Мимик должен умереть! (СИ)

Понятно, это «серая» зона, и мало кто понимает, что происходит тут на самом деле, но всегда остаются следы. Ведь весь наш отряд они не убьют? Останутся свидетели, пойдут рапорты, у бритов не получится скрыть боестолкновение с армией Республики. Хотя-я-я… Штрафбат никому не жалко – наши генералы могут факт стычки «замолчать». Правда кому уперлась? 
Срочно надо возвращаться к своим, чтобы отправить часть отряда обратно на базу с донесением. Нас, возможно, постараются всех убить. Нэла уже видит шестнадцать бойцов, нас не намного больше. Штрафбат против кадровых военных бой не вытянет. 
И еще, судя по всему, они знают, где я был – у них есть пеленг на мою радиостанцию. А значит, присутствует оборудование радиоэлектронной разведки: они фиксируют места, где я выхожу на связь. 
– Семь! – сказал я в рацию Нэле кодовое слово, означающее: «Прекратить радиопереговоры. Меняйте позицию». 
Сам я тоже слинял с точки последнего контакта, но оставил следить «Комарика», который и показал мне стремительный штурм помещения двумя группами бойцов. Они ворвались, провели поиск, ничего не обнаружили и также быстро разбежались по соседним постройкам. 
Нужно было уходить. И мне, и всему отряду. Конечно, не факт, что британцы хотят нас уничтожить. Но лучше перебдеть… К черту сообщение на базу, нужно весь отряд выводить. 
Я добрался до наших, бойцы уже перебазировались. Отправил всех, кроме квада Максима, друга Веника, на точку 4 – место, откуда доставала связь до нашей базы, благодаря установленному ретранслятору, приказал запросить бронегруппу. Всё! Операция завершена. 
Нэла порывалась остаться со мной, но я молча показал ей броню станнума, надетую поверх костюма черных штурмовиков, оказалось, что так можно, и она успокоилась. Я заверил её, что проведу только разведку, воевать не буду. 
Также попросил никак не реагировать на мои реплики в рации, отвечать мне не надо, пока я не скажу: «Роза». 
– Почему роза? – удивилась она.
– Потому что гладиолус! – я её на прощание поцеловал, а сам полез в пекло – играть опасную игру с британской военной разведкой. Или кто они там?
Но сначала разговор с Максимом! Его квад оставался со мной и должен был сидеть в засаде, держать на прицеле пулемета узкий проход между домами. 
Я отозвал сержанта, объяснил задачу и спросил самым дружелюбным тоном:
– Ты не хочешь мне что-то рассказать?
– Нет, – энергично замотал он головой.
– Не про эту операцию, а про другое, – попросил я, – чувствую, что тебе есть что сказать.
Он некоторое время помялся, о чем-то пошутил, снова уточнил план. Я уже был готов уйти, оставив разговор на потом, но он наконец сказал: 
– Ты – единственный друг Умника, он меня спас когда-то, и я бы хотел, чтобы ты не пострадал, – Максим говорил с волнением. – А то у него опять друзей не будет.
– А ты разве не друг? – уточнил я.
– Что может быть общего у Умника и киллера Балим? – спросил он в ответ. 
Так я понял, что он адекватный и продуманный человек. Стоит прислушаться к тому, что он скажет. 
– Ты доверяешь Нэле? – сержант спросил с сомнением.
– Ну да. Пока поводов для беспокойства не было, – я подумал, что он мне хочет рассказать то же, что и Умнику, и сообщил: – Веник передавал мне твой рассказ.
– Я сказал ему не все, – покачал головой Максим, – я обелил Нэлу, так как думал, что она погибла в схватке, но все происходило не совсем так. 
– А как? – я начал раздражаться. 
Как же меня достали воспоминания о том дне! Максим понимал, что разговор мне неприятен, но продолжил: 
– Днем Профессор снял номер на вечер, я выдал ему ключи, а потом вечером пришел ты и взял номер. Я не знал, что у вас тёрки из-за девки, а так бы тебя выпроводил. Можно было отказать в номере. Это лучше, чем потом разнимать драку и поножовщину, – он задумался.
– Ну и что? 
– Ты снимал номер вечером в субботу, когда аншлаг, и у тебя вопрос не возник – почему он оказался свободен? 
– Да я не знал про аншлаг, и что суббота тоже не отфиксировал, – отмахнулся я, – к чему ты клонишь? Говори быстрее, у нас враг рядом! Не береги мои чувства, давай как есть. 
  
– Оба номера, и твой и соседний еще утром бронировала Нэла! – заторопился сержант. – После того, как Профессор выкупил один номер, она пришла и попросила сдать второй номер только тебе. Понимаешь? 
– Нет.
– А потом, когда они заселялись вечером, она тайком заглянула в книгу учета. Я видел. Она знала, что ты выкупил соседний номер! – закончил свою мысль он. 
– Вот же вам Караганда! - я опять был взбешён. 
Вдруг понял, что меня подсознательно смущало все эти дни, когда я узнал о её способности чувствовать людей сквозь препятствия, и о том, что меня она ощущает по-особенному. Она точно знала, что я в соседнем номере! И, судя по всему, все сделала для того, чтобы я туда поселился, но ни слова про это не сказала. Зачем? Чтобы что? Какой был её план? 
– А утром что было? – уже спокойно спросил я. – Всё, как Веник рассказал?
– Я не знаю, что тебе передал Веник, – Максим пожал плечами. – Они поругались в холле. Перед ссорой она попросила меня позвать тебя из номера и взбесилась, когда я сказал, что ты уже ушел расстроенный и невыспавшийся. Тогда Профессор сказал Нэле, что её сделка – говно и он сам решит вопрос. Нэла сказала, что тогда тоже сама решит, что ей делать. Ну дальше ты знаешь: она ушла на сделку, которая закончилась стрельбой. 
– То есть, когда они вышли из номера, Нэла планировала встретиться со мной? – я переспросил как тупой. Что-то с первого раза не понимаю.
– Ну да! – кивнул сержант. – И я понял, что это должна была быть не стычка. Они не собирались драться, а говорили про какую-то сделку. 
– Писец, это вечный муадакийский сериал! – махнул я рукой. 
– Теперь ты знаешь. Сможешь разобраться, – сержант вернулся на позицию. 
Я прикинул: были ли еще ситуации, где Нэла мне гарантированно соврала или что-то умолчала. Ну тот же «Гипнодол», например. Но стоит ли обо всем этом заморачиваться, особенно когда по твоему следу идет четыре квада опытных бойцов? Бесите вы все! И Максим. И Нэла. И британцы.
Ну, пора! «Комарик» показал приближение врагов. Я проверил целостность доспеха станнума – 68%, наниты его не доделали, ленивые собаки. Накажу на хер. Залью хлоркой засранцев! 
Я выскочил на улицу и побежал навстречу противнику. Выскочил на открытый пятачок, чтобы показаться их наблюдателям. Бам! Бам! В доспех прилетели две пули. Вот и снайперы – очень быстрые. Юркнул в удобный проход. Дрон обнаружил ближайшего бойца за стеной. Отозвал устройство и призвал нож. На! Нож пробил стену и, судя по вскрику, вспорол врага вместе с его навороченной броней. 
Пробежал дальше и забрался на крышу. Внизу дрон отыскал еще тройку противников. Я активировал взрыватели на трех оставшихся минах и скинул вниз. Ловите! Бух! Бух! Бух! Вверх взметнулась пыль. Я сразу спрыгнул вниз. Цок-цок-цок! Вражеские пули посекли бетонную стену. Горел пластик, завоняло химией. Три тела лежали на земле и шевелили конечностями. Нет уж! Никто не уйдет с этой подводной лодки. Три удара плазменным ножом прямо сквозь шлемы врагов. Успокоились. 
Схватил все три их автомата. Отстегнул на бегу рожок, посмотрел, что за патроны – заряжены бронебойки. Отлично, проверим, что у вас насчет пробития. Залег в ближайшем здании. Выпустил РИ-7 – он показал в клубах пыли и черного ядовитого дыма металлические объекты. Четыре штуки – это второй квад врага. Первый уже «спит» – здоровья павшим! Выскочил и дал очередь на весь рожок, сменил автомат – полностью расстрелял обойму и в этом. Впереди раздались стоны и ругань на британском.
Ха! Ну точно бриты. Убрал дрон, снова вызвал плазменный нож. И от души погонял его в пыли туда-сюда: сначала на уровне груди, потом у земли. Снова раздались крики боли и матюки. Да что ж вы ругаетесь, как обычное быдло, а еще джентльмены?!
– Велком, суки, ин Раша! – заорал и довольный перебежал на другую улицу. Так, теперь бегом. Цок-цок-цок! Вражеские пули высекали искры из бетонных стен. В меня кинули гранаты. Красиво кинули. Один долбит из автомата, а трое кидают. Бум! Бум! Бум! Рвануло не слабо. Снова пыль в воздухе и ни черта не видно. Пробегаю вдоль домов и кидаю назад свою гранату. Бум! Ни черта. Понятно, преследовать не пошли.