Сказки Космоса (СИ)

«Так вот что может ее уязвить, — подумала Кирина. — Правда».
Лернэ приподнял голову и робко взглянул на заступника. На его иссохшем лице не было и тени благодарности или надежды, только изумление и страх. Рот Утавегу скривился крутой дугой, обнажив пурпурные десны.
— Гамаюн, что ваш щегол себе позволяет?! Уймите его немедля!
— Охотник Охотнику не указ, — пожал плечами старый аёрнец. — Алконост дал присягу, и я более не властен его унимать.
— Капитан, — гидра обернулся к Церсею, ища поддержки у него.
— Смотрите на меня, Мастер Утавегу, — скрежетнул клювом Алк. Звук вышел такой, будто где-то рядом точили друг об друга два ножа. — Я здесь перед вами, и вы можете говорить со мной, а не искать того, кто сумеет меня заткнуть.
Гарпии подняли одобрительный гвалт.
— Лернэ, конечно, тот еще книжный червь, — при насмешливых звуках этого голоса, Лагерт сморщился так, что зеленые глаза совсем утонули в седом мехе, и его лицо сделалось похожим на пушистый помпон. Бастет стоял, подбоченясь, и его усы вибрировали от возбуждения. — Но вряд ли ему доводилось читать о профилактике самоубийств. Линда ведь вздернулась, я правильно догадался?
Инга Реон задохнулась от гнева. Щеки под вуалью пошли багровыми пятнами, совсем как у дочери в моменты бессильной злобы.
— Мастер Утавегу огласил причину смерти Линды Реон, — подал, наконец, голос Церсей. — Не нужно строить глупых догадок.
— А то что, Капитан? И меня отправите домой с Позором? — усмехнулся Бастет.
Среди мантикор раздался смех. Дерзкие слова принца пришлись им по нраву.
— Довольно, — пророкотал Церсей, посмотрев прямо на Метеора. — Мастер Утавегу принял решение в отношении Лернэ, Алконост. Ты можешь считать его справедливым или нет, но обязан уважать. Если слова Утавегу тебе недостаточно, то знай: его поддержали все Мастера. Потому призываю тебя успокоиться и не поднимать смуту в этот тяжелый час.
— Я ждал от тебя иного, Церсей, — процедил Алконост.
— Здесь и сейчас я, в первую очередь, Капитан, — дракон попытался произнести это ровно, но в его голосе затрещала жесть.
— Как удобно быть Церсеем за столом, а в час беды назваться Капитаном, нацепить звезды на мундир и стоять тут, вскинув рога и пряча глаза, — слова Алка в ответ прозвенели сталью.
Дракон и гарпия замерли, прожигая друг друга взглядами. Церсей неосознанно склонил голову, выставляя вперед рога, Алконост, напротив, запрокинул свою назад, демонстрируя острый клюв.
— На твоем месте, я вел бы себя осмотрительней, Метеор, — забурлил Утавегу, утратив всякое самообладание. — Ты сейчас не в том положении, чтобы вытворять что вздумается.
Его угроза поразила совсем не ту мишень, что он ожидал.
Селена охнула и сорвалась с места.
— Прошу простить Алконоста, уважаемые Мастера, — выкрикнула она, вцепившись в его плащ. Аёрнец удивленно посмотрел на землянку. — Смерть Линды ужаснула всех нас, но Алк был одним из первых, кто нашел ее тело. Боюсь, он не в себе.
Удивление во взгляде гарпии сменилось потрясением.
— Селена…
— Позвольте мне принести вам соболезнования от лица Алконоста, госпожа Реон, — перебив его, воскликнула Сорса, встав между ним и владелицей Фармоса. — Мои собственные соболезнования вы увидите в Сказках космоса. Я готовлю большой некролог по вашей дочери.
Инга Реон хранила молчание. Глаза, острые и холодные как два кинжала, вонзились в лицо Селены. Сорса набрала воздуха в грудь.
— К утру весь мир узнает, как Линда сгорела, отдав себя великому делу, — громко произнесла она. — Ваша дочь войдет в историю героиней.
Секунду Инга Реон оставалась неподвижна. Затем краска сошла с ее тяжелых скул, и она медленно кивнула. Селена взяла Алконоста за руку и потянула прочь. Метеор не сдвинулся с места.
Опасаясь, что он сболтнет еще что-то, Селена решила не мешкать. Она ухватила аёрнца за шею, притянула к себе и быстро зашептала ему в ухо. Мастера растерянно переглянулись, но не нашлись что сказать. Гамаюн, сощурившись, наблюдал за секретным совещанием посреди переполненного атриума. Кирина была готова поклясться, что перья по бокам от его клюва шелохнулись.
 
Алконост выпрямился и кивнул. Селена снова потянула его прочь, и в этот раз он позволил себя увести.
Утавегу победоносно раздул зоб.
— Девчонка крутит этим щеглом, как ей вздумается, — презрительно булькнул он.
Капитан подозрительно покосился на Гамаюна.
— Нет никого опасней девчонок и щеглов, когда они действуют заодно, — задумчиво произнес тот. — Ваша жизнь, Мастер Утавегу, обещает быть достаточно долгой, чтобы убедиться в этом лично.
  
Глава 30. Брат и сестра
 
Как только Утавегу возвестил, что собрание окончено, в дверях образовалась толкучка. Пришельцы спешили убраться подальше от обеих Реон: и той, что недвижно лежала в гробу, и той, что стояла над ним, грозя заморозить любого своим ледяным взглядом. Лишь несколько гидр из Комитета коммуникаций нерешительно подобрались к хрустальному саркофагу. Но, убедившись, что Мастер заметил их жест, сбежали и они.
Кирина так отчаянно прорубала себе путь локтями, что выбралась наружу одной из первых и устремились прямиком в жилой сектор. В том, что Селена и Алконост что-то задумали, она не сомневалась ни секунды, и если это могло спасти Лернэ, она должна была помочь.
Кирина взмыла по лестнице, перелетая ступени, и уже бежала к апартаментам, когда кто-то с силой толкнул ее в стену, едва не сбив с ног. Девушка ударилась лопаткой и возмущенно обернулась, чтобы тут же встретить плечом тычок кулака. Перед ней стоял Бруно.
Брат тяжело дышал, глядя на нее исподлобья. Кирина потерла ушибленное плечо. Пухлые ладошки, которыми Бруно лупасил ее в детстве, теперь превратились в тяжелые кулаки.
Брат огляделся по сторонам, чтобы удостовериться, что их никто не видит. Под потолком он заметил камеру и, чертыхнувшись, затолкал сестру в угол, недоступный обзору.
— Что ты делаешь, Бруно? — спросила Кирина, пытаясь выбраться из западни. Это лишь сильнее разозлило его. Он ухватил сестру за плечи и встряхнул так, что клацнули зубы.
— Куда ты бежала? — потребовал он.
«Если я скажу правду, он треснет меня».
— К себе, — соврала Кирина, не моргнув глазом. Но провести брата в этот раз ей не удалось.
— Не лги, — юноша встряхнул ее вновь. — Ты бежала к коршуну и его суке. Что тебе от них нужно? Отвечай! Смотри мне в глаза!
Девушка послушно поглядела на брата. В уголках его перекошенного рта поблескивали маленькие пузырьки слюны.
— Я хотела узнать, что они задумали, — сдалась она.
— Задумали? О чем?
— О Лернэ.
Бруно отступил на шаг, чтобы лучше видеть сестру. Его глаза обратились в две узкие, наполненные мраком, щели.
— О жабе, которая убила Линду Реон?
— Он никого не убивал, — запротестовала Кирина. — Линда…
— Умерла от приступа? — резко перебил брат. — Лгунья! Стефф видел ее труп прежде, чем его отмыли и размалевали. Он сказал, что все ее лицо было покрыто желчью.
— Это правда. У Линды не было никакого приступа, она отравилась.
— Ее отравили, — поправил Бруно с нажимом. — Желтая ядовитая жаба отравила человека, а остальные монстры пытаются его прикрыть.
Только Айзек мог сложить такой паззл в голове Бруно. Знакомая усталость накатила на Кирину, но теперь к ней мешалось глухое раздражение.
— И что же Сорса и ее коршун задумали на счет жабы? — с угрозой напомнил брат.
— Не знаю, — ровно произнесла Кирина, — но надеюсь, они придумали, как его спасти.
На секунду она испугалась, что Бруно кинется на нее, но он лишь пошатнулся и помотал головой, точно теперь сестра надавала ему оплеух.
 
— Изменница, — наконец выдавил он. — Старший брат оказался прав — ты нас предала.
— Старший брат? — глупо повторила за ним Кирина.
— А ты думала, он не узнает? — со злым торжеством прорычал Бруно, точно выиграл у сестры какой-то спор. — Старший брат наблюдает за каждым, он знает о нас все! Он передал Айзеку, что на тебя больше нельзя положиться, что ты нас предала, но мы не хотели верить. Я не хотел верить.