Адаптация (СИ)
Когда паж — в обход почему-то отправили Ходкевича — скользнул из-за карбоновой перегородки, я замахнулся, неторопливо собирая Плеть… И тут же получил прямо в грудь Молотом. Падая, я сбил с ног Камбулата, и второй удар достался уже ему. Медведь, взревев, развернулся, закрываясь Щитом, и даже успел атаковать, но появившиеся спереди двое пажей отработали его в спину.
— Раунд! — прогремел комментатор. — Пажеский корпус одерживает первую победу! Один-ноль в пользу команды красных!
— Получили, бакланы! — усмехнулся Ходкевич. — Черта вам лысого, а не кубок.
Трибуны взревели, а я скрипнул зубами, поднимаясь на ноги.
Если бы не Распутин… Угораздило же его припереться!
— Матрос, твою ж мать, это что было? — Медведь, конечно же, сразу сообразил, кто именно проспал заход со спины. И это не сулило ничего хорошего. — Кому было сказано следить за флангами и тылом?
— Слушай, да он резкий такой оказался… — Я виновато развел руками. — Не успел среагировать.
— Блин, Вовка! — Камбулат сердито треснул меня по плечу кулаком. — Еще два раза так не успеешь — и просрем красноперым! Потом в городе хоть не появляйся… Давай, просыпайся!
— Команды, на исходную! — Громыхнул голос сверху. — Приготовиться ко второму раунду!
Возвращаясь на стартовую площадку, я не удержался и мазнул взглядом по темной фигуре за ограждением.
Стоит, зараза. Правда, смотрит, кажется, уже не так внимательно, видимо, ожидал от меня большего. Хорошо. Давай, разочаровывайся, полностью. Я просто курсант, самый обычный, даже не особенно талантливый. А вовсе не восставший из мертвых Серый Генерал.
М-да, житья в Корпусе мне теперь определенно не будет… Ладно, прорвемся!
— Меняем тактику, — быстро заговорил Медведь. — Камбулат, остаешься на базе. Смотри за флагом и не подпускай их близко. Мы с Вовкой идем по флангам. Он заберет флаг, я на обратном пути его прикрою. Матрос, соберись! Влетим, как в прошлый раз — в третьем раунде ловить уже нечего будет!
— Командам — приготовиться! Второй раунд! Три… Два… Один… Начали!
— Погнали! — Медведь устремился вперед, едва не зацепив плечом перегородку. Я же чуть помедлил, буквально пару секунд, а потом нырнул в правый коридор.
Хорошо, если Медведь справится сам. Тогда мне вообще ничего делать не придется. Вот только слабо в это верится…
Так, совсем, как баран на заклание ломиться тоже не стоит, нужно хотя бы сделать вид… На нас сейчас смотрят десятки камер, прямая трансляция и на ТВ, и в интернете, и на большие экраны в зале, и еще черт знает куда… Еще не хватало, чтоб меня заподозрили в подыгрывании пажам!
Я замедлился, пошел быстро, но почти неслышно, перекатываясь с пятки на носок.
Угол, быстро выглянуть, убраться назад… Никого. Вперед!
Но стоило мне рвануть к флагу, как прямо передо мной выскочила плечистая фигура с уже готовым элементом на пальцах.
Ходкевич изрядно подтянулся с нашей «дуэли» на тренировке — видимо, капитан красноперой сборной все эти недели гонял его в хвост и в гриву. Пожалуй, даже в другой ситуации я мог и не успеть ударить первым.
Ударить — нет. А вот закрыться… Что я и сделал. Вот только Щит вышел жиденьким. Удар Молотом его снес начисто, а следующий элемент швырнул меня на перегородку. Ходкевич ухмыльнулся и бесшумно пронесся мимо, по направлению к нашей базе. Черт!
Не успел я подняться, как откуда-то слева послышался негодующий вопль Медведя, а трибуны взорвались криками.
В которых буквально потонуло объявление комментатора.
Мы встретились на базе. И на этот пришибленный и виноватый вид был уже у всех троих. Пажи не стали изобретать велосипед и использовали ту же тактику, что и в первом раунде. Парочка в связке пошла по левому флангу, Ходкевич — по правому. Двойке удалось «разобрать» Медведя, хоть он и успел вывести из игры одного из пажей, а уцелевшие одновременно вышли на Камбулата.
Ну, хоть флаг не потеряли.
Я поднял голову. Распутин все так же стоял на своем месте, но сейчас вид у него был самый что ни на есть, скучающий. Похоже, он уже сделал выводы и теперь уже почти без интереса наблюдал повтор моего позора на экране.
— Ребят, так дело не пойдет! — Медведь схватил меня за плечи и тряхнул так, что зубы щелкнули. — Матрос, что с тобой случилось, якорь тебе… куда надо! Что ты как муха сонная? Мы сюда зачем вообще приехали⁈
Ответить мне было нечего, потому я предпочел промолчать. В очередной раз посмотрел на трибуны…
И увидел, как Распутин неторопливым шагом движется к выходу.
Есть! Свалил, скотина! Вот теперь — совсем другой разговор!
Ну, красноперые, держитесь…
— Командам — приготовиться! — прогремело в динамиках.
— Медведь, сейчас все будет. — Я с улыбкой повернулся к капитану. — Точно тебе говорю. Давай пятую схему: вы остаетесь в обороне, не даете им пройти, а я за флагом!
— Ну… уверен?
После того, как я два раза подряд облажался, оба моих товарища явно были настроены скептически. Но выбора, в сущности, уже не оставалось: забрать победу теперь мы могли только досрочно, ограбив базу красноперых.
— Слово моряка!
— Не говори гоп… — Медведь посмотрел исподлобья, но все-таки кивнул: именно пятая схема с прорывом к флагу давалась мне на тренировках лучше всего. — Ладно, давай. Но если ты и в этот раз пропустишь…
— Не пропущу! — Я махнул рукой. — Вы их главное отвлеките!
— Третий, финальный раунд! — прокатился над площадкой рев динамиков. — Три… Два…
Я сорвался с места в ту же секунду, как прозвучала команда «Начали!», разом подключая все Конструкты и ускоряясь. Пулей пронесся по левому коридору, сместился в центр и наискосок ушел на правый фланг. В проеме напротив мелькнула фигура Ходкевича. Он меня заметил, и сейчас явно ждал за поворотом, готовый ударить, как только я покажусь.
Ну что ж, дружок, сейчас будет тебе сюрприз!
Я на полной скорости завалился на пол, скользнул в подкате, на ходу разворачиваясь влево. Такого маневра Ходкевич явно не ожидал, и его Плеть, свистнув над головой, высекла искры из перегородки. А вот мой Молот, заряженный чуть ли четвертью резерва, вбил его в карбон вместо со Щитом — аж гул пошел! Не останавливаясь, я вскочил на ноги, оттолкнулся от пола и «рыбкой» нырнул в имитирующий окно проем. Приземлился на руки, перекатился, и, вскочив, тут же ушел вправо.
Бросок вперед, на костяшках вибрирует уже готовый сорваться с них «Молот»… Никого! База пуста!
Подскочив к флагу, я выдернул древко из гнезда, и над площадкой тут же заверещал пульсирующий сигнал тревоги. Сирена выла, трибуны орали, комментатор что-то кричал, а я уже несся назад, закинув развевающееся красное полотнище за спину.
Пажи — сколько бы их ни осталось на ногах — наверняка забыли обо всех прочих делах и рванули на перехват.
Но слишком медленно.
Скользнув вдоль стены по левому флангу, я свернул и снова сместился в центр. Впереди мелькнула фигура в красном, но я уже ушел вправо, и его элемент — то ли Молот, то ли Плеть — снес перегородку где-то позади.
Так, теперь бы на второго не нарваться…
В коридор, ведущий прямиком к нашей базе, мы с пажом выскочили одновременно. Он был готов к встрече и даже ударил первым. Я не стал тратить время на Щит, и просто отвел удар в сторону чистой энергией, заставив карбон за спиной жалобно застонать. Поняв, что промахнулся, паж собрался угостить меня Плетью, но я не дал ему такой возможности. Зацепил под ноги древком флага, накрыл сверху Молотом, перемахнул через распластавшееся на полу тел и выскочил на пятак базы.
— Сзади!
— Лови!
Два возгласа, Камбулата и мой, прозвучали одновременно. Размахнувшись, я бросил товарищу флаг, словно копье. Упал на пол, разворачиваясь на спину, и ударил с двух рук одновременно. Похоже, этот красноперый в команде исполнял роль «танка». Щит выдержал, но самого парня протащило метра полтора и вдавило в перегородку. Но на этот раз хруст карбона я уже не услышал: над площадкой загремели фанфары, сообщая, что флаг противника встал рядом с нашим.