Играй жестко (ЛП)
— Уважение? Я покажу тебе свое уважение.
Я поворачиваю за угол и оказываюсь на месте событий как раз вовремя, чтобы увидеть, как рослый подросток пихает мистера Камински о трейлер. Он вздрагивает, но, по крайней мере, не падает. Другой подросток смеется. Всего двое — с этим можно справиться.
— Эй! — кричу я. — Какого хера вы делаете?
Они поворачиваются в мою сторону, и почти сразу же их удивление переходит в проказливость. Печенька теперь лает, и жаль, что он еще щенок и не настолько большой, чтобы кого-то напугать. Я прячу свой перцовый баллончик за спиной.
— О, кто это у нас тут? — спрашивает более крупный из них, подходя ближе.
— Вам лучше уйти, пока я не вызвала полицию.
Подростки-отморозки смотрят друг на друга и смеются.
— Копы сюда не ездят, сука.
— Уходи отсюда, девочка, — уговаривает меня пожилая женщина с белыми волосами.
— Да никуда она не денется, — самый большой придурок тянется к моему пальто, не обращая внимания на Печеньку, который прижимается к моей ноге.
Прежде чем он успевает подтянуть меня к себе, я заряжаю ему в глаза перцовый баллончик. Он вскрикивает и тут же отпускает меня.
— Мои глаза! Ты, сука, блядь!
Его друг оказывается умнее его, и вместо того, чтобы попытаться схватить меня, он валит меня на землю. Я теряю хватку на поводке Печеньки, и он исчезает из виду.
— Слезь с меня! — я пытаюсь оттолкнуть этого придурка, но он тяжелее, и снег под ним не помогает.
Он обхватывает мою шею руками и сжимает ее, перекрывая мне доступ воздуха. Черт. Черт. Черт. Не так я представлял себе этот визит. В моем зрении появляются черные точки, я близка к потере сознания.
Затем кто-то сбивает его с меня, и через секунду лицо мистера Камински нависает над моим. Я хриплю, набирая в легкие большой глоток воздуха. Мне требуется мгновение, чтобы восстановить концентрацию, но, по крайней мере, я могу дышать.
Он протягивает мне руку.
— Ты можешь встать?
— Да. Думаю, да.
Я позволяю ему помочь мне встать на ноги, а затем ищу двух придурков, которые напали на меня. Их и след простыл.
— Они ушли, — отвечает мистер Камински на мой немой вопрос.
— Кто они?
— Какие-то непутевые панки. Они здесь не живут.
Я трогаю свое горло. Наверняка на нем уже синяк. Вдалеке лает Печенька, и я с облегчением вижу, что старушка держит его за поводок.
— Почему ты здесь? — спрашивает мистер Камински.
— Я пришла поговорить с вами.
Его брови взлетают.
— Мне нечего тебе сказать. Мне казалось, что в прошлый раз я ясно выразил свои чувства, — он уходит. — Иди домой.
Несмотря на то, что мое сердце все еще бьется с бешеной скоростью после нападения, я стараюсь не думать об этом, идя за ним.
— Я не пойду домой, пока вы меня не выслушаете.
Он останавливается и оглядывается через плечо.
— Правда? Потому что ты — Вествуд, и я должен выполнять твои прихоти?
— Нет. Потому что я люблю вашего сына, а он любит меня. Я хочу получить шанс изменить ваше мнение обо мне.
Выражение его лица все еще сердитое, когда он открывает рот, чтобы, без сомнения, сказать мне, чтобы я снова ушла, но старушка прерывает его.
— Перестань быть ворчуном и пригласи девушку в дом. Она только что спасла твою задницу, черт возьми.
Мистер Камински смотрит на нее.
— Я не просил ее вмешиваться, и я спас ее задницу в ответ. Я бы сказал, что мы в расчете.
— Пожалуйста, мистер Камински. Не прогоняйте меня.
Печенька лает, словно тоже умоляет дать ему шанс. Мистер Камински, кажется, наконец, замечает его.
— Это твой щенок?
— Да. Его зовут Печенька.
— Мои ребята тоже взяли щенка далматинца. Они назвали его… — он взглянул на меня, его глаза расширились. — Блэр.
Я криво улыбаюсь.
— Да. В то время Алекс думал, что это уморительная шутка, потому что Блэр была единственной сукой в помете.
К удивлению, мистер Камински смеется.
— Да, это то, что он мог сделать.
— Видите ли, я не очень понравилась Алексу, когда мы только познакомились, и это чувство было взаимным. Но когда мы, наконец, перестали на мгновение ссориться и позволили себе увидеть человека без предубеждений, произошло нечто удивительное. Мы полюбили друг друга.
— Боже мой. Это чуть ли не самая милая история на свете, — старушка подошла к нам. — Я Милдред, любопытная соседка.
— Приятно познакомиться, Милдред.
Она улыбается.
— Не знаю, как у вас, а у меня уже задница замерзла. Как насчет чашечки кофе?
— Я с удовольствием выпью кофе.
Все еще держа Печеньку за поводок, женщина направилась к трейлеру справа от нас.
— Куда ты идете? Это не твой трейлер, — жалуется мистер Камински.
— Эта девушка пришла к тебе, а не ко мне. Ты готовишь кофе.
Она исчезает в трейлере, как будто ей там самое место.
— Чертова любопытная старая карга, — пробормотал мистер Камински себе под нос, затем посмотрел на меня. — Наверное, мы будем пить кофе. Пойдем.
ГЛАВА 64
АЛЕКС
Я понятия не имею, который час, но когда я потягиваюсь в поисках теплого тела Блэр, то обнаруживаю, что ее край кровати холодный на ощупь. Я переворачиваюсь на спину и зову ее по имени.
Ничего.
Все еще сонный, я встаю с кровати и иду в гостиную. Ее там тоже нет, и клетка Печеньки пуств. Я направляюсь к холодильнику и тут вижу ее записку, приклеенную к дверце.
Значит, все в порядке. Она ушла по делам. Наверное, я могу вернуться в постель, но, может быть, лучше этого не делать. Проспать — это нехорошо.
Где-то в ее квартире звонит мой телефон. Это звонит Логан. Я отправляюсь на поиски и нахожу его между двумя подушками на ее диване.
— Йоу. Как дела? — отвечаю я.
— Собирайся. Нам нужно встретиться с папой.
Черт. Когда бы Логан ни говорил, что нам нужно увидеться с ним, это никогда не было хорошей новостью.
— Что случилось?
— Я не уверен. Я получил сообщение от старой Милдред. Она ничего конкретного не сказала. Она просто сказала, чтобы мы как можно скорее приехали туда.
— Блядь, — я провел пальцами по волосам. — Что теперь сделал папа?
— Не знаю. Ты готов выезжать? Я уже еду.
— Да. Мне нужно пару минут, чтобы одеться.
Через пять минут Логан звонит и сообщает, что он у здания Блэр. Я уже жду его в холле, поэтому спешу выйти.
— Ты смог дозвониться до папы? — спрашиваю я его, как только забираюсь в машину.
— Нет. Я только попадаю на его голосовую почту. А ты? — он смотрит на меня.
— То же самое. Боже. Почему он не может держать эту чертову штуку заряженной?
Логан вздохнул.
— Это загадка, которую мы никогда не разгадаем. Что Блэр сказала о том, что ты уходишь в такой спешке?
— Ее нет дома. Я рад. Я все еще не знаю, как мне быть с тем, что папа ненавидит Блэр.
— Мы что-нибудь придумаем. Ты изменил мнение, и он тоже сможет.
— Большая разница в том, что я никогда по-настоящему не ненавидел ее.
Логан качнул головой.
— Верно. Когда она переедет к нам?
— Что? Откуда у тебя такая идея?
Он пожимает плечами.
— Разве ее родители не отреклись от нее? Я подумал, что это будет твой следующий шаг.
— Иногда меня бесит то, как хорошо ты меня знаешь, — ворчу я. — В общем, я спросил, а она сказала "нет".
— Правда? Почему?
— Потому что она не хочет жить с тобой.
Логан расширил глаза.
— Что я вообще ей сделал? Я думал, что нравлюсь ей.
— Ты ей нравишься. Ей не нравится твой образ жизни, потому что он напоминает ей мой прежний образ жизни.
— Понятно… А ты сказал ей, что я не привожу девушек в квартиру?
— Ага. Все нормально. Я тоже не хочу, чтобы она жила с тобой.
— Погоди-ка. Ты что, ревнуешь ко мне, брат?
— Ты ее поцеловал однажды и пошутил, что в конце концов женишься на ней, а мне придется тосковать издалека.
Логан откинул голову назад и рассмеялся.
— Я играл на твоих нервах. Я уже тогда знал, что ты в нее влюблен. Кроме того, позволь напомнить тебе, что она поцеловала меня, и только для того, чтобы разозлить тебя?