Жестоко и прекрасно (ЛП)

После мучительных мгновений она, наконец, говорит:
— Ты уверена, что это хорошая идея, что ты и Дрю снова вместе?
Я ожидала реакции, но не такой.
— Почему?
— Кейтлин, мы обе знаем, как тебе было тяжело. Ты уверена, что справишься с этим?
— Тяжело мне? Я та, кто сбежала. Он тебе не нравится или что?
Она никогда не обвиняла его, или говорила, что у нее с ним проблемы. Я не понимаю, почему она на моей стороне, а не на его.
— Это не так. Он славный молодой человек. Я просто беспокоюсь о тебе.
— Не надо. Я не была так счастлива с тех пор, — я машу рукой в воздухе. — С того времени.
Я не говорю ей, что у меня были те же самые страхи, о которых она упомянула. Я не хочу, чтобы она волновалась, потому что Энди замечательный, и он мой. Как-нибудь все получится.
Папа входит и смотрит на нас.
— Что за вытянутые лица?
Я ныряю с головой и выпаливаю:
— Я снова встречаюсь с Дрю.
Реакция папы сильно отличается от маминой. Он подходит и успокаивающе кладет руку на мою.
— Я рад. Теперь я понимаю эту улыбку, когда ты вошла в дверь, не то чтобы я жалуюсь. Этот мужчина может сделать моего ребенка счастливым, мне этого достаточно.
— Спасибо, папа.
Мама ничего не говорит в течение следующих нескольких дней. Шеннон изо всех сил старается досадить мне, а мы с Эриком играем в видеоигры, пока он рассказывает мне о создании баскетбольной команды. На следующий день мы с папой покупаем елку и всей семьей проводим время, украшая ее. Как хорошо быть дома, и я давно не чувствовала себя так.
Когда я прихожу к Дженне на следующий вечер, Бен уже там.
— Медвежонок Кэти, — говорит Бен, заключая меня в объятия.
Я не поправляю его, потому что мы с Беном стали лучшими друзьями за все плохие дни того лета.
— Бен, мне кажется, что прошла целая вечность с тех пор, как мы разговаривали.
— Это есть. И я слышал, у тебя есть новости для меня.
Черт, Дженна. Но я удивлена, что она до сих пор не проболталась.
— Дрю. — Я прочищаю горло, потому что больше боюсь его реакции, чем своих родителей. — Мы с Дрю снова вместе.
Он кивает, ничуть не удивившись.
— Ясно. Наверное, я последний, кто об этом узнает.
Он смотрит на меня, но не осуждает.
— Мне жаль. Я не хотела, чтобы кто-нибудь знал, пока мы не разберемся. Я не была уверена, что это сработает. Кроме того, я не была готова к ответной реакции.
— Ответной реакции?
— Я не хочу, чтобы кто-то злился из-за того, что мы вместе.
— Почему кто-то может злиться?
Я останавливаюсь и закрываю рот на секунду.
— Разве это не очевидно? Я ушла. — Я исправляюсь. — Нет, я сбежала. Вы были там. Я даже не была уверена, что он меня простит.
— Что ему прощать? Ты сделала то, что считала лучшим в то время. Никто не винит тебя, Кейт. Меньше всего я.
Я обнимаю его и едва сдерживаю слезы.
— Я не была уверена, как ты и все остальные будут себя чувствовать.
Он хлопает меня по спине, а я продолжаю крепко держать его. Он мне как старший брат так же, как и Дженне.
— Я рад за тебя, Кейт. Я рад за вас обоих. Ты заслуживаешь это.
Как бы я ни благодарила его за то, что с ним все в порядке, я тоже беспокоюсь о нем.
— А ты?
Он отстраняется, и я вижу печаль в его глазах. Он пожимает плечами и пытается игриво улыбнуться мне, когда говорит, но я знаю, что он чувствует долю правды в своих словах. — Я сейчас совсем один здесь, в Чарльстоне.
Я качаю головой, чувствуя себя мамой-медведицей, которой нужно защитить своего детеныша.
— Это не правда. У тебя есть Дженна. И всегда можно зайти в гости. Мы будем рады видеть тебя.
Он кивает.
— Кстати. Я слышала, ты собираешься привести кого-то на вечеринку.
Он пожимает плечами.
— Она теплое тело.
— Теплое тело — не очень хорошее описание, — говорю я с нерешительным юмором.
— Что вы хотите узнать? Она красивая и умная? Ну, она и то, и другое, но я не ожидаю большего. Не всем так везет иметь то, что есть у вас двоих, Кейт. Я не жду сказочного конца.
Я прищуриваю на него глаза.
— С таким отношением ты тоже ничего не получишь. Она может стать твоей долгой и счастливой жизнью, если ты дашь ей шанс.
  
Я вижу, что юмор покидает его, и у него совершенно серьезное лицо.
— Она может согреть мою постель, но ничто не растопит это холодное сердце.
Он указывает на свою грудь, и я кладу туда руку.
— Не ври мне, Бен Роудс. Я знаю тебя сейчас. Ты не тот хладнокровный ублюдок, как я думала. — Вероятно, поэтому моя влюбленность в него умерла вскоре после того, как она началась еще в подростковом возрасте. У него была репутация разбивателя сердец, а я никогда не любила плохих парней. — Я чувствую, как бьется твое сердце, и ты заслуживаешь счастья.
— Я счастлив. Я рад за тебя и Дрю. — Он отступает, как будто спешит. — В любом случае, мне пора идти. Мне приходится помогать родителям передвигать мебель или что-то в этом роде. — Он хватает пальто. — Было очень приятно увидеть тебя, Кейт.
Потом он уходит. Я стою и волнуюсь за него. Он был не в себе, по крайней мере, Дженна сказала мне. Когда она спускается со своей сумочкой, она спрашивает:
— Где Бенни?
Я все еще пытаюсь думать, как могу ему помочь, и бормочу:
— Он ушел, сказал что-то о помощи твоим родителям.
Она хихикает.
— Я рада, что ты здесь. У меня есть предлог не ходить туда. Мама в своем режиме ремонта. И с тех пор, как папа приостановил действие ее карт, вместо этого она каждый месяц переставляет мебель. — Она закатывает глаза. — Пойдем искать платье. Мне нужно что-то, что заставит Брэндона ревновать.
Две ночи спустя я смотрю, как Энди и Бен разговаривают в углу. Дженна и какой-то симпатичный парень болтают в другом. Мои родители и родители Дженны сидят на диване, а другие разные люди ведут разнообразные оживленные беседы.
В канун Рождества я заявляю, что все в мире прекрасно. Пока что все хорошо восприняли новость о том, что я снова с Дрю.
Когда звонит входная дверь, я смотрю, как Бен открывает дверь. Когда входят Макнайты, мои родственники, Энди сразу же оказывается рядом со мной. Мое сердце бешено колотится, когда их взгляды устремляются на меня, я знаю, что предстоящий разговор будет самым трудным из всех, что у меня были до сих пор.
Глава 29
Прошлое
— И? РАССКАЖИ МНЕ О СВОИХ анализах, Дрю.
Его мрачное выражение лица, в значительной степени говорит само за себя. Но он должен сказать, и я знаю, что ему нужно избавиться от этого, хотя он не хочет мне говорить.
Он качает головой.
— Вернулся. Я горю на снимках, как гребаная рождественская елка. Это везде. Я прекращаю все лечение. — Он поднимает руку, чтобы помешать мне говорить. — Я был на каждой из их конференций, Кейт. Я знаю исходные данные по всем протоколам, и я все провалил. Я хочу прожить то немногое, что осталось от моей жизни, чувствуя себя лучше, чем сейчас. У меня не так много времени, но то, что у меня есть, я хочу, чтобы эти дни были приятными. Я знаю, что это, вероятно, должно быть отчасти и твоим решением, но я принимаю его самостоятельно. У меня есть кое-какие дела, о которых мне нужно позаботиться, деловые и личные дела, и я бы ни черта не смог сделать, если бы все время чувствовал себя дерьмово. Я надеюсь, что ты сможешь понять мою точку зрения сейчас. Прости, что заставил тебя пройти через все это дерьмо.
Он грустно улыбается, и я бросаюсь на него. Я не знаю, как я буду жить без него. Одно я точно знаю: без Дрю Макнайта этот мир станет дерьмом.
— Мне? Ты беспокоишься обо мне? Я хочу, чтобы ты хотя бы подумал о попытке, Дрю.
— Бесполезно, Кейт. Если бы я думал, что есть хоть малейший шанс, я бы попробовал. Но нет. Попытаться понять.
Слова, которые я хочу сказать, я не могу, потому что мне хочется кричать и орать. Я хочу встряхнуть его и сказать ему НЕТ! Не сдавайся.
— Кейт?
Моя голова дергается.