Сказки Космоса (СИ)

Кирина обескуражено посмотрела на Лернэ.
— Фамилия Ло показалась мне смутно знакомой, — проговорил Бастет, — что странно, ибо мой интерес к Яло-Ми весьма вял. Я слегка прошерстил архивы в промежутках между котиками и вот, что нашел. Лет эдак двести назад в Девоне проживал некий Лукасу Ло, Главный навигатор плавучего города. Он и его семья принадлежали к Превосходству до тех пор, пока он не совершил чудовищную ошибку. По его вине…
— Девон столкнулся с Силуром, — Лернэ взвился, точно пронизанный током, смахнув чашку себе на колени. Слезы стыда вскипели в янтарных глазах. Селена торопливо протянула гидре салфетку, но он оттолкнул ее руку. — Город попал в сильное течение, и Лукасу Ло передал соседям неверные координаты. Из-за этого на пути Девона оказался маленький городок Силур. Девон протаранил его, разбил защитные полусферы, и Силур пошел ко дну, — голос Лернэ сорвался. — Сам Лукасу свел счеты с жизнью, а остальные Ло рухнули в Позор на двести лет.
— Так ты их чемпион? — потрясенно спросила Кирина.
Лернэ спрятал лицо в перепонках. Рука Алконоста опустилась на его плечо.
— Это низко, Бастет, — мрачно произнес он, — выбалтывать чужую тайну.
— Которой с тобой уже успела поделиться Селена, — мурлыкнул тот в ответ.
Лернэ отнял перепонки от лица и потрясенно уставился на Сорсу.
— Так вам все известно?
— Мне рассказала Сири, — Селена виновато развела руками. — Я ее не просила.
Лернэ молчал, и крупные бусины слез одна за другой скатывались по его желтым щекам. Пальцы Алконоста крепче сжали щуплое плечо.
— Мне нет дела до твоего происхождения, — твердо произнес он. Селена промокнула щеки яло-мийца салфеткой, и он не стал противиться. — Равно как и до тех, чей нос охоч до чужого грязного белья.
Бастет закатил глаза.
— Не сердись, мой друг из Метеор, — хмыкнул он. — Я избавил гидру от тяжкого бремени: страха, что вы узнаете его тайну, которая известна вам давным-давно. Порой лучше махом вскрыть нарыв, чем щадить пациента и продлевать его мучения. Вы с Селеной слишком пеклись о чувствах Ло, чтобы пойти на это, — маёлец взглянул на яло-мийца. — Я не чую твой запах, однако твоя кислая физиономия надоела мне не меньше, чем ролики про кошачьи выходки, и я решил обе проблемы разом.
Лернэ прожег его взглядом, и Кирина не знала, чего в нем больше: жгучего стыда или яростного огня.
— Не нужно так на меня смотреть, — усмехнулся маёлец. — Не я купил тебя, точно шмат мяса.
Происхождение Лернэ определенно было странным. Но еще непонятней оказалась его реакция на разоблачение. В янтарных глазах яло-мийца стояла такая осязаемая боль, что сердце Кирины наполнилось жалостью.
— Отстань от него, Бастет, — потребовала она. Селена кинула на нее встревоженный взгляд, но ром придал ей несвойственную решимость. — Возможно, на Яло-Ми быть чемпионом зазорно, но на Земле это не так.
— А разве я в чем-то упрекнул Ло? Только варварские обычаи его планеты.
— На Маёле тоже довольно дерьмовых традиций, от которых народ терпит сплошной вред.
Селена предостерегающе округлила глаза, но маёлец уже крутанулся на стуле, обратив к Кирине покрытое мехом лицо.
— К примеру? — заинтересованно спросил он.
У девушки был готов ответ.
— Взять хоть ваших императоров. Может быть, в древности от них был прок, но в чем их польза теперь? Нынешний правитель совсем одряхлел. Как он может управлять целой планетой?
По реакции окружающих Кирина поняла, что сказала что-то не то. Даже Лернэ перестал плакать и уставился на нее во все глаза. Однако Бастет согласно кивнул.
— Император Наафет и впрямь очень стар, близится его закат, это всем известно. Но ведь вскоре он передаст бразды правления внуку.
— Церсей говорит, что его наследник ни на что не годен.
Селена в ужасе зажала руками рот, но Бастет лишь понимающе усмехнулся.
— Наш Капитан знает, о чем говорит, — он подался Кирине навстречу и заговорщицки шепнул, — говорят, внук Императора настоящий пьяница, — с этими словами маёлец опрокинул в себя остатки рома.
Кирина недоуменно моргнула. Пришелец утер салфеткой усы и протянул ей руку. Девушка машинально ответила на пожатие и почувствовала, как острые когти впились ей в кожу.
 
— Почту за честь представиться, — промурлыкал маёлец. — Баязет Тринадцатый Лотор, внук Наафета Седьмого Лотора, наследный принц Маёла.
Челюсть Кирины ухнула вниз.
— Неужели Селена не удосужилась предупредить тебя о моем происхождении? Странно. Уверен, Алконост обо всем ей рассказал, хоть она и не просила, — насмешливо передразнил пришелец.
— Это шутка? — недоверчиво пробормотала Кирина и посмотрела на Селену, однако той было вовсе не до смеха. — Все зовут тебя Бастетом, — слабо проговорила она, но тут же вспомнила табличку на двери в Бюро пропусков. Вот отчего фамилия Лотор привлекла ее внимание: она была знакома ей из учебника маёльской истории.
— Дед решил, что в целях безопасности не стоит широко афишировать на Земле прибытие принца. Я покопался в вашей истории и обнаружил там древнее божество с кошачьей головой и созвучным именем. Это совпадение мне показалось занятным, и я решил назваться в его честь.
— Это богиня, — вмешался Лернэ. Маёлец кинул на него вопросительный взгляд, и гидра пояснил, — Бастет была женщиной.
— Да? Ну и пусть, зато у нее потрясающий прикид, — усмехнулся принц. — Все эти бусы и браслеты. Нужно будет ввести подобную моду при дворе.
— Но почему тогда ты сидишь в Бюро пропусков? — Кирина все еще не до конца верила словам мантикоры.
— Моя персона столь драгоценна, что лучше держать ее в бетонном мешке под землей. Ведь даже нашего друга из Метеор на престоле сможет подменить младший брат, а я — последний представитель династии. Кроме деда, разумеется. Но, как ты верно заметила, он уже слишком стар, чтобы подарить Маёлу новых Лоторов. А в бункере под присмотром старины Лагерта моя меховая шкурка останется цела, даже если Посольство попытаются взять штурмом.
Смятение Кирины доставило маёльцу такое удовольствие, что он заурчал, как мотор.
— Сложно поверить, что в нашем тесном кружке Алконост не самая высокородная персона? — хихикнул он. — Метеор унаследует всего лишь один из восемнадцати краев Аёрны, а я — целую планету. Звучит солидно, не правда ли?
— Казны Солинари хватит, чтобы купить Маёл от полюса до полюса, — не удержался Лернэ.
— И это крайне прискорбно, — удрученно признал Бастет. — Каких-то триста лет назад Маёл был сказочно богат.
— А что произошло потом?
Треугольные уши развернулись на девяносто градусов, обратившись к касианцам в другом конце бара. Маёлец дернул усами.
— Обязательно расскажу как-нибудь в другой раз.
Кирина огорошено умолкла. Ей следовало давно понять, что маёлец не так прост, как кажется. Настороженность гарпий, беспомощное недовольство Капитана, интерес Инги Реон — все кругом так и кричало об этом. Выходит, Линда знала, о чем говорит. В этом свете ее прогнозы о незавидной участи Кирины сделались по-настоящему грозными.
Принц истолковал ее молчание на свой лад.
— Расслабься, мы можем сделать вид, что твои выпады в адрес маёльской короны достигли ушей Бастета, а не Баязета, — великодушно предложил он. — А Бастет, как всем известно, очень много пьет. Возможно, пара-тройка стаканов рома заставит его обо всем позабыть.
Кирина встревожено вскинула голову. Из отражения в стеклянной витрине за ними следили два бесцветных глаза. Айзек все слышал и не собирался ничего забывать.
  
Глава 13. Платформа невест
 
Кирина стояла у окна, наблюдая, как Айзек с рюкзаком на спине покидает Посольство. Его смена окончилась, и он направлялся домой, чтобы выстирать и отутюжить ливрею. К утру она станет сиять как новая и на ней не будет ни единой складочки. Кирина знала, что кроме униформы в рюкзаке Пенза ничего нет. У него не было обыкновения иметь больше вещей, чем можно надеть на себя.