Магические традиции (СИ)

— Все обряды Лорд проводит стоя на алтаре, — сказал Сириус. — Вон там, видишь, даже ступенька есть. Это чтобы я себе лоб не расшиб, когда туда полезу.
Лили улыбнулась. Метра три в длину, метра два в ширину — самая обычная плита. В Стоунхендже и то больше мистики и магии.
— Видишь металл на полу и стенах? — обратил внимание Лили Сириус. — Видишь, что стены украшены этим металлом только с трех сторон?
Лили проследила взглядом и удивленно кивнула. Пол был почти полностью испещрен металическими линиями, но все оно соединялись в трех точках у стен, чтобы затем вновь размножиться, рисуя колонны на стенах.
— Идем сюда, — Сириус подозвал ее к одной из таких нарисованных ажурных колон и указал, — Видишь, металл уходит внутрь стены? Это не просто рисунок, это проводник магии. Сам родовой алтарь — артефакт старинный и первобытный. Раньше в одном помещении и ритуалы проводили, и пленников пытали, и Лорд с Леди энергиями обменивались. Потом придумали это. Металл проводит магию из трех других помещений сюда, к алтарю.
Лили завороженно провела рукой по металлическому кружеву. Так вот, значит, о каком вспомогательном артефакте говорилось в Наставлениях.
— Вход в пыточную находится снаружи дома, чтобы не тащить пленников через дом. Вон та колонна собирает энергию оттуда. Ну… собирала. Пытки официально запрещены и наша семья предпочитает не рисковать.
Лили неуверенно прошлась по периметру комнаты. Здесь было какое-то особое ощущение, какая-то близость к магии. Она читала, что в стены этого зала непременно вмурованы тела врагов семьи и нескольких сильных магических животных. А под самим алтарем покоится саркофаг с останками одного из представителей рода. Он выпивал особое зелье, его должны были замуровывать еще живым. Жутковато.
— Свет на потолке — это магические кристаллы. Когда-то они были жутко модными, а сейчас их редко делают: это продукт магии крови. То есть создавать их могут единицы. Поэтому осталось их немного, они со временем перестают светить. Так как у Блэков талант к магии крови — один из самых часто встречающихся, у нас таких светильников много.
Лили снова кивнула. Вслед за Сириусом она вышла из круглого зала и вошла в дверь комнаты Лорда и Леди. Это было огромное квадратное помещение. Все те же каменные стены и пол, только потолок светился не целиком, а отдельными пятнами, а еще металлическая вязь здесь оплетала все плотнее, причем и потолок в том числе. У дальней стены стояла огромная кровать, а по самой комнате располагались кресла, пуфы, обитые кожей высокие скамейки, несколько простых лавок, а по центру комнаты с потолка свисало несколько цепей. Лили поежилась. Эта комната тоже вполне напоминала пыточную.
— Обычно браки чистокровных магов — это скорее договор, чем неземная любовь. Но иногда невесту брали силой. Ну там, нужный для семьи редкий магический дар, или просто кто-то по-дурацки влюбился. Ну, а еще некоторые Лорды держат наложниц.
— Я читала. Ты, получается, тоже имеешь на это право.
— Я имею право на подобное перед Магией, но для Министерства это недопустимо. Но некоторые в итоге берут домой просто любовниц. Смысл тот же, только вроде как добровольно, — ехидно уточнил Сириус.
Лили и сама знала, что запрет на наложниц нисколько не улучшил положение девушек. Нищие магические семьи как продавали девушек в сексуальное рабство богатеньким извращенцам, так и продают. Курс специальных зелий из любой сделает послушную куклу. Лили даже боялась, что и ее может постигнуть такая же участь.
— У тебя будут любовницы? — с прищуром спросила она у Сириуса.
— Это первый семейный скандал? — уточнил Блэк.
Лили замолчала, насупившись. Сириус расхохотался: его смешил этот ее образ обиженного ребенка. Но он все же понимал, что для нее это важно. Вот только гарантий давать не хотел: в мире магии словами раскидываться не принято.
— Вернемся к этому разговору через годик. Быть может, ты к этому времени захочешь, чтобы у меня появилась любовница?
Лили недовольно отвернулась от него, но Сириус продолжил:
  
— Секс втроем? Любовника тоже, кстати, я могу завести. В плане секса у магов нет предрассудков. Это жениться я должен на женщине.
Лили удивленно уставилась на Сириуса:
— Что? Ты…
Он расхохотался:
— Нет… наверное. Не пробовал. Но если вдруг кого присмотришь — говори, я подумаю над этим.
Лили покраснела и обиженно отвернулась от него. А Сириус внезапно обнял ее сзади, уткнулся в макушку:
— Ты когда злишься, похожа на маленькую девочку. Так и хочется тебя еще больше подзадорить. Например, дернуть за локон.
И Сириус тут же осуществил сказанное. Лили ойкнула попыталась вырваться из его объятий, а Сириус же крепко перехватил ее за талию и чуть приподнял. Впрочем, тут же поставил и чуть ли не потащил к выходу из комнаты:
— Опаздывать — верх неприличия. Умением приходить вовремя на ужин детей приучают к тому, чтобы они потом на важные встречи не опаздывали. И если мы придем после шести, то завтра мама тебе это припомнит как минимум пять раз. Скорее — семь.
* * *
Вальбургу Лили побаивалась. Они еще ни разу не оставались наедине, но Лили и вчерашнего ужина хватило, чтобы почувствовать себя крайне неуютно под строгим взглядом будущей свекрови. Вальбурга была красивой женщиной лет тридцати-сорока на вид. Она немного отличалась от своей семьи: в отличие от остальных Блэков, черты лица у нее были мягче, приятнее. Большие глаза, полные губы, нежный овал лица. Черные волосы она гладко зачесывала назад, а из макияжа у нее — только идеально ровные стрелки и яркая помада темных оттенков. Она была красива и величественна, властный низкий голос и взгляд с прищуром дополняли образ женщины, которую нужно как минимум уважать. Как максимум — ее следует бояться. И Лили была уверенна, что матери Сириуса она не нравится.
Вальбурга же уже второй день оценивала невестку. Она быстро сошлась с Беллой и Цисси, но они обе были к ней явно расположены, а Белс еще и тараторит без умолку — она просто ненавидит неловкую тишину. А Нарцисса вряд ли смогла что-то узнать во время болтовни сестры.
Но при этом девочка воспитана. У нее красивая походка — ровно держит спину и смотрит вперед, а не себе под ноги, как большинство маглорожденных.
— У тебя хорошая осанка, — похвалила она Лили, когда только садилась за стол.
Девушка вздрогнула, но все же ответила ровным голосом:
— Спасибо.
— Такая осанка и походка не появляются из ниоткуда, — продолжила Вальбурга.
Лили вздохнула. Объяснять эту часть своей биографии она не любила:
— Моя бабушка — балерина. Мы с сестрой долгое время посещали танцы, а до этого года я проводила у бабушки Лизы в Лондоне как минимум две недели.
В Коукворте не было полноценной балетной школы. Лили с сестрой посещали обычные танцы, но так в Англии начинают многие. Увы, бабушке пришлось отказаться от своей мечты сделать внучек знаменитыми балеринами: Петунья была жутко стеснительной и даже на показательных выступлениях отказывалась выходить на сцену, а Лили обладала неподходящей фигурой. Балерины — высокие и худенькие, как нимфы. А Лили — фигуристая и маленькая. То, что у нее будет женственная фигура, бабушка поняла еще до прихода письма из Хогвартса. Но даже после этого бабуля била ее жестким японским веером по спине, если Лили начинала горбиться. И требовала, чтобы внучка вставала во все балетные позиции. Лили даже в Хогвартсе приходилось делать растяжку — уж лучше тянуть шпагат в небольшой школьной ванной под гневные требования соседок освободить помещение, чем летом позволить бабушке вернуть ее в форму за пару дней. Пару дней боли и слез.
Вальбурга величественно кивнула. Единственный магловский вид искусства, который она признавала, был балет. И она знала, что у профессиональных танцовщиц идеальная осанка и плавная походка. Радует, что это не придется исправлять. С манерами тоже возиться не придется. Лили прекрасно ориентировалась во всех стандартных ножах и вилках, не резала ножом все подряд, осторожно отщипывала кусочки булок, при этом не косилась опасливо в сторону соседей. Она знала, как правильно. Даже умела есть рыбу с помощью приборов, а не руками. Быть может, впоследствии возникнут трудности с чем-то более редким, но пока она прекрасно справлялась.