — спросим".
— Здесь? — спросил я, добавив в голос растерянности и оглядываясь по сторонам. — Кривой Жюль?
— Иди живее, урод, а то нам еще на дело идти, — усмехнулся убийца, явно расслабившись. Бандиты, похоже, чувствовали себя здесь, как дома. В отличие от них, я напрягся, готовя тело к схватке.
Ловлю короткое мгновение, когда "красный платок" начал поворачиваться лицом в сторону таверны, частично утратив надо мной контроль, а убийца, тем временем, решил развлечься. Ухмыляясь, он выбросил в мою сторону руку с ножом. Это был не столько удар, сколько движение, чтобы напугать меня, вот только эта шутка ему дорого обошлась. В следующую секунду его рука с ножом отлетела в сторону, а мой кулак смял ему трахею. Он еще только начал хрипеть, как "красный платок", устрашенный видом своего подельника, не рискнул лезть в драку, а вместо этого попытался выхватить из-за пояса нож, подарив мне пару секунд форы, которыми я не замедлил воспользоваться, сломав ему нос. На какое-то мгновение резкая боль парализовала бандита, а уже в следующее мгновение острие ножа вонзилось ему в горло. Хрипя, с залитой кровью грудью, он еще стоял на ногах, когда окровавленное лезвие моего ножа нашло новую жертву. Убийца умер, даже не осознав факта своей смерти. Быстро оглянулся по сторонам, нет ли свидетелей, затем пробежал взглядом по окнам таверны, но и там не было видно суеты.
"Если они ничего не слышали, то увидеть в сгустившихся сумерках, тем более, ничего не могли. Да где же они? — и тут же с удовлетворением отметил, как из-за угла ближайшего здания вынырнули четыре темные фигуры и быстро направились ко мне. Только после этого, я наклонился и вытер лезвие ножа об одежду убийцы.
— Удивил, — коротко одобрил мои действия Алан, а в глазах молодых шотландцев читалось восхищение.
Теперь начиналась работа наемников, ради которой они были наняты. Дуглас поднялся на ступеньку, затем резко толкнул дверь и быстро вошел. Вслед за ним быстро переступил порог Алан, а уже потом я, и тут же сходу меня обдал густая вонь, состоявшая из запахов прокисшего пива, горелого жира и застарелого пота. В зале таверны стоял полумрак. Оплывшие свечи отбрасывали лишь тусклые мерцающие блики на стены и низкие потолки с потемневшими от времени балками, еле-еле освещая грубо сколоченные столы и скамьи. На полу лежал, грязный и заплеванный, давно не менявшийся, тростник.
Мое предположение оказалось верным, никого, кроме четырех бандитов, сидевших за столом и пивших вино, не было. Возле очага, где висел котел, исходящий паром, стояла пожилая женщина с грязными, лоснящимися от жира, волосами и помешивала варево длинной деревянной ложкой. Кроме них в зале находился лысый здоровяк с маленькими свинячьими глазками, подпиравший стену в нескольких метрах от двери. В правой руке он держал дубинку. Стоило нам войти, как наступила тишина, которую первым нарушил лысый верзила, резко оторвавшийся от стены и теперь, всем своим видом, выражал готовность кинуться в драку. Похоже, его единственного не удивило наше появление. Удивление и начавший проступать в глазах бандитов страх, говорили о том, что те не так представляли нашу встречу. Главаря, Кривого Жюля, я определил сразу, по бельму на левом глазу.
— Удивлены, господа? — не удержавшись, съехидничал я.
Их растерянность длилась недолго, и уже в следующую секунду, бандиты, выхватив ножи и кинжалы, вскочили на ноги. Главарь не успел открыть рот, как вышибала, словно получив сигнал к схватке, замахнулся дубинкой на рядом стоящего Клайда. Ответный удар меча шотландца разрубил ему череп. Тело вышибалы еще не успело рухнуть на пол, как раздались команды Алана: — Дверь на засов! Кто дернется — рубите!
Судя по проявившемуся страху на их лицах, молниеносная расправа в достаточной степени впечатлила грабителей и убийц, заставив их замереть на месте.
 
"Теперь можем и поговорить, — определил я состояние бандитов.
Только я шагнул в их сторону, как бандиты подались назад, за стол, дававшего им, хоть иллюзорную, но пусть и такую, защиту от нападения.
Не успел я встать, как рядом оказался Алан, причем он сделал так, чтобы разошлись полы длинного черного плаща. Под ним бандиты увидели тусклый отблеск доспехов и висевший на поясе меч. Напряжение усилилось до предела. Страх и растерянность еще поддерживали равновесие, но злоба и отчаяние бандитов вот-вот должны будут нарушить равновесие и начнет литься кровь, чего я не должен был допустить. Я пришел сюда, чтобы получить ответы на свои вопросы, а покойники не говорят, чтобы не говорили по этому поводу средневековые сказочники. Не успел я открыть рот, как коренастый бандит, стоявший по левую сторону от главаря, вдруг воскликнул: — Кривой! Я его знаю! Он подмастерье палача!
Городского палача ненавидела и инстинктивно боялась вся эта человеческая падаль, так как он олицетворял неотвратимое возмездие, которое ждало всех воров и разбойников. Неужели это возмездие явилось к ним сюда? Только почему в облике помощника палача, а где прево с его стражей? Бандиты, растерялись, явно не понимая, что происходит. Да, они готовили западню на крысу, но как в ней оказался подмастерье палача и четверо воинов?
— Кривой Жюль, ты главарь "Красных плащей"?
— Я?! Да ты сошел с ума! — в глазах главаря, как и в его голосе, читалось недоумение и облегчение. У него появилась призрачная надежда, что это ошибка и он останется жив. — О них я только слышал!
— Зачем тогда приглашал меня на встречу?
От моих слов главарь дернулся, словно от удара. Только теперь, похоже, он что-то понял, потому что разразился невнятными воплями:
— Морион! Тварь! Сучка! Эта подлая шлюха знала, что ты подмастерье палача! И ничего мне не сказала! На лоскуты порежу!
"Значит, Морион. И Амелия. С ними все ясно, но кто тогда были те два мужика в таверне?".
— Судя по ловушке, которую ты мне устроил, Морион сказала, что пошлет к тебе шпиона, который хочет узнать о "Красных плащах". Так?
— Да пошел ты к дьяволу! — попытался храбриться главарь, но судя по его бледному лицу с крупными каплями пота на лбу, ему было страшно.
— Ты с ними как-то связан, а иначе зачем тебе заманивать меня в ловушку.
Говори.
— Жизнь оставишь?
— Только если ты докажешь, что это не вы "Красные плащи", а затем расскажешь все про них.
— Да не мы это! Не мы! Клянусь святым Николаем! — воскликнул один из бандитов. — А про тебя мы узнали только сегодня, от Кривого!
— То есть, вы все, ничего не знаете?
— Нет! Не знаем! — раздались голоса бандитов.
— Тогда вы мне не нужны. Кривого — живым!
Только я успел это крикнуть, как клинок Алана с легким шелестом покинул ножны. Головорезы даже не пытались сопротивляться, заметавшись, как глупые овцы, между столами. Спустя несколько минут все было кончено. Тела головорезов лежали там, где их настигла смерть. Хозяйка таверны скорчилась в луже крови, рядом с бочками, стоявшими у стены, а недалеко от нее, корчился на полу, держась за разрубленное плечо, главарь. Пока остальные шотландцы шарили по таверне в поисках чего-либо ценного, мы с Аланом приступили к допросу пленника. Кривой не сразу начал говорить, а только после того, как шотландец испытал на нем остроту своего кинжала. Спустя какое-то время мне стало известно, что Жюль когда-то входил в шайку Дворянина, но тот потом неожиданно разделил людей на две группы, назначив Кривого главарем второй банды.
— Кто убил королевского гонца?
— Он, Дворянин. Я признаюсь в грабежах и убийствах купцов, но это он наводил нас на них и за это мы отдавали ему треть добычи.
— Зачем оставляли на трупах красные лоскуты материи?
— Не знаю, — прохрипел Кривой.
— Алан, выколи ему глаз.