Дивный новый мир финансов
Мобильными приложениями для проведения безналичных операций сегодня вооружено почти все взрослое население Китая. Согласно китайским источникам, число активных пользователей WeChat Рау оценивается в 900 миллионов. У конкурирующего сервиса АНрау насчитывается 500 миллионов пользователей. Итого получается 1,4 млрд, пользователей, что соответствует численности населения Китая. Конечно, число пользователей не равно числу людей, за несколькими пользователями иногда может скрываться один человек. Но в целом большая часть взрослого населения уже охвачена мобильным банкингом. В сельской местности приобщение к такому средству безналичных расчетов и платежей происходит высокими темпами – в силу того, что там недостаточно развита традиционная банковская инфраструктура (офисы кредитных организаций и банкоматы).
Примечательно, что подавляющая часть пользователей сервисов WeChat Рау и Alipay – граждане КНР. Из западных сервисов мобильных платежей наиболее известен Apple Рау, который предустановлен на всех iPhone. Но число пользователей этого сервиса – всего 127 миллионов. К тому же они не привязаны к какой-то конкретной стране, распределены по всему миру.
Вернусь к докладу «World Cash Report 2018». Компания G4S, подготовившая его, своих социологических опросов в Китае не проводила. Но опросы, касающиеся наличных и безналичных денег в Китае проводили другие компании. Согласно одному из опросов, 92% респондентов в крупнейших городах Китая отметили, что сервисы WeChat Рау и AliPay являются для них основным способом оплаты. Кстати, авторы доклада «World Cash Report 2018» ссылаются на одно социологическое обследование, которое показывает, что 84% опрошенных китайцев готовы хоть завтра начать жить в обществе, где наличных денег не будет вообще.
Alibaba и Tencent – два гиганта, захватившие мобильную связь, обеспечивающие общение людей через интернет (различные мессенджеры), а теперь еще и денежные сделки с помощью мобильного банкинга. Фактически в их руках оказываются гигантские массивы информации о практически всех взрослых людях, живущих в Китае.
Данные о мобильных платежах дают возможность этим гигантам составить детализированный профиль каждого пользователя. Alibaba и Tencent могут создавать (и создают) новые мобильные приложения, через которые продвигаются разные товары и услуги. Например, система фиксирует оплату детского питания смартфоном в магазине. Компания Alibaba (или Tencent) начинает направлять клиенту рекламу различных детских товаров, которые можно купить с помощью специального приложения.
Сегодня государство в Китае активно развивает систему социального рейтинга, которая аккумулирует информацию о каждом человеке из различных источников. Затем на основе этой информации составляется профиль человека и ему выставляется рейтинг, фактически определяющий место человека в социальной иерархии со всеми отсюда вытекающими привилегиями и ограничениями. Я об этой системе уже писал [43]. К формированию системы социального рейтинга китайское государство привлекает и таких гигантов, как Alibaba и Tencent, которые собирают ценную информацию через мобильные приложения WeChat Рау и АНрау. Впрочем, эта сторона деятельности компаний, накрывших всю страну системой мобильных платежей, китайцев почему-то мало волнует. Может быть, это и есть та главная причина, которая предопределила такие головокружительные успехи Китая в деле построения безналичного общества. Европа в этом плане более консервативна. Многие европейцы небезосновательно опасаются, что полный отказ от наличных денег будет означать завершение построения электронного концлагеря. Даже в Швеции, которая оказалась на первом месте в рейтинге стран, наиболее эмансипировавшихся от наличных денег, согласно социологическим опросам, около 2 процентов граждан категорически против полного отказа от наличных денег.
Раздел VII.
Майские указы президента и национальные проекты РФ
Майские праздники – это как майские указы президента. Точно никто не знает, что там к чему, но обязательную программу выполнить придётся. Кстати, а может быть, это праздники в честь этих указов и есть? А может, это и была суть указов президента? Знаете, боюсь, придётся смириться с тем, что мы этого никогда не узнаем.
Государственные финансы – это искусство передавать деньги из рук в руки до тех пор, пока они не исчезнут.
Производительность труда в России будут повышать с помощью «потемкинских деревень»
Продолжу разговор о целевых показателях майских президентских указов 2012 и 2018 гг. Я уже рассмотрел исполнение указа Президента РФ от 7 мая 2012 г. №596 «О долгосрочной государственной экономической политике» по трем показателям: 1) количество высокопроизводительных рабочих мест; 2) относительный уровень инвестиций в основной капитал (по отношению к ВВП); 3) доля продукции высокотехнологичных и наукоёмких отраслей экономики в валовом внутреннем продукте. Результаты проверки неутешительные: полный провал в выполнении указа по перечисленным показателям.
Четвертым в списке показателей указа № 596 стоит следующий: «увеличение производительности труда к 2018 году в 1,5 раза относительно уровня 2011 года».
Прежде чем перейти к рассмотрению результатов исполнения указа по четвертому показателю, отмечу, что производительность труда считается важнейшим показателем эффективности экономики. Согласно нынешним экономическим теориям результаты экономической деятельности определяются вкладом трех основных факторов производства: 1) рабочей силы («живой труд»); 2) капитала (имеются в виду основной капитал в виде производственных фондов, или «овеществленный труд»); 3) природные ресурсы. Эффективность использования основного капитала измеряется с помощью показателя фондоотдачи, эффективность использования природных ресурсов – показателем материалоемкости. А вот эффективность «живого труда» измеряется именно с помощью показателя производительности труда.
На протяжении многих лет разного рода экономические исследования и публикации в СМИ твердят о том, что у России гигантское отставание о «цивилизованных» стран по уровню производительности труда (ПТ). Хотел бы внести некоторую ясность в данный вопрос. Статистические службы большинства стран мира рассчитывают показатель ПТ по простой формуле: произведенный экономикой (отраслью, сектором, предприятием) продукт, поделенный на величину трудозатрат. Продукт считается по-разному: одни статистические службы считают валовой продукт, другие – чистый продукт (т.е. только добавленную стоимость). А трудозатраты измеряются в человеко-часах, т.е. они зависят от численности работников и времени их участия в производстве. Таким образом, производительность труда измеряется в денежных единицах в расчете на 1 человеко-час.
К сожалению, Росстат в таких единицах производительность труда не измеряет (по крайней мере, в таком виде данных не публикует). Он дает лишь относительные показатели – индексы ПТ. Поэтому сравнивать ПТ в России и других странах на основе российской статистики не представляется возможным.
Но есть кое-какие зарубежные оценки, которые позволяют такие сравнения провести. Так, по оценкам Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в 2014 году среднечасовая выработка на одного работника в Российской Федерации составила 25,9 долл. В то же время в США она была равна 67,4 долл., а в Европейском Союзе (среднее значение) – 55,9 долл. Даже в такой неблагополучной стране ЕС, как Греция, показатель составил 36,2 долл. Получается, что в США ПТ была в 2,6 раза выше, чем в России, а в ЕС – в 2,2 раза.
Одно из последних международных сопоставлений ПТ содержится в докладе Национальной статистической службы Великобритании (НССВ). Она провела в 2017 году сравнительный анализ ПТ в Европейском Союзе и в Российской Федерации по основным секторам экономики.