Магические традиции (СИ)

— Я люблю белый.
— Белый? — удивился Сириус. — Это же скучно!
— Кто бы говорил. Могу поспорить, твой любимый цвет — черный, — Лили поняла, что права, и мстительно добавила: — Это же мрачно!
Сириус засмеялся. Они вместе поднимались по лестнице наверх. Когда приедут на каникулы в следующий раз, им подготовят новую спальню, с большой гардеробной и гостиной, но пока Лили живет в бывшей комнате Андромеды, а Сириус просто ночует с ней.
У него, разумеется, была своя комната здесь. И побольше, чем у Андромеды. Но она вся — от пола до потолка — была обклеена плакатами мотоциклов, магловских рок-групп и полуобнаженных девчонок. Снимать все это — долго и муторно. Приводить в такую комнату Лили — как-то неудобно.
  
Глава 16. О соприкосновении двух миров
 
Лили на удивление быстро ко всему привыкала. Замужем всего второй день, а крепко обнимающий Сириус стал нормальным началом дня. И утренняя побудка не помешала ему отослать домовика и потребовать с Лили исполнения супружеского долга. Она едва удержалась от желания напомнить, что ночью все долги уже раздала. Но знала, что бесполезно. Да и, что тут скрывать, как только Сириус сказал эту фразу, у нее внизу живота сладко заныло.
До пятницы у Лили сохранялся один и тот же распорядок дня. Просыпалась с Сириусом. Принимала ванну, пила зелья, запивая травяным чаем. Ласка делала ей прическу, Лили выбирала одно из светлых платьев и спускалась в оранжерею. Говорила с Вальбургой о законах чистокровных, обсуждала события мира магии, училась читать между строк в газетных статьях. После занималась в библиотеке. Иногда компанию ей составляла разговорчивая Беллатрикс, иногда даже вместе с Нарциссой. После обед. За столом собиралась вся семья и Лили даже начала получать удовольствие от изысканной еды. Раньше она почти не ощущала вкус, настолько сковывали ее эти нормы этикета — все же в ее семье редко требовали настолько безукоризненного соблюдения правил.
После обеда Лили ходила на прогулку. Гуляла в парке с Сириусом, который вынужденно занимался с какими-то частными преподавателями, гуляла по магическому кварталу в Лондоне с Беллатрикс, побывала в городском доме Блэков. К ужину следовало переодеться. Сменить платье и обувь, надеть драгоценности. Уже в четверг за ужином появился первый гость — Люциус Малфой. Он бросал на Лили странные взгляды. То удивленные, то брезгливые, то заинтересованные. Сириус после ужина, еще не уйдя в соседнюю комнату с мужчинами, тихо шепнул Лили на ухо:
— Ты разрушила мир Люциуса. Он никак не может понять — ненавидеть ему тебя, или нет. Он маглорожденных просто на дух не переносит, считает их кем-то вроде животных, и ты в эту картину мира не вписываешься.
Лили рассеянно пожала плечами. Ее мало беспокоил Люциус Малфой, ведь после ужина Вальбурга обсуждала с Лили ее стоимость, и это девушке причиняло массу неудобств. Во многом потому что тянула она на немаленькую сумму.
Оказывается, аристократов редко обучают родители. Это Лили сейчас все объясняет Вальбурга, но лишь потому что та достаточно взрослая для подобного. За детьми же следит гувернантка, которая и рассказывает традиции и обычаи чистокровных в игровой форме. Стоит такая обслуга крайне дорого. Плюс — учитель танцев, иностранного языка, этикета. Все это выливалось в немалые деньги. И за образование невесты платили в полной мере. Лили же обучалась в мире маглов, где танцам ее учила бабушка, этикету — мама, французский она учила прямо в школе. Все это, без сомнения, тоже требовало финансов… но не такие огромные суммы, как называла Вальбурга Блэк. В любом случае, свою окончательную стоимость Лили так и не узнала.
В пятницу вечером Орион и Вальбурга Блэк садились в волшебный автомобиль. Все же была в мире магии возможность заказать почти магловское такси, хотя именно эта машина принадлежала Блэкам. Они не желали заходить с черного входа, прячась от маглов. Приедут с официальным визитом. Это был Rolls-Royce, Лили нередко видела его по телевизору: на похожем возят королевскую семью. Только в этом задние окна были затемнены.
  
Магический автомобиль оказался крайне просторным. Лили только пришлось пригнуться на входе, но внутри оказалась целая комната. Она не рискнула говорить Блэкам, что в обычном автомобиле такого типа они бы не поместились вчетвером на заднем сиденье. Сквозь затемненные окошки было отчетливо видно, как автомобиль плавно взлетел, как поместье Блэков сначала медленно уменьшалось в размерах, а потом разом исчезло.
— Так выглядит заклинание сокрытия, — сказал сидевший рядом Сириус. — Оно как бы убирает постройки с этой территории.
— Я читала, — кивнула Лили.
У этого заклинания была интересная история. Его ввели, когда был создан первый воздушный шар. Маги сориентировались быстро, мигом догадавшись о грядущей опасности: маглоотталкивающие чары не смогут помочь в том случае, если кто-то увидит поместье с воздуха.
Вообще, совсем дремучими, чтобы застряли веке так в семнадцатом, были только чистокровные маги из среднего класса. Аристократы часто имели какие-то дела с маглами. Ходили в тот же Королевский театр. Там даже был скрытый магический этаж, не указанный в планах. Ездили на скачки, где ведьмам было довольно легко затеряться в толпе: здесь в платьях и вычурных шляпках ходили все.
Другие «жители» магического мира тоже нормально ориентировались в мире маглов. Отбросы магического общества в принципе существовали на грани двух миров. Заработать на пропитание им было проще в мире маглов, а вот на одежду и жилье — в мире магии. Полукровки и маглорожденные тем более хорошо разбирались в таких вещах… но вот обычные чистокровные, далекие от больших денег и политики… 
Встречались такие маги, которые вообще ничего не знают о мире за пределами зачарованных кварталов. Они ходят в мантиях, не носят нижнее белье, живут за счет огорода, детей учат самостоятельно. Брюзжат о политике. Не одобряют короткие юбки чистокровных ведьм — аж до середины лодыжки! — и уж тем более не одобряют политику министерства, что нацелена на благоприятную интеграцию маглорожденных и полукровок. Старые чистокровные маги из обычных жителей не любят маглорожденных больше, чем аристократы вроде Люциуса Малфоя. Малфой-то легко уговорит себя подружиться с маглорожденной Леди Блэк. А вот какой-нибудь Карл из крошечной магической деревушки в Шотландии будет всегда считать Лили захватчицей, которая не дала чистокровной хорошей ведьме удачно выйти замуж.
Именно поэтому летающие автомобили не были такой уж редкостью в кругу аристократов. Далеко не все способны нормально переносить аппарацию, особенно девушки в бальных платьях. Путешествие камином, на взгляд Лили, вообще гарантированный способ испортить идеальный внешний вид — если не запачкаешь платье в золе, то испортишь прическу, выходя из камина, или же споткнешься о каминную решетку и навернешься при всем честном народе носом в пол. Именно поэтому наличие ковров-самолетов и автомобилей не удивляло.
Шикарный автомобиль Блэки заказывали у маглов еще в пятидесятых годах, и тогда же Альфард его зачаровал, чтобы иметь возможность перемещаться по воздуху. А вот водить автомобиль Блэки не умели. Нанимали маглорожденного шофера. Это был мужчина лет сорока, и Лили не услышала от него ни слова, кроме стандартного приветствия. Магическая прислуга в мире магии получала приличную зарплату, но была не особенно востребована. Тех же официантов для приемов обычно заказывали через специальное агентство вместе с музыкантами и лакеями. Еще на прошлой неделе Лили всерьез опасалась, что именно там она и будет работать после Хогвартса, вместе со своими идеальными оценками ЖАБА.
Автомобиль остановился прямо напротив входа в дом. Орион Блэк приоткрыл форточку и произнес знакомое Лили заклинание: оно заставляло окружающих воспринимать происходящее не слишком критично. Лили забавляло это заклинание. Его постоянно обновляли на вокзале в Лондоне, из-за чего там и преуспевали воришки, оно же стояло около входа в Мунго, и около всех входов в Министерство, и даже возле Дырявого Котла. Это заклинание как бы «замыливало взгляд», из-за него маглы воспринимали уместно странные вещи как нечто само собой разумеющееся. Вроде странной одежды, например. Вот увидит кто-нибудь на вокзале даму в старинном платье и шляпе с фруктами в качестве украшения, и примет ее за странную провинциалку, о которой забудет уже спустя пару минут. А если и вспомнит, то расскажет об этом с юмором: дескать, есть в мире чудаки.