Жестоко и прекрасно (ЛП)

Дрю подходит к нам и спрашивает:
— Что вас двоих так сильно рассмешило?
— Вы, ребята, и то, как вы себя ведете, — говорю я.
— Что с этим не так?
— Это напоминает мне Майки Фаррелла в начальной школе.
Затем я объясняю, что Майки был классным клоуном, которого постоянно посылали в кабинет директора.
Выражение лица Дрю бесценно. Потом он превращается во что-то совсем другое. Взгляд его становится горячим и дымным; он отрывает мой стул от стола, кладет руки по бокам и поднимает меня со стула.
— Это напоминает тебе Майки Фаррелла?
И его губы сжимают мои в опьяняющем поцелуе. Я так потрясена его действиями, что открываю рот, и он, пользуясь случаем, скользит языком в пещеру моего рта. На заднем плане слышны неизбежные освистывания, но я почти не слышу их, когда обнимаю его за шею.
— Снимите комнату!
— Отведи ее домой, братан!
— Сделай ее! Сделай ее!
Наконец он отпускает меня и говорит:
— Нам нужно выбираться отсюда.
У меня кружится голова от его поцелуя, и я могу только кивнуть. Я смотрю налево от его плеча и вижу, как Кэролайн показывает мне большой палец вверх.
— Моя сумочка, — слабо говорю я.
— Понял, — его ответ.
Помахав Кэролайн на прощание, я позволяю Дрю увести меня оттуда. К тому времени, когда мы возвращаемся домой, мы полуголые, и я рада, что мы благополучно добрались до дома. Это было бы трудно объяснить, если бы мы попали в аварию. Мне нужно лишь избавиться от нижнего белья, так что время в машине облегчило нам задачу.
Глава 13
Настоящее
ДРУГАЯ ПАРА ГЛАЗА ВСТРЕЧАЕТСЯ с моими, когда я проскальзываю в лимузин. У меня нет возможности спросить или выбрать другое место, когда Тед запихивает меня внутрь и закрывает дверь.
— Где тебя высадить? — Спрашивает он.
Взволнованная, я называю свой адрес, задаваясь вопросом, как мне перейти от Теда к женщине, которую я запомнила, когда она собрала вещи и ушла в первый же день, когда я появилась в его офисе. Она сидит, поджав под себя ноги. Черное платье, в которое она одета, сливается с интерьером автомобиля, но мое внимание привлекает игривое колье с шипами. Я не помню, чтобы видела ее на вечеринке. И это украшение настолько впечатляющее, что я бы запомнила его.
Тед сообщает водителю мой адрес, нажимая кнопку на пульте рядом со своим сиденьем. Когда он поворачивается ко мне, его улыбка теплая и манящая.
— Вечеринка слишком трудна для тебя? — Спрашивает он, глядя на мое платье.
Я прослеживаю его взгляд на моем когда-то безупречном белом платье, которое теперь покрыто складками и выглядит немного менее идеальным, чем когда я его надела.
— Я просто устала.
Часть меня беспокоится, что я излучаю запах секса, хотя сама ничего не чувствую.
Женщина рядом со мной не имеет понятия о личном пространстве. Она переползает через мои колени и прижимается лицом к лицу Теда. Мне так некомфортно от того, что половина ее тела все еще нависает над моим, что я пытаюсь втиснуться обратно в кожаное сиденье.
— Сейчас, Пет, — говорит он, но я не смотрю в их сторону. Я уверена, что мои щеки горят, как сердцевина ядерного реактора. — Сядь вон там и будь хорошей девочкой.
Он шутит? Но нет, она делает именно так, как он просит. Отстранившись, она садится, прежде чем переместиться на сиденье перпендикулярно нашему на четвереньках как кошка.
— Она здесь не для того, чтобы играть? — мурлычет женщина.
Я чувствую на себе взгляд Теда, но отказываюсь смотреть ни на кого из них. Я чувствую, что вмешиваюсь в то, что совершенно не в моей лиге.
— Мы подвезем Кейт. Вот и все.
Я практически чувствую, как она дуется, по тихому мычанию, которое она издает. Боже мой, это Сумеречная Зона? Я не осознаю, что сдвинулась, увеличивая расстояние между нами, пока Тед не спросил:
— Комфортно?
Случайно взглянув на него, я киваю.
— Извините, наверное, мне следовало взять такси. Я не знала, что у тебя есть компания.
Его губы хитро изгибаются.
— Это действительно совсем не проблема. — Он подмигивает, а затем добавляет: — Мне понравилось танцевать с тобой сегодня вечером.
  
Странно, что он говорит, когда его девушка или компаньон сидит прямо напротив нас.
— Это был веселый вечер.
Как бы я хотела снова взять такси.
Когда лимузин останавливается и я вижу в окно свое здание, я благодарна, что живу в городе, где почти все рядом.
— Спасибо за поездку, — говорю я, когда Тед выходит и помогает мне выбраться из машины на скользкий тротуар.
Он провожает меня до главного входа. Он берет мою руку и целует ее.
— Милая Кейт, мне жаль, что Пет заставила тебя чувствовать себя некомфортно. Но я рад, что могу проводить с тобой больше времени. До понедельника.
Он снова целует мне руку, прежде чем вернуться к лимузину. К тому времени, как я добираюсь до своей квартиры, мой телефон разрывается от сообщений от Дженны.
Дженна: Я так зла. Я возвращаюсь к тебе.
Дженна: Я не могу в это поверить.
Дженна: Я злюсь на них обоих.
СМС приходят так быстро. Мой собственный ответ отказывается уходить. Я должна задаться вопросом, не попала ли я в мертвую зону, и тексты наконец появляются на моем телефоне. Наконец, я отправляю ей текст.
Я: я дома.
Дженна: Хорошо. Я на пути вверх.
Едва я ставлю сумку, как слышу звук поворачивающихся ключей в двери. Дженна врывается как ураган. Она останавливается, когда видит меня.
— Что с тобой случилось?
— Ты первая, — говорю я, потому что она, должно быть, ушла сразу после меня. — Почему ты здесь, а не с Кеннетом?
Она вздыхает и усаживается на диван, который выпускает воздух, очень похожий на ее собственный вздох. Еще одно напоминание: никогда не заказывайте мебель в Интернете, не посидев на ней и не протестировав ее. Я сижу на противоположном конце и смотрю на нее, ожидая, когда она выскажется.
— Все шло отлично, пока Брендон не написал мне. Я думала, что это ты, поэтому я не спрятал свой телефон, когда смотрел в него.
Я могу сказать, что она беспокоится, потому что начинает грызть ноготь — неприятная привычка, которая проявляется только тогда, когда она в стрессе, что случается нечасто.
— Хорошо, нам нужно немного прояснить ситуацию. Кто вообще такой Брэндон? Я думала, твоего механика зовут Брэндон.
— Он есть, — говорит она, глядя в небо.
— Так почему твой механик пишет тебе в субботу вечером? — Спрашиваю я, многозначительно глядя на нее.
— Это был вопрос Кенни. — Она вскидывает руку, как будто это смешно. — Он также задавался вопросом, почему у меня есть фотография Брэндона, сидящего на моем диване, в качестве его фотографии профиля на моем телефоне.
— И? — Спрашиваю я, потому что согласна.
— И у Кенни нет причин ревновать. Брэндон и я просто друзья. Мы болтаем. Ничего больше быть не может. Можешь представить, что я приведу Брэндона домой, чтобы познакомиться с моими родителями? Они сошли б с ума при одном только виде его татуировок. Просто он слушает меня, понимаешь. — Она останавливается, чтобы отдышаться. Когда она начинает снова, ее первые слова звучат так, будто она читает первую строчку романа. — Это началось в один прекрасный день, когда законы вселенной сговорились против меня. Моя машина стояла на замене масла. И он настоял на том, чтобы принести мне кофе, и чтобы я избавился от своего дерьма, как он говорит, с моей груди. И мы… — Она машет рукой, подыскивая слово. — Вспыхнули.
Мои брови поднимаются, и она начинает поворачивать назад.
— Как друзья. Я не знаю, чему Кенни может завидовать. Кенни ждет успех. Однажды он станет сенатором, как его отец, а я буду его женой. Он именно тот парень, с которым мне следует быть.
Когда Дженна становится такой, лучше не спорить. Я не согласна, поэтому меняю направление разговора.
— Давай посмотрим на ту фотографию Брэндона.
Нерешительно она вытаскивает телефон из сумки. Пока она прокручивает галерею, я могу сказать, когда она добралась до картинки. Все ее лицо светится. Она передает его. Там, с ухмылкой плохого мальчика, находится объект привязанности Дженны, хочет она признать это или нет.